Нора Хесс - Вечный огонь страстей

– Иди в дом, готовь ужин.

Какое-то мгновение Бесси молчаливо смотрела на его сгорбленную спину, затем удовлетворенно улыбнулась: «Сэйт Магрудер, сидя с поникшей головой, сейчас выглядел совсем не таким, как казался».

ГЛАВА 11

Охотник не понимал, что происходит. Сердце пронзала острая боль: сильно обидев ее, он снова потерял Джулиану.

Длинные руки свисали между колен, пальцы то сжимались, то разжимались. «Почему я даже не выслушал ее объяснения? Все мое упрямство и гордость!» От злости у него потемнело лицо. «Надо было больше слушать эту старую ведьму, хорошо бы отправиться в Трентон и поколотить ее».

– Очень умно, – презрительно ругал он себя. – Сижу и жалею себя, вместо того, чтобы думать, как вернуть Джулиану.

Время шло; Сэйт не двигался со ступенек. Взошла луна. Неожиданно он поднялся, решительно сжав губы. «Нельзя поддаваться отчаянию. Я привык в жизни за все бороться и не успокоюсь, пока не улажу скандал. Без нее все равно нет жизни». Он сошел с крыльца прямо во мрак ночи и с решительностью горца, стал спускаться с горы, готовый осуществить возникший в голове план.

Завтра утром он поедет к Неметам, готовый на любые унижения, ради того, чтобы доказать Джулиане свою любовь и снова завоевать ее.

Итак, он твердо знал, как поступить. Полный нетерпения, Сэйт возвращался назад и посмеивался над самим собой: «Сколько раз мне хотелось взглянуть на самую красивую женщину в округе, которую прозвали Чертовкой…»

Джулиана увидела брата верхом на лошади, когда выбралась на главную дорогу. Она вытерла мокрые от слез глаза и наигранно-бодрым голосом еще раз крикнула:

– Я здесь, Джон.

Он сразу развернул лошадь в ее сторону, и его озабоченное нахмуренное лицо расцвело радостной улыбкой.

– Дорогая моя, где ты так долго была? – Он подъехал к ней. – Уже совсем темно, Молли объяснила мне, что у тебя неважное самочувствие, и ты решила освежиться. Брат посмотрел на ее лицо и перестал улыбаться.

– Ты плакала, в чем дело?

Джулиана с поникшими плечами смотрела вниз на поводья. «Как сказать ему обо всем, что ее мучает? О беременности, о том, что человек, которого она любила, так безжалостно обошелся с ней».

Джон первый нарушил молчание:

– Ты вполне счастлива, живя со мной и Молли? Может быть, тебе скучно в этом диком краю? И тебе недостает балов и приемов, к которым привыкла там, в городе?

Заботливость брата заставила почувствовать Джулиану виноватой. Джон и Молли были так добры к ней, выполняя все ее желания. Она положила руку на плечо брата:

– Дорогой, я очень люблю вас. И мне нравится жить здесь. Я полюбила этот дикий и чудесный край, а о Филадельфии ничуть не грущу.

Она опустила руку и посмотрела вдаль. «Как мне сказать?..» В следующее мгновение ее снова охватил приступ тошноты. Она быстро спустилась с лошади. «Нет, я ничего не скажу брату».

Он помог ей справиться, придя к выводу, что причиной ее слабости является вовсе не плохая пища. Джулиана решилась:

– Джон, у меня будет ребенок.

Она увидела, как брат затаил дыхание, и смотрела в его широко открытые, полные недоверия глаза. В первое мгновение он молча хватал ртом воздух, затем, наконец, произнес:

– Как это могло случиться? У тебя не было мужчины с тех пор, как ты приехала к нам… ведь так?

– Конечно, нет, – глаза Джулианы заблестели, – что за вопрос. Я тебе просто не говорила об этом.

Сбитый с толку, он посмотрел на плоский живот сестры, затем снова на нее.

– Значит уже где-то четыре месяца? – смущенно добавил он.

Джулиана кивнула.

– Думаю, что так. Я чувствую себя глупо, что сразу не подумала об этом.

Джон слабо улыбнулся.

– Я думаю, есть вещи, которые женщины замечают сразу. Молли всегда знает.

Джулиана ответила ему смущенным голосом:

– Ты же знаешь меня. Я всегда все обдумываю наполовину, – она немного выждала, затем добавила: – Мне неудобно, я обременяю тебя новыми проблемами и словно камень на твоей шее.

Он быстро обнял ее и помог сесть на лошадь, затем с легкой улыбкой сказал:

– Не думай об этом, сестричка. Это тот камень, который я с удовольствием буду носить.

Джон подошел к своей лошади.

– Молли очень обрадуется ребенку. Ей так хочется самой иметь малыша.

Они поехали бок о бок по разбитой дороге. Светила полная луна.

Джулиана спросила с волнением в голосе:

– Как ты думаешь, в деревне будут сплетничать? Они не знают, что я вдова.

Джон коротко хохотнул.

– Вряд ли они будут интересоваться тобой. У них столько своих проблем и тайн. Другое дело Молли, она сама скоро всем выложит новость.

Женщина согласилась и замолчала, находясь мыслями снова с охотником на соседней горе. Она смахнула появившиеся на глазах слезы. Ее будущее было очень туманным: от нее отказался любимый человек и будет ребенок, которого ей придется воспитывать одной.

Вдали замаячил расплывчатый огонек. Виднелся дом Джона.

– Я сегодня нехорошо поступила, оставив Молли одну с этими мужчинами. Иногда они очень действуют на нервы.

Джулиана стала спускаться с горы.

– Ничего, – ответил брат, в его голосе звучала гордость за жену. – Молли со своим острым язычком быстро ставит их на место. А вон и она.

Хозяйка стояла на крыльце и махала им рукой.

– Я так за вас беспокоилась, – сказала хозяйка, спускаясь с крыльца и внимательно посмотрев на Джулиану, которой брат помогал спрыгнуть с лошади.

– Ты что, плакала, дорогая?

Пока Джулиана подобрала слова для объяснения, Джон решил начать первым. Он обнял Молли за плечи и сказал:

– С Джули все в порядке, дорогая. Она так себя ведет, потому что ждет ребенка.

Розовые губки женщины растянулись в улыбку и она, нисколько не смутившись, саркастически заметила:

– А я думала она что-либо потеряла!..

– Ты знала? – недоверчиво воскликнула Джулиана.

– Я не знала наверняка, но догадывалась.

– Что ты говоришь?

– Ну, конечно, – смеялась Молли, беря ее под руку и направляя в дом. – И когда у нас будет прибавление?

– Я думаю, где-то в августе.

Женщина в раздумье посмотрела на плоский живот Джулианы.

– Так скоро? – и перевела взгляд на заплаканные ее глаза.

– От Тома?

– Молли! – вмешался брат, не забыв, что совсем недавно задавал сестре точно такой же вопрос.

– Конечно, это ребенок Тома Рэслера.

Она пожала плечами, совсем не поверив в искренность слов Джона.

– Я спросила потому, что у нее очень долго длится тошнота. Конечно, бывают случаи, когда женщины страдают от нее все девять месяцев.

– Будем надеяться, что Джулиана не принадлежит к их числу, – мужчина шутливо похлопал Молли ниже спины. – Итак, что сегодня на ужин? Я очень проголодался.