Кинли Макгрегор - Непокорная красавица

– Всего хорошего, капитан.

– Всего хорошего, мисс Дюпре.

Лорелея закрыла дверь, бросилась на кровать и свернулась комочком, она смеялась над своим глупым положением, пока на глазах не выступили слезы.

– Он меня изловил, – прошептала она в подушку. – Что может быть хуже?

Он знает, что она смотрела на его...

О, вот бы кто-нибудь убил ее, и дело с концом!

Джек шел по палубе и ухмылялся. Наконец-то маленькая ведьма им заинтересовалась. Как разыграть следующий ход?

Лорелея еще не закончила портрет – это первый способ заманить ее в свою каюту. Нет, нужно что-то более тонкое. Более тонкое, черт! Единственное, чего ему хотелось, – это зазвать ее к себе прямо сейчас и остудить пыл в чреслах. Если он вскоре не овладеет ею, он сойдет с ума от желания.

«Ладно, Джек, – сказал он себе. – Что касается обольщения, в этом ты мастер. Что будешь делать?»

Обед. Это ключевой момент. Он заплатит Клейну и его парням, чтобы играли музыку под его раскрытыми окнами. Она любит танцевать – он покажет ей танцевальные шаги, о которых она и не слышала. Да, сегодня ночью она будет его.

– Кит, – позвал он, увидев, что мальчик слоняется возле матроса, чинившего парус. – У меня есть для тебя поручение.

– Поручение, капитан? – обрадовался Кит.

– Да, я хочу, чтобы ты передал послание.

Лорелея закрыла за Китом дверь. Значит, Джек приглашает ее к себе на ужин. Прошло много времени с тех пор, как он делал это в последний раз. Она хорошо запомнила тот ужин.

Дурацкое пари! Заставить его влюбиться в себя. О чем она только думала?

Нет, сегодня у нее другой план. Она хочет закончить свой рисунок так, чтобы он об этом не знал. И она знает способ, как сделать могучего капитана бессильным перед ее происками. Сегодня для этого будет прекрасная возможность. Кусая губы, она отправилась обратно на камбуз. К счастью, женщины были еще там.

– Кейси? – позвала она из дверей.

Все разом повернулись в ее сторону.

– Извините, что прерываю разговор. – Лорелея проскользнула в дверь и приготовилась к очередной лжи. Никогда в жизни она не прибегала к таким мерам! – Кажется, я бы не прочь попробовать тот снотворный сироп, о котором вы мне говорили.

– Хочешь поспать, милая? – спросила Кейси.

– Да.

Они вместе пошли в ее каюту, и Лорелея вытащила из комода бутылочку. Посмотрев ее на свет, она решила, что красно-коричневый цвет жидкости позволит подмешать ее в вино.

– Сколько нужно принять?

– Столовую ложку. Если выпьешь больше, то стошнит.

Лорелея поболтала бутылку, пытаясь оценить вязкость.

– Наверное, противная на вкус? – Если да, то Джек мигом распознает подвох.

– Что ты, она сладкая. Смешай с вином, и ничего не почувствуешь.

Слава Богу.

– Спасибо. Сегодня она мне пригодится. – Лорелея чувствовала себя ужасно из-за того, что приходилось врать, но, если она скажет правду, Кейси ни за что не отдаст ей бутылочку.

Неизвестно почему, но все четыре женщины уверены, что они с Джеком нравятся друг другу больше, чем положено. Кейси пошла приказать сделать Лорелее ванну, а Лорелея стала готовиться к ужину – вернее, готовить угощение для Джека.

Через несколько часов Джек был готов к началу состязания. Стол был уставлен лучшим фарфором, серебром и хрусталем, музыканты играли. Сам он надел свой лучший костюм и выглядел потрясающе.

Не хватало только Лорелеи.

Довольный собой, Джек сцепил за спиной руки и заглянул в соседнюю, смежную, каюту. Он улыбнулся. В ожидании победы он надушил простыни, продуманно расставил свечи. Через несколько часов он будет пировать на этой постели, как изголодавшийся нищий. В дверь робко постучали. Он встрепенулся – она идет к нему в сети!

– Войдите.

И она вошла – как муха к пауку. Он пошел ей навстречу. На ней было нежно-кремовое платье, подчеркивающее цвет кожи, волосы окружали голову ореолом золотых кудрей, локоны свисали вдоль шеи. Он низко поклонился. Она подала руку, и он поднес ее к губам.

– Опять роза? – спросил он, вдохнув сладкий, искусительный запах.

– Вы сказали, что вам это нравится.

«Бери ее! Чего ты ждешь?» Терпение, напомнил он себе. Еще не время. Но очень хотелось. Очень, очень, очень. Ему понадобилось все самообладание, чтобы не форсировать события.

– Ужин уже подали? Я опоздала? – спросила она, увидев накрытый стол.

Он покачал головой:

– Вы пришли вовремя, просто я не хотел, чтобы нам мешали.

– Обоюдное желание.

Он удивился, кровь начала медленно закипать.

– Осторожнее, Лорелея. Вы затеваете опасную игру. Не делайте приглашения, пока не захотите, чтобы я его принял.

По глазам он понял, что у нее на языке вертится ответ, но она его придержала. В какой-то момент он пожалел, что он не Джастин. Тогда бы он проводил время с невооруженной Лорелеей, которая не боялась бы расточать свои чары. Сколько еще очарования он бы в ней нашел?

Потом он решил, что пусть лучше держится так, а то он потеряет последний контроль над собой. Джек подвел ее к столу, отодвинул стул. Прошелестело платье – такой нежный, такой женский звук, от него в груди натянулись все струны. Никогда еще он не был так настроен на женщину. Но эту – эту он чувствовал всеми органами чувств, и в каждый она посылала огонь. Хотя ему меньше всего хотелось это делать, он отошел и сел с противоположной стороны.

– Вы сегодня очень красивы.

– Спасибо, – сказала она, раскладывая салфетку на коленях. – Я могла бы вернуть вам комплимент, но думаю, что вы сами сознаете, как выглядите.

– Вы так считаете?

– Вы слишком самонадеянны, чтобы не сознавать этого.

Он засмеялся и развернул салфетку.

– Я гадал, сколько вы продержитесь, изображая хорошее отношение ко мне.

Лорелея нахмурилась.

– Что-то не так? – спросил он.

– Нет... Да. – Она посмотрела на него загадочным взглядом. – Я не знаю, почему я с вами так веду себя, Джек. Не в моей натуре издеваться над людьми, но, когда я с вами, я ничего не могу с собой поделать.

Он почувствовал, как в челюсти возник тик.

– Если вам станет от этого легче, то знайте, моя мать всегда говорила, что я худший из людей.

Она пришла в замешательство.

– Почему она такое говорила?

Он поднял бокал вина и вздохнул.

– Но ведь это правда, не так ли? – Он отпил крепкого, сладкого вина и сказал: – В любом случае я не хочу об этом говорить.

Опершись о стол, она испытующе посмотрела на него:

– Вы всегда не желаете о себе говорить. Почему?

– Скучная тема.

– Едва ли. Вы можете быть обворожительным собеседником.

– Ну-ну, – со смешком сказал он. – Вы все-таки сделали мне комплимент.

– А вы убежали от моего вопроса.