Елена Езерская - Уроки судьбы

— Ты противный! Злой! Ты.., ты…

— Господа, не ссорьтесь! — Мария тоже поднялась с колен и мягким жестом увела Константина от брата. — Константин Николаевич, прошу вас, не обижайтесь! Я думаю, виной всему напряжение, которое испытываем мы все перед предстоящим приемом. Должна вам признаться, я тоже изрядно взволнована.

— Однако, — все же надулся Костя, — вы не деретесь и не портите другим настроение.

— Это потому, что принцесса еще слишком мало живет при дворе, а вот когда она освоится здесь, тогда и посмотрим, — кивнул Александр.

— Вы всерьез думаете, что жестокость окружающего мира способны поколебать мое смирение? — тихо спросила Мария.

— И более сильные колебались, если только вы — не Иисус Христос, — Александр с вызовом посмотрел на нее.

Мария глаз не опустила, но в ее взгляде он увидел столько боли, что немедленно почувствовал неловкость за свою неоправданную резкость.

— Велика важность — прием! — пробурчал Константин, подавая знак слуге собрать с пола фигуры кавалеристов.

— Нелепость ваших суждений может извинить лишь ваша молодость, дорогой брат, — Александр решил отыграться на младшем.

— Зато я — не такой жестокий! — бросил ему Константин. — Пойду к фрейлинам — у них всегда есть конфеты, и они всегда приседают передо мной!

— Еще бы, — криво усмехнулся Александр.

— Это невежливо, ваше высочество, — сказала Мария, едва за Константином и его слугой закрылась дверь. — Вы пользуетесь своим положением старшего. И совершенно напрасно ополчились на Костю.

— Похоже, я всем испортил настроение? — без чувства сожаления спросил Александр.

— Я уже привыкла к тому, что вы постоянно думаете только о себе и подразумеваете в общении исключительно свое настроение, — пожала плечами Мария. — Но позвольте все же напомнить вам — Константин ребенок, и его обижает подобное небрежение. Я прошу вас впредь сдерживать свои эмоции. Хотя бы в моем присутствии.

Александр нахмурился — принцесса была права, но признать это — значило расписаться в собственном бессилии, сознаться самому себе, что не удается справиться с разъедавшей его любовной тоской. Увлечение Наташей оказалось для Александра столь неожиданно сильным, что он растерялся. В его жизни все уже было предрешено — он затаил в глубине сердца память об Ольге и душою обратился к Марии. Наташа же стала испытанием его порывистой и эмоциональной натуры, и эта ноша, судя по всему, оказалась Александру не по силам.

— Надеюсь, вы простите меня? — извиняющимся тоном спросил он.

— Я не могу обижаться на свойства вашего характера.

— Так вы видите во мне солдафона?

— Я вижу в вас человека, готовящегося к нелегкому бремени власти, а потому тяжело переживающему необходимость отрешиться от простых радостей и обычных чувств, — с поклоном сказала Мария.

— Ваша мудрость поразительна, — побледнел Александр. — И вы опять явили мне пример добродетели и благородства. Господи, я совсем недостоин вас!

Промолвив это, он бросился к принцессе и принялся целовать ее руку с той почтительностью, которую в прежние годы оказывал лишь матери.

— Что вы, Александр Николаевич, — смутилась Мария, — я понимаю вас. Мы все немного напряжены. Ожидающее нас событие действительно может оказаться переломным в нашей судьбе.

— Нашей? Значит, вы не обиделись на меня и по-прежнему готовы соединить свою руку и жизнь с моей?

— Я уже призналась вам в своих чувствах, и, поверьте, я способна умолчать о них, но не изменить им.

— Благодарю вас, — вздохнул Александр. — И смею полагать, что ваша грусть вызвана волнением… Хотя мне почудилось, вас тревожит что-то другое. Может быть, вам одиноко? Вы были очень привязаны.., к своей прежней фрейлине.

— Я рада, что княжна Репнина уехала. Уверена — она уже встретилась со своим женихом и счастлива, — на лице Марии появилось мечтательное выражение, ее глаза повлажнели.

— Да, — кивнул Александр и еле слышно добавил, — возможно, я ошибался…

— Для меня так важно то, что она выходит замуж! Это вселяет и в меня надежду на будущее.

— Мари! Наше будущее определено, и мне непонятны ваши сомнения на этот счет!

— Но экзамен, что ожидает меня, очень важен. И я искренне озабочена тем, как произвести хорошее впечатление на приеме и заслужить уважение Императора и его августейшей супруги. Я хочу, чтобы вы гордились мной.

— Но я и так горжусь вами! — воскликнул Александр, чувствуя угрызения совести. — День ото дня вы все больше удивляете меня, Мари. Я преклоняюсь перед вашей мудростью и великодушием и испытываю к вам глубочайшее уважение. Я убежден — вы добьетесь всего, о чем мечтаете.

— Благодарю вас, — кивнула Мария, — и не смею долее задерживать вас — у меня еще так много дел!

Откланявшись, Александр вышел, по не успел и двух шагов сделать по коридору, как был остановлен вездесущей Нарышкиной.

Екатерина пребывала в каком-то загадочном настроении и прямо-таки льнула к наследнику. Александр незаметно поморщился, вынужденно ощущая ее прикосновение. Нарышкина с видом знатока в портновском искусстве провела рукой по силуэту его мундира и одобрительно покачала головой.

— Вам так к лицу этот мундир, ваше высочество…

— Не думал, что вы еще и модистка, сударыня, — отстранился от нее Александр.

— У меня значительно больше внутренних достоинств, и они еще далеко не все вам ведомы.

— Сомневаюсь, что захочу удостовериться в справедливости ваших слов — просто поверю вам, — Александр сделал попытку обойти Нарышкину, но она не смутилась и продолжала настойчиво преследовать его. — У вас ко мне какое-то дело, сударыня?

— Минуточку, ваше высочество, — Екатерина сладострастно запустила руку за край лифа и, пошуршав там пальчиками, извлекла на свет маленькую записную книжицу в бархатном переплете с золотом на концах и полистала ее, — кажется, у меня свободны два танца — третья мазурка и четвертая кадриль.

— Вы — и опасаетесь остаться без достойного партнера на балу? — с иронией поинтересовался Александр, невольно следя взглядом за ее нехитрыми манипуляциями.

— Боевые офицеры — все такие увальни! — игриво улыбнулась обольстительная Нарышкина.

— Государь считает, что на балах в Зимнем должны присутствовать прежде всего доблестные воины, а не светские кавалеры.

— Так вы согласны? — атласный коготок фрейлины тут же принялся перелистывать странички записной.

— Увы, — развел руками Александр, — сегодняшние танцы я обещал принцессе.

— А вдруг вам не захочется столько с ней танцевать? — в руках у невозмутимой Нарышкиной откуда-то появился миниатюрный золотой карандашик.