Жаклин Рединг - Похищенный рай

— А вы ее уже спрашивали? — поинтересовалась Корделия.

— Нет, — вмешался Дант. — Есть опасность, что кто-то намеренно ранил Беатрис, и мы не хотим пока никому ее показывать.

— Понятно… — Корделия задумалась да минуту. — У меня есть идея!

— Начинается, — со вздохом произнес Рольф. — Я же говорил вам.

Корделия улыбнулась, скосив на него глаза:

— Рольф, у юной леди может сложиться впечатление, что ты меня недолюбливаешь.

— Я боготворю вас, миледи. Всю, с головы до ног!

— Кассия, как ты с ним уживаешься? Кассия тоже улыбнулась:

— С трудом, милая. Корделия покачала головой.

— Так вот что я предлагаю. Мы с тобой, Кассия, вдвоем отправимся к мадам Ольге. Покажем ей ночную сорочку Беатрис и спросим, для кого она ее предназначала. Мы можем сказать, что сорочка принадлежит девушке, которая была у тебя в гостях на новоселье, когда вы с Рольфом отремонтировали Рэйвенвуд.

— У нас там было более двухсот приглашенных.

— В том-то и дело. Мы скажем мадам Ольге, что не знаем имени обладательницы этой ночной рубашки, но опишем ей внешность Беатрис.

Глаза Кассии загорелись.

— Да, таким образом мы не раскроем о ней ничего лишнего, и это поможет избежать досужих домыслов. Ты просто гений, Корделия!

Корделия улыбнулась и взяла Беатрис за руку:

— Предоставьте это дело нам, милая.

Маленький серебряный колокольчик, висевший над входом, тихо зазвенел, и Кассия с Корделией зашли внутрь.

Из-за двери одной из комнат выглянула миниатюрная женщина с блестящими рыжими волосами, забранными сзади в модный пучок, подвязанный ленточками.

— Ха! Как я рада вас видеть!

Мадам Ольга приехала в Лондон из Франции вскоре после реставрации в Англии монархии и воцарения Карла II на отцовском троне. Она открыла маленькую лавочку в далеко не самом престижном районе города и жила весьма скромно. Слава пришла к ней благодаря Кассии, которая как-то совершенно случайно заказала у нее одну вещь и, подивившись качеству выполненной работы, порекомендовала портниху ее величеству Екатерине Браганза, королеве английской. Вскоре все придворные фрейлины стали бороться за право сшить что-нибудь у вошедшей в моду мадам Ольги. Портниха переехала в фешенебельную часть Лондона на Сент-Джеймс-стрит.

Она всегда помнила о том, кому была обязана своим возвышением, поэтому Кассию и близких ее подруг обслуживала вне очереди.

— Добрый день, мадам Ольга, — приветствовала ее Кассия. — Как дела?

— У нас сейчас столько работы! Все разом вернулись в город и обрушили на нас столько срочных заказов, что просто сил нет! Девушки мои работают не покладая рук день и ночь. Но для вас я, разумеется, сделаю все быстро.

Кассия улыбнулась:

— Сегодня я пришла не за этим, мадам Ольга. Впрочем, скоро мне потребуется несколько платьев с припуском на животе.

— Ха! Вы ждете ребенка? — воскликнула портниха, обняла Кассию и поцеловала ее в щеку.

— Да, но цель нашего сегодняшнего посещения иная. — Она показала портнихе ночную рубашку Беатрис. — Я пытаюсь разыскать владелицу этой сорочки, мадам Ольга. Какое-то время назад эта девушка была у нас на новоселье в Рэйвенвуде и оставила там свою сорочку. На ней ваш фирменный знак, и я надеюсь, что вы узнаете свою работу.

Мадам Ольга взяла рубашку в руки и принялась ее внимательно рассматривать,

— Боже, что с ней такое? — воскликнула она. Кассия не знала что ответить. А ведь этот вопрос следовало предвидеть.

