Паола Маршалл - Английский подснежник

Дина Грант понятия не имела о фокусах мужа. На следующий день после приема у Хертфордов она спросила, как бы между прочим:

— Почему ты женился на мне, Коби? Я же знаю, что не из-за любви.

Если Коби и был застигнут врасплох, то не выдал замешательства.

Он медленно ответил:

— Я женился на тебе, Дина, по многим причинам. Я уверен, что ты станешь хорошей женой и матерью моих детей. Знай, что я всегда буду уважать тебя, даже если не смогу любить. Думаю, в отличие от большинства женщин, ты не захочешь, чтобы я тебе лгал.

Дина молча кивнула. Ничего другого она и не ожидала. Неужели он действительно не способен любить? Сначала ей казалось, будто Коби сказал это, чтобы ее утешить, но теперь девушка чувствовала, что он говорил правду.

— Тяжело, наверное, знать о себе такое, — сказала она. — Что ты не можешь любить.

— Лучше уж так, — ответил Коби. — Мне было бы спокойнее, если бы и ты меня не любила. Женщины, у которых хватало глупости любить меня в прошлом, дорого платили за это.

Память о Белите, погибшей по его вине, всегда жила в его сердце. Были еще Джейн и Сюзанна с ее отчаянием. Насколько было бы лучше, если бы она никогда не встретила и не полюбила бы Коби Гранта!

Коби не хотел, чтобы любовь испортила дружеские отношения между ним и его молодой женой. Он чуть было не сказал и это, но вовремя прикусил язык. Как и Мариетта, его мать, Коби беспокоился о том, как Дина сможет с ним ужиться.

Что ж, время покажет.

Об этом же Дина размышляла неделю спустя, слушая серенаду. Было четыре часа пополудни, и они с Коби лежали в постели… вернее, на постели. Все утро и начало дня они провели в зоопарке.

— Неужели ты никогда там не была? — в притворном ужасе воскликнул Коби. Он сразу же велел подать экипаж, и следующие несколько часов они провели, гуляя по аллеям и рассматривая животных, о которых Коби знал практически все. Дину это не удивляло: она уже успела привыкнуть к его поистине энциклопедическим познаниям.

После этого они поехали в ресторан и пообедали на террасе с видом на Темзу. Дина никогда еще не чувствовала себя такой счастливой.

Когда после прогулки по Лондону они возвращались на Парк-Лейн в открытом ландо, муж тихо спросил:

— Чем дальше займемся, Дина? Раз уж сегодня мы празднуем, давай…

Он выгнул бровь, оставив фразу недоговоренной, и Дина невольно захихикала.

— Почитаем сборник проповедей, — закончил Коби с серьезным видом. — Он как раз у меня в комнате завалялся.

Как ни странно, такое же невинное выражение на его лице Дина видела сегодня в зоопарке. Они резко завернули за угол и едва не столкнулись с крупным мрачного вида мужчиной.

— Ой, прошу прощения, — воскликнул Коби с точно таким же выражением лица. — Мы вас не заметили, не так ли, дорогая? Примите наши извинения за доставленные неудобства. Приятный день выдался, как вы считаете? Вам тоже нравятся животные?

— Вовсе нет, — пробормотал незнакомец, смущенно переминаясь с ноги на ногу. — То есть…

— Настоятельно рекомендую посмотреть львов, — жизнерадостно продолжил Коби. — Скоро их будут кормить. Не христианами, и не преступниками, конечно. Слава Богу, эти ужасные времена давно миновали. Не смею больше вас задерживать.

Они направились дальше, но какой-то порыв заставил Дину обернуться. Мужчина так и не сдвинулся с места и с ошеломленным видом глядел им вслед.

— Этот человек знаком с тобой, Коби? — спросила она. — Он странно на тебя смотрит.

— Какой человек, дорогая? Ах, этот. Нет, не думаю, что он меня знает.

Впоследствии Дина решила, что это было очередное из его двусмысленных и ничего не объясняющих высказываний.

Зато в постели все было четко и ясно. Коби был совершенно голым после приятно проведенного часа, а Дина в небрежно наброшенном японском кимоно слушала, как он играет на банджо.

Пел он низким и горловым голосом, не похожим на его обычный мягкий баритон; лежа рядом с ним, Дина чувствовала себя счастливой грешницей.

— Есть хоть что-нибудь, чего ты не умеешь? — спросила она, когда песня закончилась.

Коби кивнул и, не задумываясь, ответил:

— Рожать детей.

Дина толкнула его ногой.

— Я не о том, глупенький.

— Хотя я могу сделать ребенка тебе, — продолжил Коби. — Разве это не приятно? А как насчет ванны? Я весь мокрый.

— Я тоже, — согласилась Дина. — Я могу вернуться в свою комнату и позвонить Пирсон, чтобы она приготовила ванну.

— Я сам приготовлю, — пообещал он, заиграв снова. — Незачем беспокоить Пирсон. Мы примем ванну вместе. — Теперь он играл популярную песенку, оканчивающуюся словами: «Хочешь знать, который час, спроси у полисмена».

Неожиданно Дину осенило.

— Так вот на кого был похож тот человек в зоопарке. На полицейского.

— Умница, — лениво протянул Коби. — Я тоже так подумал. И кого он собирался арестовывать? Львов… или тигров? Тебя, меня?

Дина вспомнила его слова перед тем, как речь зашла о полицейском.

— Ты в самом деле… хочешь принять ванну… со мной?

— Почему бы нет? В ванне мы сможем побеседовать о смысле жизни.

— А он действительно собирался кого-то арестовать? Я ни разу не видела, как арестовывают людей.

Дина ни с кем и никогда не вела таких странных разговоров, как с мужем. Он еще ни разу не сказал ей: «Дина, не глупи», как делали все остальные, кроме Па, когда она давала волю фантазии.

— Возможно.

Коби поднялся с постели одним плавным движением и направился к двери роскошной ванной комнаты, которую оборудовал после покупки дома.

— Скажи, — обратился он к Дине, заглянув обратно в спальню, — ты веришь в переселение душ? Неплохая тема для начала.

Она все никак не могла забыть того полицейского.

— Он же не меня собирался арестовывать.

— Кто? Ах, полицейский. Слушай, Дина, нечего ждать, пока вода остынет, а не то он точно явится за тобой

Коби сгреб ее в охапку, окунул прямо в кимоно в теплую воду, и сам залез следом.

— Как хорошо, что я заказал такую большую ванну, — заявил он. — Наверное уже тогда подумывал о тебе… Позволь, я сделаю с тобой нечто ужасное, леди Дина…

Кончилось тем, что вся ванная комната была забрызгана водой, а Дина завизжала:

— Коби, ты же меня утопишь!

— Не утоплю, — задыхаясь, ответил он.

— Нет, нет, не останавливайся…

— И не собираюсь, — выдохнул он. — Здорово, правда?

Так оно и было.

Позже Дина поинтересовалась с некоторой робостью, поскольку такого рода вопросы бестактно задавать даже собственному мужу:

— Коби, а ты раньше это делал? — И рассмеялась. — Какая же я глупая! Конечно, делал.

— Да, — мягко сказал он, поглаживая ее мокрые волосы.