Коллин Хичкок - Трепетное сердце

Будем полноценно сотрудничать, как только раскроем дело.

Подробности и переговоры – в течение недели.

Награда не нужна.

Продолжим работать.

Джексон Лэнг, старший детектив».

– Мы арестуем ее сейчас? – поинтересовался Пиви.

– У нас пока нет фактов. Однако пора раздувать пламя, джентльмены.

Глава 22

Открытие

Мы с Мари сидели у меня в комнате и веселились, словно школьницы.

– 777? Интересно, знают ли об этом в Италии. Меня бы не удивило, если бы где-то не было итальянцев, которые приобрели такую книгу во время путешествия.

– Интересно…

– Что тебе интересно?

– Интересно, у лорда Бастона есть второй и третий тома?

Мы хохотали до слез.

– Николетта, выгляните в окно! – сказала Мари.

В голосе ее звучала тревога.

К гостинице направлялись три детектива. Даже с такого расстояния я заметила, что выражение лица у Лэнга весьма решительное.

– Николетта, вам нужно уехать на день. Берите коляску и поезжайте.

– Но коляска не готова. Меня остановят.

Мари перекрестилась.

– Помолимся, чтобы они ушли.

– Мари, они почти уже здесь.

Мы услышали стук. Я стала причесываться, надеясь потянуть время.

Мириам открыла дверь.

– Скажите, что вы не одеты, – посоветовала Мари.

Я сняла платье и накинула халат. Мириам поднялась по лестнице и постучала. Мари, собиравшаяся посвятить день чистке и починке моего гардероба, открыла дверь, держа стопку платьев в руках.

– Инспектор Лэнг хочет задать вам несколько вопросов.

– Я не одета. Как-нибудь в другой раз.

– Он сказал, что подождет.

– Скажите, что я буду готова через час.

Мириам спустилась и снова поднялась.

– Он сказал, что встретится с вами в конторе констебля в полдень.

– Констебля?

– Там, где находится контора Найлза, на углу, рядом с кабинетом доктора Игната.

– Ах да. Я знаю, где это.

– Он сказал, ничего серьезного, просто обычные вопросы.

– Спасибо, Мириам.

– Николетта, вы когда-нибудь отвечали на вопросы полиции? – поинтересовалась Мириам.

– Нет, – солгала я.

Меня несколько раз допрашивали в других странах, но я едва дышала от волнения.

– Зачем им меня допрашивать?

– Кто знает, но они всегда кого-нибудь находят, будь то мужчина или женщина. И если вы в чем-то виноваты, они это точно выяснят.

– Вот и хорошо.

– Того, на кого пало подозрение, сразу увозят в тюрьму.

– Неужели?

– Даже не дают времени проститься. А в тюрьме заковывают в кандалы.

Мириам хотела посмотреть на мою реакцию, но я оставалась невозмутимой.

Мириам спустилась вниз. Не заметила ли она, как я волнуюсь?

Я прилегла на кровать и задумалась. Нужно подготовиться. Что я скажу о смерти Дентона? Фредерика? Или моего милого Оливера? Спокойствие. Спокойствие. Спокойствие.

Перед тем как войти к констеблю, я остановилась, чтобы погладить Пегаса, будто сильная лошадь могла укрепить мой ум во время краткого разговора.

– Пегас, ты сегодня такой красивый. Я прямо-таки в тебя влюбилась. Если будешь добр ко мне и проявишь хотя бы легкую симпатию, думаю, я справлюсь с испытаниями.

Величественное животное медленно обнюхало меня.

– Как бы мне хотелось провести следующий час с тобой, а не с твоим хозяином.

В контору Найлза я вошла ровно в полдень. Кроме него, там был Джексон Лэнг с помощниками.

– Мисс Карон, рад вас видеть, – проговорил Лэнг.

Тон его был холодным.

– Добрый день, мистер Лэнг.

– Благодарю, что пришли после такого краткого уведомления.

– Не за что. Чтобы помочь полиции, я сделаю все, что в моих силах. Итак, что вас интересует?

– Вы не знаете?

– Разумеется, нет.

– Мисс Карон, ваша помощь имеет для нас чрезвычайно важное значение. Пожалуйста, присаживайтесь.

Я села. Трое мужчин разместились вокруг стола.

– Уилкокс будет записывать. Вы готовы начать?

– Да.

– Вы помните, что были на королевском балу на прошлой неделе?

– Да. Там было очень мило.

– Вы можете сказать, кто вас туда сопровождал?

– Дентон Брикман.

– Сколько времени за вами ухаживал мистер Брикман?

– Около месяца.

– Вы остались до конца бала?

– Нет, мы рано уехали.

– Вам не понравилось?

– Мы прекрасно провели время.

Лэнг был явно подготовлен. Он задавал вопросы, не справляясь со своими заметками. Я знала, что он изучает меня, замечает мою манерность и прикидывает, в чем я могу солгать.

– Вы хотели отправиться куда-нибудь и побыть вдвоем, как это обычно делают любовники? Вы поэтому рано покинули бал?

– Нет.

– Однако вы отправились к вашему дому довольно-таки рано?

– Да.

– Вы хорошо себя чувствовали? А он?

– На оба вопроса отвечу: «Да».

– У вас были какие-то планы, и поэтому вы рано уехали?

– Нет.

Лэнг посмотрел мне в глаза, потом обратился к своим заметкам.

– Вы собирались тем вечером вступить в интимную связь с мистером Брикманом?

– Нет. Мы уехали потому, что меня утомили танцы.

– Куда вы отправились после танцев?

– Ко мне в усадьбу.

– Вы где-нибудь останавливались?

– Мы отправились прямо ко мне.

– Что происходило, когда вы приехали?

– Дентон вышел из кареты и помог мне выйти. А потом поцеловал меня. В щеку, разумеется.

– Разумеется.

– Он поблагодарил меня за чудесный вечер.

– А что было потом?

– Мы поговорили несколько минут. Его кучер слез с козел, чтобы нам не мешать, – думаю, он оправился в конюшню. По-моему, у него в руке что-то было, возможно, бутылка.

– А вы видели кучера позднее?

– Нет. Я слышала, он напился у нас в конюшне, но это сведения не из первых рук.

– А что делал Дентон? Что было дальше?

– Дентон поцеловал меня несколько раз у двери, поблагодарил и вернулся к своей карете. Я не присматривалась. Наверное, ему надоел кучер, и он сам сел на козлы и отправился домой.

– Вы ночевали у себя в поместье в ту ночь?

– Вообще-то нет. Обычно я волнуюсь перед поездкой и страдаю бессонницей. Я проверяю, чтобы слуги получили на время моего отсутствия четкие распоряжения. Когда я чувствую, что управилась со всем, уезжаю.

– Когда вы уехали из поместья?

– Когда?

– Да, когда?

– Вы спрашиваете, днем это было или ночью?

– Я имею в виду время.

– Не знаю, я плохо ориентируюсь во времени. Даже не ношу часы, да и дома у меня немного часов.

– Это было ночью?

– Ну, нет, это было утро.

– Вы не уехали посреди ночи?

– Нет, я уехала утром. Это точно.

– Было темно?

– Если и было темно, то рассвело просто мгновенно.