Челли Кицмиллер - Коснись зари

Не зная, когда точно закончится действие эфира, Мейджер продолжал целовать и трогать ее, понимая, что вряд ли сможет делать это после того, как она проснется.

Одинокий всадник упорно скакал на восток и натянул поводья, лишь когда достиг залитого лунным светом горного хребта. В течение долгого времени конь и наездник стояли неподвижно, созерцая реку, вдыхая прохладный ночной воздух.

Наконец Хоакин спешился, вытащил лопату и, расседлав Тигра, отпустил его пастись на весенней траве, в то время как сам принялся выполнять весьма неприятную задачу: ему предстояло захоронить голову Карильо. Раз за разом он яростно втыкал лопату в землю: ему не дано было изменить свершившееся, но он мог по крайней мере положить конец кощунству. Хоакин взял мешок, опустил его в могилу и, быстро отступив, перекрестился, а затем помолился о бессмертии души умершего друга. Но даже молитва, которая могла бы ослабить боль, не уменьшила его гнев и не успокоила ненависть; зато чувство вины только еще больше усилилось.

На месте Карильо должен был быть Хоакин, он понял это благодаря книге, которую купила Хеллер. Он положил ее в карман, когда они возвращались в гостиницу, и прочитал по возвращении в свой номер. Автор объединил факты с выдумкой, и тем не менее из них можно было извлечь некоторое понимание случившегося. Тогда рейнджеры искали Хоакина и ошиблись…

— …У тебя усталый взгляд, амиго. — Лино Торал протянул ему кружку черного кофе, затем подбросил немного дров в огонь.

Хоакин нахмурился.

— Я беспокоюсь за Карильо. Он должен был уже вернуться.

Лино посмотрел в сторону тянувшихся к небу острыми пиками скал.

— Сейчас он в пути и, может быть, уже где-то рядом.

Проследив за его взглядом, Хоакин увидел, как Джек Гарсиа помахал ружьем — сигнал о том, что приближается дружественный всадник. Он быстро допил остаток кофе и отставил кружку. Наконец-то Карильо вернулся с новостями о суде над Лютером Мейджером!

Хоакин Карильо лихо проскакал в лагерь. Двух Хоакинов часто принимали за братьев; они были ровесниками, одного роста и сходной комплекции.

Мурьета схватил узду лошади.

— Наконец-то!

Карильо перебросил ногу через седло и спешился; он выглядел утомленным и сердитым.

— Плохие новости, друг. Судья обвинил Мейджера в грабеже и приговорил его к длительному заключению.

Хоакин поклялся отомстить за Роситу, но пока только трое из четырех убийц были мертвы. А Лютер Мейджер раз за разом ускользал от него. В последнем случае удача, казалось, изменила Мейджеру, его час уже близок, и вот теперь… Теперь снова предстояло долгое ожидание…

Лино негромко окликнул его:

— По-моему, это не так уж плохо. Гринго в тюрьме, и ты можешь жить спокойно.

— Пока он дышит одним со мной воздухом, у меня нет жизни! — Хоакин скрипнул зубами. — Мейджер и его друзья забрали ее, когда убили Роситу…

Выстрел все трое услышали одновременно и разом обернулись.

— Рейнджеры! — громко выкрикнул Лино.

Лагерь мгновенно превратился в растревоженный муравейник.

Хоакин вытащил свой длинноствольный «кольт», проверил его и заткнул за пояс, затем направился к Джеку Гарсиа.

— Они далеко ? — спросил он у караульного.

Выравнивая дыхание, Гарсиа ответил:

— Уже в ущелье.

— И сколько их?

— Пятнадцать — двадцать, точно не знаю. Их лошади поднимают много пыли.

— Они упорны, как собаки, преследующие лисицу, — произнес Хоакин.

Ему было отлично известно, что это только вопрос времени, когда капитан Лав и его калифорнийские ищейки возьмут след. Он долго водил их за нос, снабжая фальшивой информацией, так что они начинали ездить по кругу, преследуя самих себя; но капитан был не дурак: быстро все поняв, он стал думать так же, как главарь бандитов, предугадывая каждый их шаг.

— Пусть люди будут готовы и ждут моего сигнала, — приказал Хоакин, — рейнджеры не могут знать наверняка, кто перед ними, и не станут стрелять, пока мы не дадим им повода.

Рейнджеры искали его в течение почти трех месяцев, и он молился, чтобы их терпению не пришел конец, в противном случае ему придется отдать им то, чего они хотят, — себя.

Секундой позже его мысли были прерваны стуком копыт и отряд рейнджеров въехал в лагерь, держа оружие наготове.

Хоакин Мурьета, Хоакин Карильо и Лино не спеша направились к всадникам.

— Кто-нибудь из вас, мексиканцев, понимает по-английски ? — прокричал командир отряда, в котором Мурьета сразу признал капитана Гарри Лава, назначенного губернатором Биглером командовать рейнджерами.

Надвинув сомбреро на глаза, он вышел вперед.

— Си, сеньор, я говорю на вашем языке. — Ему пришлось отвести взгляд, чтобы капитан не заметил затаившейся в них ненависти.

Со своей гнедой Лав пристально взглянул на мексиканца, и высокомерная улыбка тронула уголки его губ под густыми черными усами.

— Хорошо, — сказал он после длительной паузы. — Куда вы направляетесь и где ваш главарь ? — Его голос звучал почти радушно.

— Мы едем в Лос-Анджелес продавать лошадей. Затем вернемся домой, в Мексику, — ответил Хоакин, несколько преувеличивая свой акцент.

— Табун лошадей? Сколько голов?

— Триста.

— Заберете ваши песо, затем домой, а ? Вам не нравится Калифорния ?

Хоакин знал, в какую игру играет Лав, — он и сам иногда играл в подобные игры.

— Мы, как это… соскучились по дому.

— Тоска по дому? Вы тоскуете по дому? — Лав рассмеялся.

Мурьета с достоинством кивнул:

— Да.

Капитан оглянулся и бросил через плечо:

— Ну разве это не умиляет ? Даже заставляет пролить слезу, не правда ли ребята ?

Всадники позади него закивали, послышался хохот.

Внезапно лицо Лава стало серьезным.

— Я ищу мексиканца по имени Хоакин. Подумайте хорошенько, может быть, кто-нибудь из вас знает его? А может быть, он здесь, среди вас?

Ответом на его вопрос было молчание.

— Вы понимаете, что я говорю, мексикашки?

— Си, сеньор, — ответил за всех Мурьета, — но в Мексике очень много людей с таким именем.

— Барнес! — выкрикнул Лав, и от отряда мгновенно отделился небольшого роста человек; ведя свою лошадь в поводу, он торопливо подошел к началу колонны. — Ты говорил, что однажды видел этого Хоакина. Посмотри, нет ли его здесь?

Глаза Барнеса пробежали по лицам мексиканцев и остановились на Хоакине Мурьета.

— Вот этот, точно он!

— Нет, ты ошибаешься, я — Хоакин! — Карильо оттолкнул Мурьету в сторону и сделал шаг вперед.

— Он лжет, — сказал Мурьета, заслоняя Карильо собой и снимая сомбреро. — Я тот человек, которого вы ищете. — В тот же момент он издал пронзительный свист — это был сигнал Гарсиа и остальным к атаке.