Шеннон Дрейк - Изумрудные объятия

Элайна посмотрела на нее с несчастным видом и встала, немного пошатываясь.

— Не знаю, как вы, Мартиса, а я поднимаюсь наверх.

— Я бы хотела остаться, — начала Мартиса.

— Брюс! — окликнул Конар. В его голосе слышалось возбуждение с примесью насмешки. — Пойди-ка взгляни на это.

Брюс на время оставил Мартису, Элайна устало улыбнулась.

— С меня хватит, я не хочу больше никаких открытий сегодня.

Мартиса сжала ее руку.

— Я скоро тоже поднимусь.

Элайна встала и быстро вышла из склепа.

Мужчины вошли в отверстие стены. Останки бедной девушки уже лежали на полу, прикрытые одеялом. Мартиса вскочила, быстро прошла мимо останков и подошла к зияющему пролому. И ее глазам предстала сцена из ужаснейшего кошмара. Газовые фонари ярко освещали грязный пол, сводчатый потолок и покрытые паутиной стены потайной комнаты. Паутина покрывала почти все внутри: какие-то механизмы, устрашающего вида устройства из дерева и металла. Мартиса догадалась, что они наткнулись на камеру пыток.

— Провалиться мне на этом месте! — пробормотал Питер, втягивая воздух. Он быстро посмотрел на Мартису и попытался улыбнуться: — Осмелюсь заметить, у замка Кригэн и впрямь есть свои скелеты в шкафу, не так ли, миледи?

Она тоже попыталась улыбнуться.

Брюс резко повернулся к ней и раздраженно бросил:

— Мартиса!

— Все нормально, — вступился за нее Йен. — Тут же ничего нет.

—Ничего? — По голосу Конара можно было подумать, что он задыхается. — Бог мой, да это же ужасно!

— Да, действительно ужасно, — согласился Брюс.

Он подошел к Мартисе. Питер, взмахнув килтом, заметил:

— Брюс, но костей и тел здесь нет.

Брюс ничего не успел ответить, потому что его окликнул Йен:

— Боже правый, Брюс, взгляни!

Брюс снова повернулся к кузену. Мартиса благодарно улыбнулась Питеру, тот усмехнулся, и они вместе подошли к непонятному предмету. Предмет напоминал фоб, но был очень длинный, длиннее роста Брюса, и широкий. Сделан он был, по-видимому, из железа, которое от времени почернело. Мартисе пришли на ум мумии в египетских гробницах, но только здесь не было ничего красочного. Предмет выглядел зловеще.

— Что это? — спросила она.

Йен открыл ящик, похожий на гроб: дверца — или крышка — поднялась, как на пружине. С внутренней стороны на ней оказались острые шипы.

— Железная дева, — пробормотал Брюс.

— Это орудие пыток, — сказал Йен, обходя ящик кругом. — Жертву клали внутрь и дверь медленно и плотно закрывали. Шипы вонзались в тело, причем они расположены так, что ни один из них не задевал жизненно важные органы и не приводил к быстрой смерти. Бедного грешника внутри ждала долгая и мучительная смерть.

— Йен, не забывай, что с нами леди Сент-Джеймс, — пробурчал Конар.

— О! Прошу прощения.

Йен посмотрел Мартисе в глаза.

— Мартиса, вам не следует здесь находиться! — рявкнул Брюс.

Она возразила:

— Со мной все в порядке.

Она улыбнулась Конару и подошла к следующему механизму, на столе. Он состоял из каких-то веревок, досок и рычагов.

— А это что? — спросила она у Йена.

Брюс по-прежнему хмурился, глядя на нее.

— О, это «Дочь графа Эксетера», — объявил Йен. — Названа в честь человека, который решил воспользоваться ее достоинствами.

Мартиса посмотрела на него недоуменно, он улыбнулся и пояснил:

— Дыба, миледи. Очень широко использовалась в средневековой Англии.

— Ну, похоже, и в Шотландии тоже, — заметил Питер чуть насмешливо. Он обошел камеру, показывая на различные приспособления. — Плетки, цепи, уздечки для сварливых, кандалы, а здесь виселица.

Йен рассмеялся:

— Я бы сказал, наши досточтимые предки были теми еще чудовищами, правда, Брюс?

— Похоже на то, — сухо согласился Брюс.

Мартисе стало холодно, и она поежилась. И в то же мгновение почувствовала на себе взгляд Брюса. Он наблюдал за ней, и она пожалела, что поежилась.

— Мы замуруем все это обратно.

Питер рассматривал уздечку для сварливых, и Мартиса подошла к нему.

— А это, миледи, предназначено для прекрасного пола, и только для него. Если жена слишком много болтала, или распускала сплетни, или еще что-нибудь в этом роде, ее запирали в этой ужасной маске. Держу пари, после этого она умела помалкивать.

— А вот пояс целомудрия, — сказал Йен. — Наши славные праотцы, должно быть, иногда беспокоились о верности своих жен, представляете? — Он повернулся к Мартисе с дьявольской усмешкой: — Будьте осторожны, леди Сент-Джеймс, вдруг хозяин замка, он же лэрд чудовищ Кригэна, пожелает навеки оставить вас в этих стенах и запрет с этими ужасными устройствами!

— Очень смешно, Йен, очень остроумно. Она и так уже уверена, что я чудовище. Спасибо тебе большое.

Йен рассмеялся и подмигнул Мартисе:

— Да не бойся, не похоже, что она дрожит.

— Никто из нас даже не подозревал о существовании этого места! — вдруг сказал Конар. — Боже правый, Брюс, какие еще секреты может хранить этот замок, столь любимый нами, глупыми?

— Бог знает… думаю, есть и другие камеры…

— Или замурованные девственницы, — вставил Йен!

— Думаю, она была замурована, уже не будучи девственницей, — лукаво заметил Питер.

Даже Брюс улыбнулся, но его улыбка быстро угасла. Он стоял у пролома и смотрел на содержимое камеры с отвращением. Потом его взгляд снова упал на Мартйсу. Он пожал плечами и сказал:

— Мы считаем монголов варварами. Интересно, есть ли в каком-то еще обществе такое пристрастие к пыткам и мукам, как в нашем?

— Брюс, но нельзя же все это просто так замуровать, — сказал Йен. Он сделал широкий жест рукой. — При всей уродливости, это же история.

Брюс немного подумал.

— Возможно, ты прав. Я подарю все это королеве. Говорят, она сейчас собирает самые разные коллекции. Полагаю, у них там найдется место для такой, как эта. — Он вышел через пролом. — Главное, чтобы здесь этого не было.

Вслед за Брюсом все тоже вышли из потайной камеры в склеп. Рабочие, Роберт Макклауд, Трей и Джеми уже ушли, тело бедной девушки унесли. Мартиса посмотрела на то место, где лежало тело, потом на Брюса и увидела, что он опять смотрит на нее.

— Я велел Роберту Макклауду вынести эту несчастную на улицу. Я сам отвезу ее на повозке к доктору Мактигу.

Он смотрел на нее, но, по-видимому, не ждал ответа. Потом повернулся и вышел из склепа. К Мартисе неслышно подошел Питер. Она поняла, что он рядом, только когда он заговорил:

— Мартиса, не обижайтесь на Брюса. Он не хотел, чтобы вы это видели. Особенно если учесть, что приехали из- за почившей сестры и вам пришлось так много перенести.