Но тут вперед вышла Корделия:

— Говоря по секрету, мадам Ольга, леди Сигрейв полагает, что эту вещь украли у ее владелицы. Она увидела ее на своей служанке, когда та возвращалась поздно вечером после любовного свидания с одним из грумов. Сами понимаете, что испытывает леди Сигрейв по этому поводу. Она просто места себе не находит от того, что с одним из ее гостей поступили столь дурно, и хочет как-то компенсировать потерю хозяйке этой сорочки.

Кассия поражение уставилась на Корделию. Если бы речь шла не о ней, она нисколько не усомнилась бы в правдивости столь ловко состряпанной небылицы.

— Надеюсь, вы уволили эту гадкую служанку? — проговорила мадам Ольга, внимательно изучая сорочку. — Мне пока ясно одно: хозяйка этой рубашки весьма миниатюрна. Даже тоньше меня. — Она принялась рассматривать швы. — Да, это делала Наталья. Работу моих девушек сразу видно. Позвольте, я схожу за ней, и, возможно, она вспомнит.

Мадам Ольга вышла из комнаты и через минуту вернулась вместе с хрупкой блондинкой.

— Наталья, это ты делала? — спросила портниха. Наталья глянула на сорочку и кивнула:

— Да.

— Ты нам можешь сказать, кто ее заказывал? Девушка внимательнее присмотрелась к сорочке и затем стала что-то быстро говорить мадам Ольге по-русски. Кассия и Корделия терпеливо ждали. Наконец портниха поблагодарила Наталью и отпустила ее. Потом обернулась к гостьям и улыбнулась.

— Ну конечно, теперь я и сама вспомнила. Это очаровательная девушка и притом такая умная. У нее очень красивые волосы и особенно глаза. Представляете, она играет на бас-виоле! Мне это известно, потому что она специально просила делать юбки пошире, чтобы ей легче было садиться за этот инструмент. Как же я сразу не вспомнила! — Она покачала головой. — Старею. Столько народу бывает, попробуй-ка всех запомни!

— Мадам Ольга, — прервала ее Кассия, — как зовут эту девушку?

— Ах да, конечно. Это леди Джиллиан Форрестер — младший ребенок и единственная дочь в семье маркиза Адамли.

Глава 15

— Это Джиллиан Форрестер, — сказала Кассия и тут же зажмурилась, боясь увидеть на лице мужа реакцию, которая неизбежно должна была последовать.

— О Боже!.. — воскликнул Рольф. Дант промолчал, В первую минуту, когда Кассия назвала знакомую фамилию, мороз пробежал у него по коже. Он посмотрел на нее, боясь услышать ответ на вопрос, который собирался задать. И справедливо боялся.

— Она имеет какое-нибудь отношение…

— Имеет, — сказала Корделия, опустившись в кресло рядом со своим мужем.

Перси наклонился к ней и нежно поцеловал в щеку.

— Но может быть, дальняя родственница? — с надеждой в голосе тихо спросил Дант. Кассия грустно улыбнулась:

— Нет, Дант, боюсь, что нет. Судя по всему, наша Беатрис является младшим ребенком в семье маркиза Адамли и его единственной дочерью. А Реджинальд, Арчибальд и Марселлас, с которыми ты так хорошо знаком, — ее родные братья.

Дант уронил голову на руки и натужно простонал. Господи, это что, неудачная шутка? Да, да, да! Это не может быть правдой!

— Но я впервые слышу о том, что у них есть сестра.

— Учитывая характер твоих отношений с Форрестерами, они, возможно, посчитали за разумное не сообщать тебе об этом члене их семейства. Джиллиан — их единственная сестра. Она воспитывалась в деревне матерью, пока отец и братья проводили время здесь, в Лондоне. Пять лет назад, когда все произошло, ей было пятнадцать. Совсем девочка. Как я слышала, родные всегда очень плотно опекали ее, и я уверена, что она ничего не знает о том скандале, который случился между тобой и Реджинальдом. Ее уберегли от этого.