Элайна Фокс - Танцы и не только

Райан не успел проехать и мили, как ему изменила былая решимость. Он пустил коня шагом и вытащил из кармана письмо. Скорее это была записка, сложенная вчетверо и не запечатанная. Это окончательно развеяло его сомнения. Райан развернул листок и прочел:

Воскресенье, 25 октября

Брайтвуд

Дорогой Феррис!

Прости, что так неожиданно извещаю тебя о своем отъезде, но Венди Томпкинс пригласила меня погостить в ее новом доме в Ричмонде, а мне вдруг ужасно захотелось с ней повидаться. Это ненадолго – на неделю, от силы – на две, так что к дню нашей свадьбы я непременно буду дома.

Твоя Катра.

Райан прочел записку раз, и другой, и третий. Неаккуратный, неровный почерк говорил о том, что писали впопыхах. Райан никогда прежде не получал от Катры записок и не мог сказать, ее ли это рука.

Его прежние домыслы насчет того, что Катра испугалась отцовского гнева и последствий разрыва помолвки с Феррисом, становились все более безосновательными, но Райан не спешил от них отказываться. Возможно, Катра недостаточно уверена в нем и в его любви. Ведь из них двоих рисковать приходится только Катре, сам же Райан ничего не теряет. Если Катра разорвет помолвку с Честером, а Сент-Джеймс передумает и откажется на ней жениться, она может считать свою жизнь погубленной.

Нет, ему не следует принимать какое-то решение до того, как он сам переговорит с Катрой. Райан достаточно хорошо знал женщин и не верил, что страсть, с которой Катра отвечала на его чувство, была сиюминутным ложным увлечением. И он видел, какой страх терзал девушку при одной мысли о неизбежном объяснении с отцом.

Тем не менее она набралась отваги и сама настояла на том, чтобы первой встретиться с Теодором Мередитом…

Внезапно кровь застыла у Райана в жилах. Катра с таким отчаянным упрямством хотела сама объясниться с отцом… Уж не задумала ли она еще тогда отказаться от Райана и объяснить это отцовским гневом? Его руки невольно сжались в кулаки, а в груди стало тесно от душившей его ярости. Бешеным усилием воли Райан приказал себе успокоиться и не торопиться с решением до того, как он встретится с Катрой. Сент-Джеймс спрятал письмо и продолжил свой путь в Уэйверли, хотя внутри у него все сжималось в тугой тошнотворный комок.

Глава 8

Вот уже неделю Катра пребывала в Ричмонде, однако это нисколько не помогло избавиться от душившей ее смертельной тоски. Единственным утешением было то, что никто не знал о ее разбитом сердце. Слава Богу, ее увлечение небезызвестным Райаном Сент-Джеймсом прошло не замеченным местными кумушками и не стало предметом сплетен.

В городе по-прежнему оживленно обсуждали незавидную судьбу Кэндис Фэрчайлд. И хотя по большей части ей сочувствовали, кое-кто утверждал, что этого следовало ожидать и что своевольный нрав упрямой девицы не довел ее до добра. Конечно, это нисколько не оправдывало Сент-Джеймса, но ведь он не изнасиловал Кэндис, он даже пальцем ее не тронул, и не позволь она сама ему лишнее, вместо подмоченной репутации вполне могла бы иметь приличного мужа и семью!

От этих речей Катре делалось совсем тошно, и не только потому, что обвинения чаще всего были надуманными и несправедливыми. Она начинала ненавидеть саму себя. Ведь она проявила почти такое же своевольное упрямство, как пресловутая девица Фэрчайлд, и только счастливая случайность уберегла ее от позорной участи. Вряд ли ее возмутительное легкомыслие было бы встречено с большим снисхождением, чем поведение Кэндис. Вот почему всякий раз, когда речь заходила о мисс Фэрчайлд, в душе у Катры все замирало от сознания собственной подспудной вины. Эта мрачная тайна совершенно лишила Катру душевного покоя и преследовала ее. повсюду.

Венди все же удалось однажды вытащить ее в лавку модистки. Известная на весь город мадам Жанвилль давно устала от капризов избалованных богатых девиц, часто требовавших от нее настоящего чуда. Однако при виде мисс Мередит француженка с великим облегчением воскликнула, что впервые за долгие годы видит объект, достойный ее таланта. Катра была настолько подавлена, что едва согласилась заказать два туалета и поспешила покинуть ателье, дав обещание непременно побывать здесь снова, когда у нее будет хорошее настроение.

Венди, в свою очередь, лезла из кожи вон, стараясь услужить свой драгоценной гостье. Ожидая приезда Катры, она даже не поленилась спросить совета у кое-кого из знакомых по поводу развлечений, достойных этой молодой особы. Все как один сошлись на том, что в честь гостьи необходимо устроить как минимум званый обед, а лучше – настоящий бал.

Венди отнеслась к этой затее с восторгом: еще бы, впервые в жизни она станет хозяйкой бала! Не откладывая дела в долгий ящик, она принялась готовить торжество и рассылать приглашения, в суете не потрудившись хотя бы справиться, получила ли Катра ее письмо и собирается ли она вообще приехать в Ричмонд.

Вечером того дня, когда они посетили мадам Жанвилль, Венди все-таки сообщила девушке о предстоящем торжестве и добавила, что Катра просто обязана быть довольной, поскольку бал дается в ее честь.

– Бал? – Катра вначале подумала, что ослышалась. – Но, Венди, это для меня слишком большая честь! Ради Бога, откажись от этой затеи! Мне вполне достаточно твоего общества! Лучше мы посидим вдвоем и поболтаем! – У бедной Венди сделался такой несчастный вид, что Катра не выдержала. – Хотя, впрочем, почему бы и нет?

Надо же мне где-то появиться в том платье из желтого атласа, что мы купили у мадам Жанвилль?

– Ну конечно! – просияла Венди. – То, что все в оборках? Ох, Катра, все кавалеры будут у твоих ног, вот увидишь! И мы повеселимся от души!

Катра криво улыбнулась и едва дождалась, пока Венди оставит ее одну. Она без сил рухнула на кровать и подумала о том, что ей не стоило являться в Ричмонд. Вот если бы можно было лежать так, не двигаясь, до самой свадьбы…

Она как-то не задумывалась о том, что должно произойти после свадьбы и как она будет жить дальше. Она просто убедила себя, что если ей удастся дожить до этого дня, все ее тревоги и печали развеются сами собой. Вот выйдет она за Ферриса – и избавится от снедавшего ее тайного стыда и тоски. Ведь он будет ее обнимать, и целовать, и даже займется с ней любовью, и тогда она, окончательно выкинет из головы постыдные воспоминания и страх быть опозоренной в глазах всего света. Да, ее желание забыть о Райане Сент-Джеймсе было настолько велико, что на время вытеснило все сомнения по поводу брака с Феррисом.

Райан Сент-Джеймс. Ее бросало в дрожь от одного его имени. Господи, хоть бы он умер, что ли! Катра не представляла, как будет принимать его у себя в доме в качестве делового партнера Ферриса.