Джулия Росс - Куртизанка и джентльмен

Где-то свернув на другую дорогу, они пересекли поле и очутились в проселке, который в конце концов вывел их на дорогу, тянущуюся вдоль канала. Уже почти совсем стемнело. В чернильных водах канала отражались высыпавшие на небе звезды. Миракл крепко держалась за седло. Они ворвались в ночь и, взобравшись на насыпь, еще раз поменяли дорогу. И вот лошадь пошла шагом.

Впереди в раме из живых изгородей в северном небе бриллиантом заблестела Полярная звезда, там, где Большая Медведица, Кассиопея и Дракон своим величественным танцем обозначали время года. Миракл запрокинула голову, коснувшись теплого широкого плеча. Еще ярче блестели желтый Арктур и Вега, словно благословение, висевшие в летних высоких небесах.

Ночной воздух ласкал лицо, проникал глубоко в легкие, принося острое, горько-сладкое чувство – осознание того, что она спасена и в то же время снова в ловушке. Но теперь-то ее спаситель должен осмыслить сущность их отношений?

Кобыла прогнулась и, будто резвясь, встала на дыбы.

– Я же говорил вам, что добрая лошадь мне может понадобиться, – раздался голос Райдера. – С вами все в порядке?

– Я чувствую себя гораздо лучше, чем можно было бы ожидать от беглой преступницы. Благодарю вас.

Рука Райдера крепче сжала ее талию.

– Хэнли обидел вас?

– Нет, хотя собирался. Но разве вы не заметили пистолет в моей руке?

– Заметил, и очень рад.

Напряжение немного отпустило Миракл, и она прижалась спиной к теплому телу Райдера, пытаясь прогнать дурные предчувствия.

– Опасность, правда, была велика.

Райдер, казалось, был полон воодушевления.

– Если бы я только заподозрил, что он хоть пальцем тронул вас против вашей воли, я тотчас вернулся бы и забил его насмерть.

– Забили бы насмерть? – переспросила она легкомысленно, не до конца вникнув в суть его слов. – А что, нельзя было просто пристрелить его?

– Я разрядил оба пистолета.

– А, дырки в его карете!

Неожиданно Райдер рассмеялся, и у Миракл отлегло от сердца.

– Признаться, когда он выстрелил в меня, я почувствовал, что должен ударить его больнее – мне захотелось ударить по его самолюбию. Но раз уж он промахнулся, я решил продырявить дверь его кареты. Замена этих великолепных гербов весьма дорого обойдется.

– Что чрезвычайно раздосадует лорда Хэнли.

– Отчасти я этого и добивался.

Миракл, глядя на него снизу вверх, улыбнулась. Ей хотелось отблагодарить Райдера за его поразительное великодушие, вернув ему былое веселье и его донкихотскую галантность.

– Жизнь или кошелек, значит?

Темные глаза Райдера встретились с ее глазами:

– Черт побери, я с самого детства мечтал кому-нибудь крикнуть это.

– Но заставить графа снять брюки и разуться, оставив его в подштанниках! Как вы могли?

Райдер снова рассмеялся:

– По правде говоря, я так разозлился, что был готов на все. Но прежде всего я хотел задержать погоню. Его люди скорее всего находились от него не более чем в четверти мили, однако Хэнли потребуется время, чтобы собрать все, что вы забросили за изгородь.

Волнения Миракл по поводу того, что случилось с ней, меркли в сравнении с другой реальностью. Она заставила себя заговорить об этом.

– Но он запомнил окрас Красотки. Когда он прикажет искать лошадь, ее легко будет опознать.

– Вне всяких сомнений. И даже с моим камуфляжем он, должно быть, узнал меня.

– А его слуги были свидетелями произошедшего. Я понимаю, будущего герцога никто не посмеет тронуть, даже за грабеж на большой дороге, но трудностей вам все равно не избежать.

– Если Хэнли вместо того, чтобы потребовать сатисфакции, предпримет какие-то иные действия, он выставит себя на посмешище. Хоть трудность, безусловно, существует, ибо, несмотря на все мои старания представить вас абсолютно не причастной к делу, вам могут предъявить обвинения в соучастии, которое карается смертью.

– Да, теперь мне грозит наказание не только за былые преступления, но и за содействие разбойнику. – Миракл вспомнила глаза графа, и ее передернуло. – Пока же, Райдер, я благодаря вам свободна, но мы должны расстаться, пока лорд Хэнли…

– Вздор! – перебил ее Райдер. – Плевать на Хэнли, пусть сначала нас поймает.

– Что ж, мне ничего не остаётся – лишь покориться вам как более сведущему.

– Вот и славно, – сказал он. – Тогда мое решение таково: отныне мы с вами путешествуем вместе, пусть все катится к чертям.

Миракл глубоко вздохнула:

– Где мы? Похоже, мы едем на север.

– Наши тела, полагаю, где-то возле Шропшира, а все остальное – не имею понятия.

– О! – Миракл подняла на него глаза. – Так значит, все идет к тому!

Взгляд Райдера блуждал по ее лицу, словно он пытался прочитать на нем ответы на вопросы, которые едва ли мог произнести вслух.

– Мне следовало бы запомнить, что вы никогда не занимаетесь любовью бескорыстно. И вот, проснувшись, я обнаружил себя в одиночестве, не считая обеспокоенной лошади и еще одного воспоминания. Что я должен был почувствовать – досаду на вашу взбалмошность или же я должен был быть польщен тем, что снова удостоился ваших профессиональных ласк?

Сердце Миракл учащенно забилось.

– Если вы приняли решение следовать за мной, разве я не вправе принять свое – сбежать от вас?

– Только не для того, чтобы прямиком угодить в руки вашего преследователя.

Кобыла стала взбираться рысью на гору, поднимаясь почти к самым звездам, затем пошла вниз, спускаясь в пустоту, где, как разлитые на дороге чернила, чернела, поблескивая, речка.

– Вы по-прежнему предпочитаете, чтобы мы путешествовали как компаньоны? – спросила Миракл.

– Боже мой! Мое тело воспринимает эту мысль как насмешку, но в путешествие меня гонит отнюдь не желание.

– Ваше желание вам так отвратительно?

– В общем, нет, но будь я проклят, если хочу, чтобы вы платили мне своим телом. У нас с вами общий враг. Этого вполне достаточно, чтобы оправдать мое присутствие рядом с вами.

– Стало быть, вы думаете, будто я всегда действую по расчету?

– Даже если это так, я, верно, могу вместо тела купить ваше время, за которое заплачу чистоганом по окончании путешествия.

Миракл вся подобралась.

– Я не требовала от вас ни подарков, ни снисхождения. И почему бы мне не гордиться собственной независимостью? Мой брат Диллард не один год инвестировал для меня мои сбережения, и теперь у меня есть кругленькая сумма. Путешествуйте со мной, если вам так угодно, но платить мне не надо. Я согласна на ваше общество только на этих условиях, и ни на каких других, по крайней мере, до конца путешествия.

С минуту Райдер ехал молча.

– Тогда даю вам слово, – наконец проговорил он. – Мы с вами компаньоны. А теперь, поскольку мне совсем не хочется, чтобы Хэнли догнал нас, нам следует обдумать, что делать дальше. – Райдер пустил Красотку шагом. Они приближались к черной воде. – Нам нужно исчезнуть.