Фабио - Поверь в мою любовь

Прежде всего он должен обратить на себя внимание этих весельчаков.

– Тихо! – громко крикнул Марко.

Однако это вызвало лишь несколько непокорных взглядов в его сторону и недовольное ворчание.

– Эй, капитан, зачем ты мешаешь нам веселиться? – раздался чей-то возмущенный голос.

– Да, мы с моей женщиной только-только собирались засунуть в ее печь буханку хлеба, как пришлось прервать это занятие, – проворчал другой под дружный хохот остальных.

Раздраженный Марко сделал знак своему рулевому Клаудио и тот, выступив вперед, разрядил в воздух свой мушкет.

Наконец шум стих, умолкли и звуки скрипки. Патрицио, нерешительно потоптавшись на месте, бросился на стоявших вокруг него людей, едва не сбив с ног нескольких из них. Проворчав еще немного, пираты повернули все же свои недовольные лица к капитану.

– Вот так-то лучше, – сердито произнес Марко. – А теперь советую вам послушать меня, болтливые крысы, не то я утоплю вас всех!

– Зачем ты собрал нас здесь, хозяин? – раздался чей-то раздраженный голос.

– Если вы все сейчас заткнетесь, я объясню.

Последовало еще несколько недовольных возгласов, вслед за которыми установилась наконец тишина.

– Благодарю, – саркастически воскликнул Марко. – Я собрал вас здесь для того, чтобы сообщить, что нам придется кое-что изменить на нашем острове.

Собравшиеся обменялись недоуменными взглядами.

Марко поднял руку.

– Через несколько недель к нам на остров прибудут высокие гости, друзья моей семьи из Венеции.

На этот раз тишина была почти благоговейной, а взгляды – одобрительными; в команде у Марко было много итальянцев, а потому новость его вызвала у них живейший интерес.

– Нашими гостями будут дон Джованни Ренальди, его супруга донна Флора и трое их детей – две дочери и сын. К этим гостям вы все должны будете относиться с величайшим почтением, это понятно?

Матросы одобрительно закивали и что-то забубнили, соглашаясь.

– Но зачем сюда едут эти люди? – поинтересовался Аго.

– Я ждал этого вопроса, – сказал Марко. – Дело в том, что я собираюсь выдать замуж Кристину за сына Ренальди, Витторио. Я представился Ренальди дядей девушки.

В толпе послышались удивленные возгласы и даже смешки.

– А знают ли эти венецианцы, что девчонка уже шесть лет живет среди пиратов, включая и ее дражайшего ДЯДЮШКУ? – спросил Патрицио, вызвав своим вопросом очередной взрыв смеха.

– Тише! – закричал Марко. – Нет, они не знают о нашей пиратской деятельности и, главным образом, поэтому я и собрал вас здесь сегодня. Ренальди не должны догадаться, что мы пираты. Пока они будут здесь, мы все должны будем играть роль сахарных плантаторов.

Матросы могли на это лишь покачать головами и изумленно уставиться друг на друга.

– Но почему мы должны участвовать в этом мошенничестве? – возмущенно спросил Франциско. – И вообще, почему ты хочешь избавиться от Кристины и прикидываешься для этого ее дядей?

– Да пусть лучше девчонка остается с нами, – раздался еще чей-то голос, вслед за которым снова послышался смех.

– А это уже мне решать! – воскликнул Марко. – Кристина заслуживает лучшей доли, чем жить здесь, на острове. Надеюсь, я могу рассчитывать на вашу поддержку, без которой у наших гостей не сможет сложиться должного впечатления!

Слова эти вызвали в толпе раздраженные замечания.

– Послушайте меня! – резко сказал Марко. – На протяжении последующих четырех недель мы должны будем делать все, чтобы придать острову более или менее обитаемый вид. Каждый домик должен быть вымыт и отремонтирован, а береговая линия – очищена от мусора. И потом, все свободные женщины, – Марко сделал особое ударение на слове «свободные», – получат по маленькому мешочку золота каждая, после чего я отправлю их на шхуне в Гавану.

Тишину нарушили возмущенные крики пиратов.

– Ты хочешь увезти отсюда наших женщин? – с негодованием в голосе спросил кто-то.

– Ты хочешь оставить наши постели пустыми и холодными? – крикнул кто-то еще.

Марко пришлось кричать, чтобы его услышали.

– Вы неправильно меня поняли! Я собираюсь вывезти отсюда только проституток, а не ваших подруг и детей.

– А что если кто-то хочет сделать одну из них своей подругой? – послышался чей-то возмущенный крик.

– В таком случае, вводите ее в свой дом, и чем скорее, тем лучше.

Повернувшись к Джузеппе, Марко щелкнул пальцами, и его рулевой, шагнув вперед, протянул ему маленький деревянный сундучок. Марко поставил сундучок на перилку крыльца, открыл крышку и все пираты, явно заинтригованные, замолчали. Содержимое сундучка было всем хорошо видно: кольца, драгоценные камни и другие безделушки.

Марко вытащил из него пару блестящих колец.

– Друзья, эти кольца мы с Джузеппе тщательно выбирали из всех наших сокровищ. Думаю, они вполне могут сойти за обручальные кольца. Если вы хотите, чтобы ваши возлюбленные остались с вами, вы все должны носить эти кольца, как подобает приличным супружеским парам. – Услышав протестующие возгласы, он прибавил: – И запомните, у вас должно быть только по одной ЖЕНЕ. А я в свою очередь издам указ, согласно которому все женщины без колец на пальце будут собраны к концу дня и отправлены в Гавану.

– А как же англичанка? – насмешливо поинтересовался кто-то. – Оденет ли ей на пальчик к концу дня колечко ее дражайший дядюшка?

Этот язвительный вопрос вызвал взрыв всеобщего веселья, и Марко почувствовал, как заливается краской его лицо.

– Вы забываете, что все это делается с той лишь целью, чтобы найти девочке достойного мужа, – ответил он холодно. – Когда же эта проблема будет решена, мы не будем больше придерживаться этих приличий на нашем острове. – С этими словами он поднял сундучок. – Выбор за вами, друзья. Либо вы делаете своих подруг на какое-то время женами, либо прощаетесь с ними…

Не дав Марко договорить, пираты бросились разбирать кольца.

В то время как Марко знакомил пиратов с подробностями своего плана, Кристина вместе с Цицеро бродила в джунглях.

Пока Марко находился в последнем плавании, она, стараясь, вырезала на стволе мангрового дерева его лицо. Теперь же девушка метала в него ножи. Она нашла семь ножей в комнате, где хранилось оружие, и теперь они торчали из ушей Марко, его глаз, рта и носа.

– Я тебя ненавижу! – кричала Кристина, загоняя последний нож глубоко в лоб деревянного Марко. – Я так тебя ненавижу!

Однако даже сейчас, произнося полные отчаяния слова, она с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться. Самым ужасным было, пожалуй, то, что на самом деле она испытывала по отношению к Марко далеко не ненависть, она просто не могла его ненавидеть.