Барбара Картленд - Путешествие в Монте-Карло

Общаясь с ним, она чувствовала покой и волнение одновременно. Прежде подобные вибрации души появлялись, лишь тогда, когда она общалась со своим отцом.

Однако горничная, неусыпно следившая за каждым ее шагом, тут же напомнила девушке о том, что любое неосторожное слово или действие могут погубить ее отца.

В ту ночь она засыпала с молитвой к высшим силам, которые, как говорил ей отец, всегда рядом, и не могут не помочь. Ей оставалось полагаться только на вмешательство Провидения.

В то же время она понимала, что у нее слишком мало жизненного опыта, и боялась выдать себя в любую минуту.

И все же чудо, на которое она так надеялась, произошло:

Крейг сумел перехитрить барона и его приспешников, и спас Алою и ее отца. Крейг все спланировал так блестяще, что она до сих пор не могла поверить, что весь этот кошмар разрешился без кровопролития и страшных последствий.

«Я люблю его! — подумала девушка. — Прошу тебя, Господи, сделай так, чтобы и он полюбил меня!»

Она понимала, что в жизни Крейга было много женщин, ведь он столь красив и обаятелен, да еще и, как завистливо говорил ей лорд Нисдон, сказочно богат.

Однако в глубине души она знала, что все это не имеет никакого значения. Их связывало нечто большее, нечто более ценное и сокровенное, перед чем любое земное богатство теряет всякий смысл.

Алоя стояла на палубе, когда к причалу, где была пришвартована «Русалка», подъехал автомобиль. Через мгновение, в сопровождении капитана яхты, из автомобиля вышел Крейг.

Алоя подбежала к трапу. Она была так счастлива и взволнована, что хотела броситься в объятия Крейга, но в последние мгновение огромным усилием воли заставила себя сдержаться, и ждала, пока он не подошел к ней.

Они взглянули друг другу в глаза, и оба поняли, что слова излишни, потому что они и так прекрасно понимают один другого.

Не произнеся ни слова, Крейг взял девушку за руку, и повел ее в салон.

Он по-прежнему молча смотрел на нее, когда она первая, слегка смущаясь, нарушила тишину:

— Я… так ждала… тебя, — по-детски искренне сказала она.

— Я надеялся, что ты это скажешь, но я должен сообщить тебе, дорогая, что со свадьбой нам придется немного подождать.

Она смотрела на него в немом изумлении, и он пояснил:

— В соответствии с законом Франции, нас только что зарегистрировал мэр Марселя. Наш капитан стал твоим доверенным лицом…

— Так мы женаты?.. — прошептала Алоя, едва веря своим ушам.

— Да, мы женаты! — ответил Крейг. — Но я знал, что тебе захочется быть повенчанной в церкви, и потому я заехал в русскую церковь и договорился о том, что сегодня вечером нас повенчают в соответствии с традициями веры, которой придерживалась твоя мать.

Алоя почувствовала, как к горлу ее подкатил ком, и едва сдерживая набежавшие слезы, прошептала:

— О, как… чудесно! Этого я хочу… больше… всего на свете!

Крейг обнял ее и сказал:

— Мы оба верим в Силу, которая покровительствует всем религиям мира, дорогая. Эта Сила не зависит от условностей или традиций, но я очень хочу видеть тебя в белом платье невесты, и уверен, что ты будешь счастлива получить благословение святой церкви.

Алоя перевела дыхание:

— Да, я очень этого хочу, — прошептала она и потянулась к Крейгу за поцелуем.

Спустя некоторое время, после того, как закончился обед, девушка спросила:

— Мой вопрос может показаться банальным, но все же что ты хочешь, чтобы я надела на свадьбу?

Крейг рассмеялся.

— Я знал, что ты настоящая женщина, и не удержишься от подобного вопроса. Церемония будет скромной, кроме нас и священника, на ней будут присутствовать лишь двое свидетелей, но тем не менее, я хочу, чтобы это событие запомнилось нам обоим надолго, и стало благословением для наших детей.

Он знал, что при этих словах она смутится, и робко потупит глаза. Увидев ее реакцию, он нежно улыбнулся и продолжил:

— Французы, как правило, надевают на свадьбу фрак.

Именно его я и надену. А вот тебя, дорогая, я хотел бы видеть в том серебряном платье, похожим на сноп лунного света. Помнишь, ты надевала его на прием к Великому князю?

Он привлек ее к себе и тихо добавил:

— Если не ошибаюсь, именно тогда, ты поняла, что мне можно доверять, и что я совсем не похож на тех мужчин, которых ты встречала прежде.

— Я люблю тебя… теперь я понимаю, как сильно я тебя люблю, — отозвалась девушка. — Но до сих пор я не знала, что такое любовь, ведь я никогда не испытывала этого чувства. Когда ты появился в моей жизни, я восприняла тебя, как дар Бога, как лучик света в окутывающей меня темноте.

— Мы оба испытываем одни и те же чувства, — тихо сказал Крейг. — Теперь наша жизнь наполнится светом, который будет согревать нас до конца наших дней.

Когда Крейг и Алоя приклонили колена в маленькой русской церквушке, стены которой украшали лики святых, им обоим показалось, что благословение их браку дает не только священник, но и само Провидение.

Свет проникающий в их души имел божественную силу, он согревал их сердца, и открывал тайны самой Вселенной.

Церемония прошла скромно, а речь священника была трогательной и запоминающейся. Весь путь обратно до яхты был проделан в молчании, все погрузились в собственные размышления. Что касается Алой, то она понимала, что выйдя замуж за Крейга, она обрела покой и счастье, которое, как она думала прежде, ей уже никогда не найти.

Они поднялись на борт яхты и прошли в салон, который слуги украсили букетами белых лилий. К своему восторгу Алоя обнаружила на столе огромный свадебный торт, украшенный мелкими розочками и увенчанный фигурками жениха и невесты. Она рассмеялась от счастья, от чего в воздухе словно зазвенели свадебные колокольчики.

— Мы женаты! Мы действительно поженились! — почти прокричала девушка.

— Я сделаю все, чтобы ты до конца в это поверила, любовь моя, — тихо сказал Крейг.

Они выпили шампанского. Моряки поднимали бокалы за здоровье молодых и желали им счастья и долголетия. Потом был разрезан свадебный торт, кусочек от которого достался каждому из присутствующих.

Заказывая букет для невесты, Крейг позаботился и о венке из лилий, который теперь украшал ее голову.

После того, как все разошлись, молодые посидели некоторое время в тишине салона, зная, что слова им в это мгновение не нужны.

Вскоре моторы яхты вновь заработали, и «Русалка» вышла в открытое море.

— Куда мы плывем? — спросила Алоя.

— Мне не хотелось оставаться в порту, где вокруг так много людей, — ответил Крейг. — Здесь неподалеку есть небольшой залив, где мы и бросим якорь на ночь. Там никто не помешает нам насладиться тишиной, плеском волн и звездным небом.