Джейн Киддер - Если покинешь меня...

2

– Нет, нет и нет! – почти кричала Клэр Будро, решительно качая головой.

Она сидела на краешке изящного кресла, обтянутого гобеленовой тканью, в маленькой гостиной своего дома в Саванне.

– Лейтенант Эмери, – пытаясь взять себя в руки, уже спокойнее продолжила она, – мне очень жаль, что вам пришлось зря потратить столько бесценного времени, но я скорее умру, чем соглашусь ухаживать за раненым врагом.

Лейтенант Эмери, вертя в руках шляпу, печально смотрел на сидевшую рядом девушку и отчаянно пытался найти слова, которые заставили бы ее передумать.

– Мисс Будро, – миролюбивым тоном произнес он, – я прекрасно понимаю ваши чувства. Поверьте, на вашем месте я и сам поступил бы так же. Но это личная просьба майора Андерсона. Неужели вы ответите ему отказом?

– Лейтенант Эмери, – повторила Клэр, уже не скрывая раздражения, – я представляю, в сколь затруднительное положение попал майор Андерсон, однако ничем не могу ему помочь.

Клэр замолчала и сердито уставилась в окно; так она сидела довольно долго, лейтенант же не сводил восторженного взгляда с ее идеального профиля.

Саванна славилась очаровательными женщинами, но Клэр Будро была, наверное, самой прелестной из всех. Ей только-только исполнилось двадцать два года, и она была в расцвете молодости и красоты. Высокая и стройная, с неожиданно полной грудью, девушка обладала грацией и осанкой настоящей королевы. Ее кожа имела тот нежный оттенок, которым могут похвастаться только рыжеволосые леди, а лукавые изумрудно-зеленые глаза обычно искрились весельем и радостью жизни. Теперь, после четырех лет лишений, тревог и потерь, на Юге редко можно было встретить женщину с таким смешливым, ясным взглядом.

«Она очаровательна, – думал Джон Эмери, с нескрываемым восторгом разглядывая девушку. – Очаровательна и невероятно упряма». У него дух захватило от восхищения, когда Клэр снова повернулась к нему. Глаза ее были сейчас серьезны, а полные, чувственные губы крепко сжаты.

– Пожалуйста, передайте мои извинения вашему командиру, – произнесла она; ее мягкий южный акцент ласкал слух, теплым медом лился собеседнику в душу. – Мне правда очень жаль, но я не могу выполнить просьбу майора.

Эмери глубоко вздохнул и поднялся, бросив умоляющий взгляд на отца Клэр.

Арчибальд Будро слушал разговор молодых людей, покуривая трубку. Теперь он старательно выбил ее и серьезным взглядом ответил на мольбу в глазах солдата.

– Клэр, – глубокий бас пожилого джентльмена громко прогудел в гостиной, – может, ты уделишь мне пару минут до того, как лейтенант уедет…

Не дожидаясь ответа дочери, мистер Будро с неожиданной для столь грузного человека легкостью поднялся с массивного глубокого кресла. Арчибальду и в голову не пришло, что дочь может отказаться поговорить с ним наедине. И он, разумеется, не ошибся.

– Конечно, папа, – послушно кивнула Клэр. Она прекрасно понимала, о чем отец собирается с ней разговаривать. Однако, будучи хорошо воспитанной девушкой, она и не подумала затевать спор в присутствии постороннего.

Пропустив вперед дочь, Арчибальд Будро покинул гостиную, прошел в библиотеку и плотно закрыл за собой обе створки тяжелой дубовой двери.

– Папа, – начала Клэр, прежде чем Арчибальд успел произнести хоть слово, – прошу тебя, не заставляй меня отказывать и тебе. Я прекрасно понимаю, что ты хочешь сказать мне, но я не могу ухаживать за вражеским офицером. Это оскорбляет мои патриотические чувства.

Арчибальд Будро задумчиво смотрел на свою своенравную дочь. Он знал, что спорить с Клэр, а тем более сурово приказывать ей бесполезно.

– Доченька, – наконец мягко проговорил он, – я не собираюсь уговаривать тебя идти против совести. Но мне необходимо убедиться в том, что ты правильно понимаешь просьбу майора Андерсона. Вдруг, отказав ему сейчас, ты станешь потом упрекать себя за то, что не помогла правому делу…

– Это нечестно, папа, – возразила ему Клэр. – Я ведь работала в госпитале в Атланте до самого прихода Шермана. Я мыла горшки, убирала нечистоты, меняла повязки и выслушивала последние слова умирающих солдат. От усталости я теряла сознание и готова была умереть вместе с ними…

– Никто лучше меня не знает, чем обязана тебе Атланта, девочка моя, – с гордостью глядя на дочь, заявил Арчибальд, – но Конфедерация снова нуждается в тебе. Ты не просто лучшая наша сиделка, но и человек, который умеет хранить тайну. Тебе доверяют, Клэр, поэтому майор Андерсон и хочет, чтобы ты помогла ему. Это не личная просьба моего друга Андерсона. Он обратился к тебе от имени правительства, которое считает, что капитан Уэсли…

– Уэлсли, – поправила отца Клэр.

– Неважно, пусть Уэлсли, – согласился Арчибальд. – Так вот. Майор уверен: этому капитану многое известно. И если мы проникнем в тайны противника, то сможем отстоять Саванну, спасти наш город. Ты единственная из женщин способна выведать у пленного все секреты, поэтому тебе нельзя отказываться от этого поручения…

– Вы хотите сделать из меня шпионку?! – в недоумении воскликнула Клэр.

– Правительство просит тебя выполнить твой патриотический долг, дорогая, – возразил отец. – В последнее время многие из нас рискуют жизнью, выполняя весьма трудные задачи.

– Но, папа, он же – янки! – в отчаянии вскричала Клэр. – Я не смогу сидеть около него целыми днями, тем более ухаживать за ним! Это выше моих сил! Ты должен понимать меня! Ведь янки убили моего брата!

– Клэр, разве я могу об этом забыть? – грустно проговорил Арчибальд. – Но я горжусь своим сыном и твоим братом. Он погиб, сражаясь с врагом. Отец должен смириться с потерей сына, отдавшего жизнь за свою страну.

– А Дэвид? – спросила Клэр. – О нем ты помнишь?

– Да, и я знаю, что ты тоже помнишь о нем, – тихо произнес мистер Будро. – Однако твой жених, Клэр, пропал без вести, и вот уже два года мы не имеем о нем никаких сведений. Но жизнь продолжается, дорогая моя, и мы вынуждены смириться с потерями…

– Неужели ты считаешь, что забота о враге позволит мне «смириться»? – с горечью проговорила Клэр.

– Нет, доченька, я вовсе так не считаю, но думаю, что раскрытие военных секретов врага поможет нам избежать ненужных жертв. Только после войны мы узнаем о судьбе Дэвида. Только тогда, если он жив, Дэвид вернется домой вместе с другими пленными. Не секрет, что наши парни умирают в лагерях северян.

– Ох, папа, я не знаю, смогу ли… – простонала Клэр, закрывая лицо руками и горестно качая головой. – Я же должна буду… дотрагиваться до него!

Арчибальд Будро улыбнулся.

– Клэр, – стараясь скрыть улыбку и сохранить невозмутимость, сказал он, – янки такие же мужчины, как и мы, конфедераты, поверь мне.