Барбара Картленд - Вслед за тобой

— Я переоденусь, — ответила Сара, — но отдыхать не буду. Кстати, как дела в «Березах»? Пойдем туда вечером, повидаемся с Робертом и Микаэлой.

Она говорила как бы между прочим, но Синтия видела — это главная цель ее приезда.

— Там все хорошо, — сказала Синтия и добавила, — Микаэла, кстати, помолвлена.

— Помолвлена? И за кого же она выходит?

— За Артура Марриотта. По-моему, ты с ним знакома.

— За Артура Марриотта? Боже милостивый! Он ведь гораздо ее старше. Я едва обратила на него внимание. Он богат?

— О да, у него весьма приличное состояние.

Сара промолчала, а Синтии показалось, что гостья слегка раздосадована — как это она проворонила выгодного жениха.

— Что же, надо после чая обязательно к ним пойти, поздравить девочку! — воскликнула Сара. — К тому же я хочу видеть Роберта.

Синтия с величайшим трудом удержалась, чтобы не спросить: «Зачем?». Но вопрос совсем другого свойства последовал от Сары:

— Здесь был Питер?

Синтия быстро обернулась.

— Да, был. Откуда ты знаешь?

— Милая моя, я всегда все знаю. Кстати, это я сказала Роберту, чтобы он его пригласил.

— Ты?

— Да, я!

— Почему?

— Я считаю, для тебя это было самое лучшее, милая.

Синтия пристально на нее посмотрела.

— Ты и в самом деле так считаешь?

— Конечно! Видишь ли, я всякого наслушалась о Питере и поняла, довольно тебе страдать по кумиру своего детства. И еще, думала я, если неверного Питера убрать с дороги, ты, быть может, станешь благосклоннее к очаровательному и внимательному Роберту.

На Синтию словно обрушили неожиданный удар. Ее охватила настоящая ярость, хотелось дать Саре пощечину и выставить ее из дома. Эта вспышка принесла облегчение — по крайней мере не надо больше притворяться перед самой собой, будто ей нравится Сара или будто это ее друг. Она не позволит так нагло вмешиваться в свою жизнь.

Роберт тоже виноват. И на него она бесконечно сердита — зачем он слушал Сару, последовал ее совету… Но по крайней мере у него есть оправдание, ведь он хотел использовать ситуацию, добиваясь своей цели.

А что выиграла Сара — неужели ей просто интересно строить интриги, вмешиваться не в свое дело? Да, именно, что получила от этого Сара?

Через некоторое время Синтия успокоилась и взяла себя в руки. Возмущение ее улеглось, и она твердо и хладнокровно решила избавиться от визитерши. И, как ни претила ей ложь, произнесла заранее заготовленную фразу:

— Должна предупредить тебя, Сара, ко мне на конец недели собираются в гости друзья, и, боюсь, мы не сможем тебя здесь оставить дольше, чем до завтрашнего вечера.

— Не беспокойся, — ответила Сара. — Я не собиралась к тебе надолго. Просто повидать тебя.

— И Роберта? — спросила Синтия.

Сара кивнула.

— Да, и Роберта! Любопытство или ревность?

— Ни то, ни другое, — поспешно ответила Синтия.

— Надеюсь, и то, и другое, — улыбнулась Сара, — но я не могу открыть тебе свои резоны, зачем мне нужно с ним увидеться. Это и его секрет.

Синтия вынудила себя ответить безразлично-вежливо, и беседа шла на общие темы и за чаем, и по дороге в «Березы».

По приходе в усадьбу стало совершенно ясно, что Роберту неприятно видеть Сару.

У них могут быть общие секреты, но Синтия испытала бы стыд, окажись она на месте Сары — так негостеприимно встретил гостью хозяин.

Микаэла при виде Сары тоже особой радости не выразила.

— Какая волнующая новость! — прочувствованно воскликнула Сара.

— В самом деле? — отозвалась Микаэла, подняв брови и изобразив на пленительном личике глубокое равнодушие.

— Расскажите мне все, — продолжала Сара. — Когда свадьба?

— О деталях лучше спросите у Синтии, — сказала Микаэла скучливо. — Она занимается всеми моими делами. — С этими словами юная хозяйка вышла в сад через высокую стеклянную дверь.

— Наверно, стесняется, — заключила Сара. — Ведь она слишком молода для замужества. Но, быть может, и правильно, что вы поощряете этот брак, ведь латиноамериканки так быстро старятся, и, конечно, по темпераменту сильно отличаются от нас.

Синтия увидела, как помрачнел от этих пошлостей Роберт и быстро встала.

— Мне надо поговорить с Микаэлой, — сказала она, запинаясь, и торопливо прошла в сад, оставив Сару и Роберта наедине.

Микаэла разгуливала взад и вперед по газону и Синтия дождалась, когда она подойдет к ней.

— Что нужно этой ужасной женщине? — спросила Микаэла.

Синтия вздохнула.

— Когда-то я ее жалела. У нее трудная жизнь. Когда она приезжала в прошлый раз, ей было очень несладко.

Микаэла пожала плечами и сказала, как бы в ответ своим мыслям:

— Ну, а в общем эта дама просто наводит тоску. Кстати, мы с отцом решили — бракосочетание в понедельник.

— В понедельник! — ахнула Синтия. — О нет, Микаэла! Неужели так скоро?

— В понедельник, — был ответ.

Она повернулась, чтобы уйти, но Синтия остановила ее.

— Микаэла, вы сказали Хью?

Она едва осмелилась произнести это имя. Микаэла замерла.

— Нет, — ответила она, помолчав. — К чему? Если я принимаю решение, я строго ему следую. Я даже не знаю, где сейчас Хью.

— Вы правы, поступив решительно и бесповоротно, — сказала Синтия. — Однако, сейчас, по-моему, вам следует сообщить Хью о том, что выходите замуж… за другого.

— К чему? — холодно отозвалась Микаэла.

Синтия ответила ей совершенно искренне:

— Быть может, хоть он сумеет остановить вас, не позволит вам сделать эту глупость. Вашему отцу и мне не удалось. Надеюсь, к мнению Мартена вы прислушаетесь.

— Всегда буду слушаться Хью.

У Микаэлы изменился голос — исчез резкий вызывающий тон. Впервые за много недель она говорила по-человечески.

— Так сообщите ему, — настаивала Синтия.

Микаэла отрицательно покачала головой.

— Вы перехитрили себя, Синтия, — проговорила она еле слышно. — Перехитрили, когда приехали к Хью домой и уговорили меня с ним расстаться. Я повторила ему ваши слова, убедила его, что вы правы. И его мнение — следует поступать как порядочные люди, ни встреч, никаких контактов, пока обстоятельства не изменятся. Хью связан браком, выходит, это я должна изменить свои обстоятельства. Не так ли?

— Но я убеждена, Хью не предполагал, что вы поступите так дурно, противоестественно — выйдете замуж без любви! — воскликнула Синтия.

— Откуда вам известно, что он мог предполагать? — спросила Микаэла, чуть хрипло. В голосе ее звучало глубокое страдание. — Кому это может быть известно?

Она быстро отвернулась и бросилась бегом к дому, оставив Синтию одну, подавленную, обескураженную.