Маргарет Макфи - Западня для лорда

— Веревка недостаточно длинная! — вскричала она.

— У нас нет иного выхода, Венеция. Придется довериться мне.

Она нерешительно оглянулась через плечо на пробивающееся из-за двери пламя, затем снова посмотрела на Линвуда.

— Пожалуйста, Венеция, — произнес он, беря ее за руку и заставляя вскарабкаться на подоконник. — Смотри на меня, и только на меня.

Она взглянула ему в глаза.

— Держись за меня крепче. Обхвати руками за шею, а ногами за талию.

Она прижалась к нему так, как он сказал, и они заскользили вдоль стены вниз. Веревка не доходила до земли футов двенадцать, и Линвуд прыгнул, по возможности стараясь смягчить удар Венеции.

Уже прибывшая пожарная команда передавала по цепочке ведра с водой, стараясь взять пламя под контроль. Подхватив Венецию на руки, Линвуд понес ее прочь от горящего дома. Когда они оказались на безопасном расстоянии, положил ее на землю и встал перед ней на колени. Ее лицо было испачкано сажей, волосы пребывали в полном беспорядке, шелковое платье погублено. Она взирала на него, до сих пор ощущая, как они, тесно прижавшись друг к другу, спускаются по веревке из горящего дома.

Она посмотрела на его руки. Перчатки оказались прорезанными, ладони кровоточили. Когда их взгляды снова встретились, в ее глазах стояли слезы.

— Слава богу, Венеция! — вскричала прибывшая Элис Суитли, опускаясь на колени рядом с подругой. Рейзби остановился чуть поодаль. — Мы заметили пламя из окна спальни. Рейзби сказал, что горит твой дом. Мне оставалось только молиться, чтобы не случилось худшего. — Элис обняла Венецию. — Хвала небесам, ты в порядке.

— Все нормально? — спросил Рейзби у Линвуда, оглядывая его с головы до ног.

Тот лишь кратко кивнул. Элис продолжала хлопотать над Венецией.

— Не беспокойся, все будет хорошо. Ты ведь не станешь возражать, если она поживет у меня, не так ли? — обратилась она к Рейзби. — Можешь отнести ее?

— Элис. — Рейзби пытался оттащить ее от Венеции.

Но Линвуд уже поднялся на ноги, подхватив свою трость.

— Позаботьтесь о ней, — сказал он и, развернувшись, зашагал прочь, скоро растворившись в ночи.

На следующий день Венеция и Элис сидели за завтраком в столовой в доме Элис, когда раздался стук дверного молотка.

— Неужели репортеры уже узнали, где ты находишься? — нахмурилась Элис.

Венеция со вздохом плотнее запахнула халат.

— Рано или поздно они все равно бы меня нашли.

— Гестон избавится от них. Как здорово держать дворецкого для такого рода дел, ты не считаешь?

Венеция улыбнулась подруге.

— Ваши отношения с Рейзби развиваются.

— Да, — кивнула Элис. — Я счастлива.

— Искренне за тебя рада, Элис.

Они улыбнулись друг другу.

— Но довольно обо мне. После того, что случилось, нам нужно подумать о…

Тут раздался стук в дверь, на пороге появился дворецкий Элис.

— Некто мистер Клэндон желает видеть мисс Фокс.

Венецией овладела паника.

— Так отошлите его прочь. Мисс Фокс сегодня никого не принимает.

— Джентльмен очень настаивает, мадам. Говорит, что никуда не уйдет, пока не увидит мисс Фокс.

— Позовите лакеев и выгоните его.

— Нет, — поспешно отозвалась Венеция. — Я приму его.

Элис удивленно посмотрела на подругу:

— Ты уверена?

— Да.

— В таком случае проводите его в гостиную, Гестон, — распорядилась Элис. — Хочешь, чтобы я пошла с тобой? — спросила она у Венеции.

— В этом нет нужды. С мистером Клэндоном я разберусь сама. — Заметив выражение лица Элис, добавила: — Он мой… давний друг.

— Вот как, — ответила та, и Венеция тут же поняла, о чем она подумала. — А я и не догадалась.

Венеция почувствовала, как к щекам приливает жар. Ей ненавистны весь этот маскарад и необходимость лгать, но она не могла открыть подруге правду.

Стремление поскорее выпроводить брата было столь велико, что она даже не стала утруждать себя переодеванием.

Когда Венеция пошла в гостиную, поспешно закрыв за собой дверь, Роберт стоял у дивана. Его лицо было бледно.

— Я пришел сразу, как только услышал новости. — Он приблизился к ней, внимательно всматриваясь в ее лицо. — Хотел убедиться, что с тобой все в порядке.

— Не следовало тебе сюда являться, Роберт. Риск слишком велик.

— А ты ожидала, что я буду сидеть дома и грызть ногти, гадая, в каком состоянии находится моя собственная сестра? Не ранена ли, не при смерти ли? Черт побери! Я проходил мимо твоего дома и видел, сколь немного от него осталось. Невозможно описать словами то, что я почувствовал при виде этих тлеющих руин. Если бы только знала…

Он отвернулся, не в силах справиться с собственными эмоциями.

— Прости меня, Роберт, я не подумала об этом.

О Роберте она вообще напрочь забыла. Он с тревогой посмотрел на нее:

— Ты не ранена?

Венеция покачала головой:

— Нет, я в порядке.

— Хвала небесам. — С шумом выдохнув, он закрыл глаза и прижал пальцы к вискам. Его руки подрагивали. — Какого черта ты вообще делала дома, Венеция? Ты же должна была быть в театре.

Она колебалась, не зная, говорить ли ему правду, и решила, что все же должна.

— Линвуд приходил ко мне.

— Линвуд? — повторил Роберт, явно шокированный этой новостью.

Венеция кивнула.

— Мы повздорили, он знает правду, Роберт. Ему все известно с самого начала. — Даже когда он занимался с ней любовью.

— Обо мне?

— О том, что мы с тобой затеяли, о сборе информации, соблазнении, ловушке. Ему лишь неизвестно, что ты мой брат. По его мнению, ты меня просто нанял.

— Он знает? — Роберт удивленно поднял брови. — Неудивительно, что ты не нашла пистолета. — Он стал вышагивать по комнате, затем снова повернулся к Венеции. — Был ли он в доме, когда начался пожар?

Она покачала головой:

— Он ушел незадолго до этого.

— Боже мой, — прошептал Роберт, у Венеции кровь застыла в жилах. — Он ведь уже проделывал такое раньше. Он сам тебе признался. Он застукал тебя, когда ты обыскивала его кабинет, а потом спорила со мной. Он точно знал, что ты подослана соблазнить его и заманить в ловушку.

Он многозначительно посмотрел на нее. Ход его мыслей был вполне ясен.

— Нет! Все совсем не так!

— А как?

Она лишь покачала головой, понимая, что не следует разглашать произошедшее между ней и Линвудом, так как и сама не до конца это понимала.

— Он не причинил бы мне зло. Он спас меня из горящего дома, рискуя своей жизнью. Зачем бы ему было так поступать, если бы именно он учинил поджог?

— Возможно, кто-то его видел. Или решил, что это выглядит подозрительно. Или просто вознамерился поиграть в героя. Не знаю, Венеция. — Закрыв глаза, он снова потер лоб, разговаривая скорее с самим собой, чем с сестрой. — Я и не предполагал, что все может так обернуться. — Он посмотрел на Венецию. — Хочешь ты этого или нет, придется пойти в полицию, сообщить о пожаре в доме нашего отца… и в твоем собственном ложе.