Герцог для Дианы - Сабрина Джеффрис
Опять он сделал несколько шагов прочь, но вернулся сам.
— Скажите мне вот что. Вы собираетесь вечером быть в этом же платье?
— Да. А что?
— Вы были в нем сегодня в Сент-Джеймсском дворце. Мне казалось, что дамы к вечеру меняют платья.
Диана захлопала глазами. Потом сообразила.
— Разве вы не помните? Я же говорила, что мы здесь будем не в качестве гостей. Я не присутствую на ужине, понимаете? Я даже не хозяйка. Это обязанность вашей матушки, хоть и неофициальная, поскольку она в трауре. Я буду действовать за сценой, помогать вашей экономке решать проблемы, следить, чтобы лакеи правильно выполняли распоряжения, и тому подобное.
— Но вам это необходимо? — Он помолчал, окинув ее оценивающим взглядом. — Наверняка мои лакеи уже уяснили, что делать, а с непредвиденными сложностями помогут разобраться ваши сестры.
— Вы имеете в виду, что хотите, чтобы я присутствовала на ужине? — уточнила Диана, стараясь не показать, как безумно рада этому предложению.
— Не столько я, сколько… э… Рози, кажется, рассчитывает на вас, и даже мама вечно ищет вашего совета. — Он застонал. — Не то чтобы мне не хотелось, чтобы вы присутствовали, но это больше ради сестры и матери. Вот так. Мне не обязательно…
— Я поняла. И не тревожьтесь. Я и не собиралась присутствовать, поэтому совсем не обижена тем… что вы пытаетесь сказать.
Герцог вздохнул.
— Никто, кто услышит, как я сейчас запинаюсь, ни за что не поверил бы, что мне под силу убедить аудиторию из пятидесяти джентльменов вложиться в проект, который они с трудом представляют в реальности.
— Я бы поверила, — тихо сказала Диана. — Все-таки я прочла вашу статью. Поняла в ней не так много, с вашего позволения, но могу сказать, что вам удалось убедительно объяснить суть тем, кто понимает.
Герцог приподнял бровь.
— Вы «можете сказать», да?
— Да. — Дыхание у нее стало неровным. — Если я все же буду присутствовать — исключительно ради вашей сестры и матушки, конечно, — мне потребуется вечернее платье, а у меня ничего нет с собой.
Вытащив карманные часы, он взглянул на время.
— У вас есть еще час или полтора, а живете вы недалеко. Отправьте за платьем слугу. Уверен, одним лакеем вы можете пожертвовать.
Судя по всему, герцог не представлял, сколько времени требуется женщине, чтобы одеться и уложить волосы. Но Диана, пожалуй, управится, если выберет платье попроще.
— Я… подумаю.
— Прекрасно! — Засунув палец за галстук, он потянул его, явно пытаясь ослабить.
— Не делайте так. — Она протянула руку, чтобы поправить сбившийся на сторону узел. — Вы сведете на нет всю упорную работу своего камердинера.
— Сколько вам лет?
Она потянула галстук из стороны в сторону.
— Вам известно, что это грубо — спрашивать женщину о возрасте?
— Известно. Но, судя по тому, как вы суетитесь над моим галстуком, я бы предположил, что вы ровесница моей матери. — Когда она вопросительно глянула на него, герцог рассмеялся. — Давайте, скажите. Иначе я опять испорчу узел.
— Если вам так уж нужно знать — двадцать четыре.
— А ведете себя, как будто вы много старше, — сказал он.
— Благодарю. — Она разгладила последнюю складку. — Вот. Теперь оставьте его в покое, ваша светлость, если сможете.
Он опять глянул на Диану таким взглядом, от которого ее каждый раз пробирала дрожь.
— Ради вас я готов на это, но только если вы перестанете величать меня «вашей светлостью». От этого кажется, что вы служанка, а это совсем не так.
Он был прав, конечно, но никто из предыдущих клиентов не предлагал ей подобного. К горлу подкатил комок слез, и Диана пригладила галстук, чтобы тот не торчал.
— Тогда как мне вас называть? Герцог? Гренвуд?
— Джеффри. Зовите меня Джеффри.
— Я не могу называть вас по имени на людях. — Она отступила на шаг. — Они решат, что мы… Что нас что-то связывает. — Особенно если бы кто-то увидел, как она поправляет ему галстук, совсем как жена. И хотя ей хотелось, чтобы их «что-то связывало», но совершенно не хотелось, чтобы об этом знал кто-то еще. Все это должно оставаться их сугубо личным делом.
— Ясно. Я понял. — Он запустил пальцы в волосы, приведя в полный беспорядок прическу, которой камердинер, должно быть, отдал много сил. — Тогда при людях называйте меня Гренвуд или герцог, но никаких «ваша светлость» тут или «его светлость» там. А наедине называйте меня Джеффри.
«Наедине…» Это звучало ободряюще.
— Хорошо. Джеффри, у меня много работы до начала ужина, в особенности если я буду присутствовать на нем.
— Идите, — сказал Джеффри, сопроводив слова величественным жестом, который свидетельствовал, что в нем было больше герцогского, чем он подозревал. — Идите и делайте то, что должны. А я возьму виски, сяду и буду ждать, когда вечер начнется.
Диана засмеялась в ответ.
— Тогда сидите у себя в кабинете, хорошо? Это позволит одной из нас перевязать вам галстук, если потребуется, и убедиться, что вы не превратили свою прическу в дикие заросли. — С этими словами она поспешила прочь, искать лакея, который сможет привезти ей подходящее платье для ужина.
Герцог — Джеффри — иногда доводил ее до белого каления, но в общем и целом казался очень даже пригодным для соблазнения мужчиной. Теперь оставалось только придумать, каким образом лучше всего соблазнить его…
С огромным интересом Джеффри проводил Диану взглядом, заметив, как в спешке она слегка приподняла юбки, что, конечно, дало ему возможность полюбоваться на ее лодыжки. Они были очаровательными, изящной формы, хотя и прикрыты белыми шелковыми чулками. Джеффри представил, как его руки скользят вверх по ее ногам к подвязкам, как он развязывает их, как стягивает чулки вниз, отбрасывает прочь. А потом, ох…
Господи, помоги ему! Он поставит себя в дурацкое положение, если не перестанет вот так фантазировать.
— Где Рози? — донесся из-за спины голос матери.
Дьявол! Оставалось надеяться, что она не заметила, как он пускает слюни, мечтая о Диане. Обернувшись, Джеффри увидел, что матушка чем-то взволнована.
— Я ее не видел, — ответил он. — Ты смотрела у нее в гардеробной?
— Конечно. — Беспокойные морщинки прорезали ее лоб. — Дамы тоже не видели твою сестру после того, как помогли ей одеться. Они сказали, что она пошла вниз, поговорить с Элизой насчет прически. Но я встретила Элизу на лестнице, и та сказала, что тоже разыскивает ее. Может быть, Рози спряталась? Ты же знаешь, какая она становится, когда начинает паниковать из-за светских приемов.
— Да, но сегодня я этого в ней не заметил. Судя по тому, как несколько часов назад она
