Сабрина Джеффрис - Шалун в ее постели

При мысли о том, что Джаррет пытался научить Джорди шулерским приемам, Аннабел пришла в ярость. Сознавая, что напрасно злится, она тем не менее ничего не могла с собой поделать. Все эти двенадцать лет она старалась дать сыну благородное воспитание, и вот…

— Полагаю, вы научили его и многим другим… карточным приемам, — сказала Аннабел, когда они уже дошли до конца рынка. — Чтобы он мог подобно вам проводить ночи в бессмысленных забавах.

— И что с того?! — воскликнул Джорди, защищая своего героя. — Меня никто другой ничему такому не научит. Вы с мамой обращаетесь со мной как с ребенком, который совершенно ничего не знает и не умеет. А я хочу научиться играть, может, мне это понравится, когда попробую.

— О Боже… — пробормотал Джаррет, явно смутившись.

— Вот видите, что вы наделали?! — набросилась на него Аннабел. — Все так красиво представили, а теперь вот…

— Похоже, я верно все рассчитала, — раздался у них за спиной женский голос.

Обернувшись, они увидели спешившую, к ним Сисси. Выглядела она уже значительно лучше.

— Дорогая, что ты здесь делаешь? — с удивлением проговорила Аннабел.

Сисси пожала плечами:

— Мне надоело сидеть в четырех стенах, и я решила к вам присоединиться. Мне гораздо лучше. — Она перевела взгляд на Джаррета. — Но похоже, только мне. Я за три палатки отсюда слышала, как вы ругались.

— Тетя Аннабел придирается к лорду Джаррету, — пожаловался Джорди.

— Ну что ж… — Сисси спрятала улыбку. — Тогда нам нужно поставить ее в угол.

Аннабел театрально закатила глаза:

— Но ты же ничего не знаешь, Сисси! Его светлость почему-то считает, что уроки карточного мошенничества — самый подходящий предмет для обучения двенадцатилетнего мальчика.

— Уверена, что он лишь пытался помочь, — ответила Сисси. И на сей раз не удержалась от улыбки.

— Да, его светлость пытался помочь Джорди последовать тем самым сомнительным путем, что и он, — проворчала Аннабел.

— Тетя, прекрати! — крикнул Джорди. — А если будешь к нему придираться, то он раздумает на тебе жениться!

Глава 11

Джаррет мысленно выругался. А впрочем, этого и следовало ожидать. Уж скорее удивительно, что парень так долго держал рот на замке. Двенадцатилетние мальчишки скрытностью обычно не отличаются.

Миссис Лейк взглянула на Джаррета, и казалось, в глазах у нее было написано: «Что, все-таки попался?..»

Аннабел же вытаращилась на Джаррета с ужасом и изумлением.

Но Джорди, однако, этим не ограничился и добавил масла в огонь.

— Прошу прошения, сэр, — пробормотал он, смутившись. — Я не собирался раскрывать ваш секрет, но так получилось…

Какое-то время все молчали, потом миссис Лейк, как-то слишком уж оживившись, воскликнула:

— Что же мы тут стоим?! Знаешь, Джорди… — Она тронула мальчика за плечо. — Я как раз собиралась поискать прилавок с чаем. Поможешь мне, а?

— Мама, но мне… мне нужно объяснить.

— Думаю, ты уже достаточно сказал. Идем же! — Бросив многозначительный взгляд на невестку, миссис Лейк добавила: — Не уходи, далеко, моя дорогая. Кажется, надвигается гроза.

Джаррет тяжко вздохнул. Гроза и впрямь надвигалась, — только совсем не та, о которой упомянула невестка Аннабел. Как только миссис Лейк с мальчиком отошли, Аннабел подбоченилась и, пристально глядя на Джаррета, проговорила:

— Итак, о чем же вы с Джорди беседовали?

Не имея выбора, Джаррет решил поступить так, как поступал его покойный отец, когда мать выходила из себя. Решил просто-напросто сбежать.

— Не понимаю, о чем вы… — пробормотал он в ответ и быстро зашагал между прилавками.

Подхватив юбки, Аннабел тотчас устремилась следом за ним, едва поспевая за его широким шагом.

— Сэр, отвечайте! — потребовала она. — С чего Джорди взял, что вы собираетесь на мне жениться?!

— Почему бы не спросить его самого? — ответил Джаррет, не оборачиваясь. Как ни странно, но ему не хотелось ей лгать.

— Но я спрашиваю именно вас! Ведь это вы ему что-то сказали, разве не так? Сказали после того, как он… обнаружил нас в вашей комнате…

Тут Джаррет понял, что настало время применить другую отцовскую тактику — контратаку. Остановившись, он пристально взглянул на Аннабел и заявил:

— Я отвечу на ваш вопрос, если вы и ответите на мой. Скажите, ваш брат при смерти?

И отцовская тактика прекрасно сработала. Аннабел побледнела и, отвернувшись, зашагала в другую сторону. Было ясно, что теперь она решила сбежать.

«Ну уж нет…» — сказал себе Джаррет.

Он без труда догнал Аннабел и спросил:

— Так как же? Почему вы не ответили на мой вопрос?

Аннабел замедлила шаг и тихо спросила:

— Кто вам сказал, что Хью умирает? Может быть, Джорди?

— Да, он. Джордж очень расстроился из-за болезни матери. Когда же я сказал по его отец, возможно захочет приехать, если сообщить ему о болезни миссис Лейк, он заявил, что вы этого не сделаете, так как ваш брат не приехал бы в любом случае.

Аннабел, казалось, испугалась.

— Не могу поверить, что Джорди так сказал! Хью непременно приехал бы!

— А у меня служилось впечатление, — продолжал Джаррет, — что его отец слишком болен, чтобы куда-то ехать. И тогда мне пришло в голову, что, возможно, мистер Лейк при смерти.

— Нет, не при смерти, а его проблема… Как я уже говорила, это временное, и ему ничего не стоило бы собраться и приехать.

Слова Аннабел прозвучали вполне искренне, но Джаррет все же спросил:

— Тогда почему Джордж считает иначе?

Аннабел пожала плечами:

— Понятия не имею. Ему лучше знать. — Немного помолчав, она добавила: — Как и большинство мальчиков его возраста, он склонен драматизировать ситуацию.

Что ж, с этим нельзя было спорить. Джаррет прекрасно помнил то время, когда сам был таким.

— Он бы ничего не драматизировал, если бы вы с миссис Лейк его не баловали. Для парня это очень плохо. С таким воспитанием он, возможно, начнет думать, что является центром мироздания. И все, что имеет отношение к нему, будет раздуваться до важности вселенских масштабов.

— Глупости! — отрезала Аннабел. — Мы вовсе его не балуем.

— В самом деле?

Она промолчала. Они вышли с рынка и теперь двигались по пустынной провинциальной улочке с небольшими уютными особнячками.

Минуту спустя Джаррет вновь заговорил:

— Парень уже достаточно взрослый, чтобы учиться в Итоне, но он еще не понимает, когда его обманывают.

— Даже я не поняла, что наперстки — это обман, — ответила Аннабел. — Я никогда не слышала о таких мошенниках. — Она язвительно усмехнулась. — Видите ли, у нас в Бертоне нет ни мошенников, ни шулеров на каждом углу, как у вас в Лондоне.