Джослин Келли - Любовь-целительница

Ей было не под силу остановить тепло, подступающее к щекам.

– Я спасла ему жизнь, а он сегодня спас жизнь мне.

Квинт хитро улыбнулся:

– Когда ты говоришь о нем, твои глаза блестят, словно два фонаря среди ночной тьмы. Я начинаю понимать, почему я обратился именно к тебе.

– Я постаралась бы спасти жизнь любого человека. – Она вызывающе вскинула подбородок. – Даже разбойника, если бы пришлось.

– Стало быть, ты не считаешь, что Александр должен отомстить этому homo ignavus за ранение, которое ты получила?

– Ленивому человеку? – переспросила она, сомневаясь, правильно ли она поняла латинские слова.

– Нет, оно означает – трусливый.

Чайна кивнула. Разбойник был трусливым существом, рыскающим по темным закоулкам и выныривающим из них тогда, когда намеченная им жертва теряет бдительность. Он нападает на беззащитных людей, а затем со всех ног убегает.

– Уж не разбойник ли попытается убить Александра пятого сентября? – спросила она.

– Возможно. Он показал, что является врагом моего потомка. Я… – Квинт внезапно растаял, даже не закончив предложения.

Чайна сердито посмотрела на место, где только что находился Квинт. Для призрака, который горит желанием положить конец проклятию, он исчезает в самые неподходящие моменты.

– Тебя беспокоит раненая рука? Тебе помочь открыть ворота? – спросил за ее спиной Александр.

– Я ожидала тебя, – ответила она и пожалела, что произнесла это нарочито безразличным тоном, сейчас явно неуместным.

Александр как-то странно посмотрел на нее. Он протянул ей клочок черной материи:

– Смею высказать догадку, что наш разбойник порвал плащ.

– Это похоже на обычную черную шерсть. – Она растерла клочок пальцами. – Какая-то груботканая, словно песчаная ткань.

– Песчаная? – Он нахмурился. – Кто-то недавно употребил это слово, описывая материал. Кто это был?

– Не имею понятия. – Глядя на клочок материи, она вздохнула: – Это вряд ли поможет нам узнать разбойника.

Александр грустно улыбнулся:

– Но мы не можем игнорировать любую, даже самую незначительную возможность. Если он станет искать человека, который может починить ему плащ, или нитки, чтобы самому это сделать, мы устроим ему ловушку.

– Если сообщить об этом всем, то он наверняка услышит о нашем намерении. Это совершенно иного рода баталия, совсем не такая, в которой принимал участие ты. Он может жить в деревне или пить пиво в таверне вот в эту самую минуту.

– У тебя трезвый подход.

– Ты вроде бы этим удивлен.

Александр спрятал кусок материи в карман кителя, его губы дрогнули в улыбке.

– Интересы твоего отца отличались широтой, и он вложил в тебя свою любовь к познанию.

– Ты можешь быть очень любезным, когда этого хочешь. – Чайна погрозила ему пальцем.

Он поймал его своими гораздо более длинными пальцами. Взгляд его снова сделался пронзительным, он поднял ее руку и положил себе на плечо, а другой своей рукой обнял Чайну за талию.

– Ты даже не представляешь, насколько любезным я могу быть, – шепотом проговорил он.

Эти теплые объятия более не удовлетворяли ее. Она хотела от него чего-то большего. Она хотела…

Громкий мужской крик взорвал тишину церковного двора. Со стороны таверны донесся шум голосов.

– Хватайте его и вешайте! – завопил кто-то.

Чайна попыталась вырваться из объятий Александра. Однако едва она смогла чуть повернуться, как он снова поймал ее.

– Не смотри туда, – сказал он.

– Они говорят о том, чтобы повесить человека! Кто-то должен остановить их!

– Только не ты.

– Александр…

– Послушай меня хоть один раз!

Он вперил в нее бледно-бирюзовый взгляд; голоса со стороны дороги поутихли.

– Это не он! – услышала она чей-то разочарованный крик. – Отпустите бедолагу.

Лишь тогда Александр отпустил ее, и она бросилась к каменной стене в дальнем конце церковного двора. Овцы смотрели на нее с тупым безразличием. Чайна увидела группу людей, сгрудившихся вокруг молодого человека, который по возрасту был не старше Шиан. Волосы его были всклокочены, шапка валялась у его ног на земле. Он стоял, выставив кулаки, готовясь защищаться.

– Ты уверен? – спросил другой мужчина.

– Это парень из Петти. Он не может быть разбойником, потому что выше его ростом.

Чайна нахмурилась. Люди решили, что случайно наткнулись на разбойника в таверне, и уже готовы были соорудить виселицу.

Она оглянулась на ворота, затем перешагнула через низенькую стенку. Когда она зашагала по дорожке, несколько голов повернулись в ее сторону.

Молодой человек воспользовался тем, что мужчины отвлеклись, и убежал, не дав толпе шанса снова переменить мнение и все-таки вздернуть его на виселице.

Возле открытой двери таверны ярко одетый мужчина выкрикнул:

– Следующий раунд за мной, парни!

Обвинительные крики сменились одобрительными восклицаниями, и Чайна услышала, как мужчины благодарили сквайра Хейвуда, который отсыпал содержателю таверны некоторое количество монет. Мужчины повалили внутрь, чтобы насладиться еще одной пинтой, оставив сквайра в одиночестве. Прикрыв ладонью глаза от солнца, он посмотрел вокруг себя.

Чайна улыбнулась, довольная тем, что сквайр подвел ситуацию к такому простому завершению. Он старался как можно лучше выполнять свои обязанности. Начиная с его первых докладов о разбойнике, он старался организовать охоту на этого бандита и найти добровольцев для того, чтобы прочесать пустошь.

– Добрый день, сквайр, – сказала Чайна, перейдя узкую дорогу. – Я рада услышать, что здравый смысл восторжествовал.

Он увидел Чайну и тут же нахмурился, заметив у нее перевязанную руку.

– Мисс Недеркотт! – воскликнул он с явной тревогой. – Вы ранены!

– Да, сквайр, но я чувствую себя хорошо.

Он посмотрел ей за спину.

Наполовину повернувшись, она увидела Александра и жестом показала, чтобы он присоединился к ним.

– Александр, я не уверена, что ты был должным образом представлен сквайру Палмеру Хейвуду. Он был в замке Недеркотт в день пожара, но тогда стоял такой хаос, что было не до условностей.

Мужчины пожали друг другу руки, затем сквайр сказал:

– Я слышал, Брэддок, что вы вернулись с континента, но не предполагал, что вы навестите Ластингем. Я думал, что такой герой останется в городе, и его будет чествовать высший свет.

Чайна не могла не заметить, как напряглись плечи у Александра. Сквайр смотрел на него с искренним интересом, очевидно, ожидая, что тот расскажет несколько историй из своего опыта.

Однако Александр ничего не сказал, и повисла неприятная тишина.

Чайна испытала облегчение, когда сквайр сказал: