Элизабет Бойл - Без ума от герцога

— Он даже отказался удовлетворить вашу просьбу о визите, — признался мальчик.

— Да? — Джеймс припомнил взгляды слуг. Неудивительно, что они смотрели на него, разинув рты. — И почему?

— Бубнил что-то о сумасшествии и дурном влиянии. — Мальчик помолчал. — Без обид, ваша светлость.

— Никаких обид, — ответил Джеймс. Ох уж это имя Тремонт. Настоящее проклятие его рода.

Эйвенбери подался вперед.

— Заметив у него на столе вашу записку, я позже ее стащил и сам ответил. Затем подкупил слугу, чтобы тот отнес ответ к вам в дом. — Помолчав, он посмотрел на Джеймса. — Я еще ни разу не встречал герцога.

Джеймс не знал, то ли упрекнуть мальчишку, то ли похвалить за находчивость, но от последних слов, сказанных с искренностью и явным любопытством, у него внутри что-то вспыхнуло.

Он понимал, каково жить в изоляции.

В конце концов, он так провел свою жизнь.

— Не знаю, зачем мы приехали в Лондон, — жаловался мальчик, нетерпеливо постукивая ногой. — Грэмшоу не позволяет мне выходить из дому ни для какой забавы, за исключением прогулки в парке в пятницу, но это скука смертная. Ничего, кроме назидательных визитов в библиотеку и в парламент, чтобы я мог увидеть свое будущее место. А когда я попросил посмотреть мраморы Элгина, Грэмшоу отказал. Сказал, что они возмутительные. — Помолчав, мальчик взглянул на Джеймса. — Это правда?

— Лет через пять вы найдете их интересными.

— Я уже устал приказывать ему, чтобы он отвез меня в Тауэр посмотреть слона, но он все время отказывает. Говорит, что это приказ моего дяди.

— Обязательства, сопутствующие титулу, — это тяжелый груз, — сказал Джеймс, — Когда я был в вашем возрасте, отец держал меня под замком, опасаясь, что я отобьюсь от рук. А я всего лишь хотел пойти на рыбалку.

— Я люблю рыбалку. — Мальчик вздохнул. — Знаете, я один раз ходил.

— Как вам удалось?

— Одна из служанок пожалела меня и выпустила из дома, чтобы я мог пойти с ее братом и его друзьями. Отличная компания.

— Деревенские ребята?

Мальчик кивнул.

— Прекрасные товарищи, — признался Джеймс. — У моих братьев были приятели в деревне. Я всегда им завидовал.

— Они взяли меня на рыбалку, — продолжал Эйвенбери. — Я вымок, вымазался и поймал четырех рыб. Нет, трех. Но я поймал бы четвертую, если бы Грэмшоу не нашел меня.

— Я тоже люблю рыбалку. У меня в поместье отличный пруд с форелью. Вы должны приехать половить ее.

— Можно?

— Да. И не нужно брать с собой Грэмшоу.

— Дядя говорит, что я везде должен брать его с собой, и еще Биллза, лакея.

— Тогда привозите их, — сказал Джеймс, — и мы запрем их в башне, пока будем рыбачить.

Мальчик заливисто рассмеялся, и Джеймс тоже. Смех юного Эйвенбери был заразителен, как и смех Элинор.

— Итак, ваша светлость, — начал мальчик.

— Зовите меня Паркертон.

— Тогда и вы должны называть меня Эйвенбери.

— Согласен.

— Итак, что вам нужно, Паркертон? Уверен, вы не просто так пришли.

Мальчик, сообразительный и находчивый, нравился Джеймсу все больше.

— Я пришел по поручению одной леди.

— Леди? Я никаких леди не знаю. За исключением моей мамы, которой никогда нет рядом.

— Гм… все это запутано. Я должен просить вас сохранить наш разговор в тайне.

— Не говорить Грэмшоу или кому-нибудь еще?

— Именно.

Мальчик надулся со всей герцогской важностью, которой обладал:

— Слово чести.

— Как я сказал, я пришел сюда по поручению дамы. Она просила меня помочь найти ей мужа.

— Вас?

— Да, меня, только она не знает, что я Паркертон.

— Рассказывайте. — Глаза мальчика вспыхнули.

Джеймс пересказал всю историю, пропустив поцелуи. Эйвенбери покачал головой:

— Почему вы согласились найти леди Стэндон мужа?

— Я подумал, что это шутка. Как вы знаете, в нашем кругу шутят редко.

Мальчик кивнул.

— Я никогда с шутками не сталкивался, — признался Джеймс.

— Никогда?

— Никогда. — Джеймс удрученно покачал головой. — По крайней мере, до тех пор, пока меня не ударили. — Он похлопал по синяку. — Уверен, это дало мне новые перспективы.

— Можно поближе посмотреть?

Джеймс кивнул, мальчик с ногами взобрался на диван и, встав на коленки, разглядывал глаз Джеймса.

Он снова присвистнул, — должно быть, он перенял это у деревенских ребят.

— Великолепные цвета, Паркертон. Настоящая радуга. — Мальчик снова сел на диван. — Меня никогда не били. Я хочу брать уроки бокса, а Грэмшоу говорит, что я слишком мал.

— Очень уж он своевольный.

— Я так ему и сказал, но он и слушать не хочет. Бормочет что-то о том, за что платит ему мой дядя.

— Когда он в следующий раз скажет нечто подобное, напомните ему, что придет время, и счета будете оплачивать вы. Все, включая счета дяди. Это вразумит старика Грэмшоу, если он понимает, что для него лучше.

— Паркертон, вы мне нравитесь, — расплылся в улыбке мальчик.

— И вы мне, Эйвенбери. Если бы у меня был сын, я хотел бы, чтобы он был таким, как вы.

— Вы позволили бы ему ловить рыбу?

— Каждый день. Как только сделает уроки.

— Тогда я помогу вам с вашей леди Стэндон.

— Она не моя леди Стэндон, — возразил Джеймс, но это была неправда.

И даже у Эйвенбери, которому всего одиннадцать, было достаточно ума, чтобы понять, что это ложь.

— Держу пари, она хорошенькая. И милая в придачу.

— Почему вы так думаете?

— Потому что иначе вас бы здесь не было.

— Она самое чудесное создание в Лондоне, — признался Джеймс.

— Тогда я вам помогу, вы сможете жениться на ней, и у вас будет сын.

— Я не намеревался… — запнулся Джеймс.

— Конечно, намеревались, Паркертон. Ни один мужчина не станет так стараться ради женщины, которую не любит.

Джеймс хотел было возразить, но промолчал. Сначала Расти и Сэмми, а теперь Эйвенбери! Как сумели они легко разглядеть то, в чем он не мог признаться даже себе? Хотя мысленным взором снова видел ее в том платье. Он не способен сопротивляться ей, его влечет к ней, он готов переплыть океан, чтобы ее найти.

Паркертон и Эйвенбери, сдвинув головы, составляли план встречи с леди Стэндон в пятницу в парке.

— Придет время, Эйвенбери, и вы станете силой, с которой будут считаться. Человеком, которого я с гордостью назову своим другом.

Мальчик просиял:

— Я этому рад, Паркертон. Но услуга за услугу.

— Все, что угодно.

— Когда придете в парк, принесите мне воздушного змея.

Когда герцог Паркертон явился домой и велел Уинстону обеспечить его всем необходимым для изготовления воздушного змея, причем хорошего, и послал леди Стэндон записку, что заедет за ней во вторник ровно в одиннадцать, секретарь прямиком направился на кухню, где миссис Окстон поила чаем Ричардса, Кантли и других, перед тем как начнут сервировать ужин.