Кэтрин Кэски - Запретные уроки

— Даже четверо, вот как?

— Ох, так. Поэтому я отлично знаю целебные свойства крепких напитков. — Она улыбнулась, хотя и понимала, что в наступившей темноте он ничего не заметит.

Замерзнуть до смерти с холостяком. Какой великолепный конец сможет приделать тот газетчик, на которого работает миссис Хадлстон, к своей разоблачительной статейке о мисс Боннет… скандально известной в широких кругах под именем леди Сьюзен Синклер. Дрожь снова сотрясла все ее тело.

Лорд Уэнтуорт, не говоря ни слова, поступил крайне неподобающе: переложил вожжи в одну руку, а другой обнял Сьюзен и притянул ее к себе.

Она обвила рукой талию своего спутника и уютно прижалась к его груди. Что ей до мнения какого-то писаки или любого другого? Они были вдвоем, бог весть в какой дали. Они оба замерзали.

Но он был теплым. Заботливым.

И таким до неприличия красивым! Сьюзен закрыла глаза.

Хлопья мокрого снега летели Себастьяну в лицо. Он сильно щурился, очень стараясь в то же время разглядеть дорогу. Все тело невероятно напряглось.

Перед мысленным взором вставали картины грядущей беды. Вот коляска соскальзывает с обледеневшего моста и летит в протекающую под ним ледяную речку. А у Себастьяна руки запутались в вожжах, и он никак не может высунуть голову из стремительно несущейся воды. Легкие наполняются обжигающей водой. Вода смыкается над бездыханным телом.

Трагическая смерть четвертого герцога Эксетера.

Он изо всех сил заморгал и потряс головой. «Нет, нет, нет. На многие мили вокруг нет ни единого моста. Не смей думать об этом. Просто смотри на дорогу. Пусти лошадь помедленнее, шагом. И все будет хорошо».

Уснувшая мисс Боннет тесно прижалась к нему. Она перестала дрожать, и он надеялся, что она согрелась в его объятиях, а не лишилась чувств от пронизывающего холода — именно этого он опасался.

Далеко впереди он сумел рассмотреть неясные контуры какого-то строения. Присмотрелся, напрягая глаза. Потряс головой и заморгал, старясь стряхнуть с ресниц налипший на них снег. Света не видно, но что-то там есть. Какой-то кров над головой.

Натягивай вожжи.

Сердце в груди радостно забилось, и он изо всех сил натянул вожжи. Слишком резко. Лошадь споткнулась, передние копыта заскользили на льду, потеряв опору. Падая, животное жалобно заржало.

Коляска на миг накренилась вперед, потом качнулась вбок, дернулась и перевернулась. Все окружающее задвигалось медленно, как во сне — вернее сказать, в ночном кошмаре. Тело Себастьяна на мгновение зависло в воздухе, и он отчаянно потянулся к мисс Боннет — когда коляску подбросило, она ухватилась за дышло.

Но дотянуться до нее не получилось. Он не в силах был ей помочь.

Он лежал на спине и в то же время куда-то двигался по неровной, кочковатой почве. Отважился приоткрыть глаза, но голова невыносимо кружилась. Видел ноги, темными силуэтами выделявшиеся на снегу, понимал, что его медленно тащат куда-то вверх по склону. Потом головокружение сделалось нестерпимым, Себастьян смежил веки и снова провалился в темноту.

Когда он еще раз открыл глаза, то уже спокойно лежал на одном месте. Слышал, как свистит и завывает бешеный ветер, но Себастьяна что-то защищало от неистовства стихии.

— Ох, вы уже проснулись! — Он не видел говорившую, но без труда узнал мелодичный голосок мисс Боннет. — Знаете, вы меня изрядно напугали. Возблагодарите небеса за то, что родились твердолобым англичанином. Впрочем, готова держать пари, вы скоро будете в отличной форме.

— Коляска… — пробормотал Себастьян, весь дрожа от холода.

— Ну-у, с ней, боюсь, получилось хуже. Я выпрягла лошадь: она все пыталась встать на ноги и всякий раз переворачивала коляску прямо на вас. Как только я освободила лошадь, она вихрем умчалась по дороге. Мне кажется, это хороший признак — животное вроде бы осталось невредимым. Может, утром нам удастся отыскать ее. Как думаете?

Он почувствовал, как она шарит по его одежде и перехватил руку.

— Холодно.

— Да, и мне тоже. Этому горю я и хочу помочь, если позволите. — Он почувствовал, как что-то ткнулось ему в губы. — Вот, выпейте. В лечебных целях. Смелее. Там не так много осталось. А я выцежу последние капли, если вы не сумеете. Нам обоим это поможет хотя бы представить, будто стало теплее.

Он отпустил ее руку, выпил, сколько смог, и снова закрыл глаза.

Когда он в третий раз очнулся, голова больше не кружилась, но он никак не мог понять, что происходит, где он оказался и как сюда попал. Единственное, что удалось понять — он лежал без одежды. И рядом лежал кто-то еще.

Несколько тяжелых одеял и… женское тело приятно согревали его. Он не знал, кто эта женщина, как они оказались с ней в каком-то амбаре или сарайчике, но в данную минуту это его не слишком интересовало. Женщина крепко прижималась к нему, почти лежала на нем.

Себастьян пошарил руками под одеялом, провел по изгибу ее спины и сжал руки на выпуклостях пониже. Напрягся и потянул женщину на себя. Она чуть заворочалась во сне, легко-легко.

Когда полные груди потерлись о густые заросли на его груди, ее соски заметно затвердели. Колечки волос между ног ласково погладили предмет его мужской гордости, и тот полностью очнулся, радостно выпрямляясь ей навстречу.

Себастьян взял незнакомку рукой за подбородок, приблизил к себе и нежно поцеловал. Не просыпаясь, она вздохнула от наслаждения.

Себастьян, не выпуская женщину из объятий, перекатился на бок. Ощутил, как затрепетали ее ресницы. Он отвел рукой волосы и поцеловал ее еще раз. На этот раз она отозвалась, слившись с ним в поцелуе.

Боже, как ему захотелось исследовать каждую пядь этого мягкого, нежного тела!

Он поднял руку, накрыл ладонью одну грудь, задержав пальцы на набухшем соске. Женщина застонала, прижимаясь к его губам, приоткрыла рот, позволив языку Себастьяна проскользнуть внутрь.

На него накатило безумие. Он желал эту женщину, которую не мог разглядеть и которой совсем не знал, с такой страшной силой, что это даже пугало его. Он провел рукой по ее телу до самых завитков волос между ног. Пальцы заплутали во влажных складках, подбираясь к главной цели.

Она погладила его затылок, притянула ближе к себе, и язык Себастьяна еще глубже заскользил у нее во рту.

От его движений она стала выгибаться, крепко прижимаясь к ласкающей ее руке. Он слегка коснулся большим пальцем горячей расщелины, протолкнул другой палец внутрь, медленно двигая им взад-вперед. Она всхлипнула, подалась всем телом навстречу этим движениям. Себастьян добавил еще один палец, слегка сгибая их внутри, неспешно вдвигая и выдвигая, возбуждая ее, зажигая в ней огонь и вызывая влагу. Ее всхлипы перешли в стоны, женщина раскрылась ему навстречу.