Фабио - Влюбленный повеса

Ничего не понимая, она переводила взгляд с Родни на Райдера.

– Я вижу, Райдер, ты познакомился с моим кузеном? – только и смогла она сказать.

– Действительно, мы только что говорили о том, как мы оба восхищаемся тобой, – сразу же нашелся Райдер.

Родни кашлянул и некоторое время беззвучно жевал губами.

– Лорд Ньюбери сообщил мне, что вы собираетесь на пикник, – пробормотал он наконец.

Натали остановила взгляд на Родни.

– Верно, а у тебя э-э есть какие-нибудь планы, кузен? – спросила она, теряясь в догадках.

– Да, есть, – ответил он, оживляясь. – Я иду на концерт музыки для клавикордов с мисс Пруденс и ее семьей. Это в театре на Куин-стрит.

Натали стоило большого труда не показать кузену своего изумления.

– Ну, это просто замечательно, – похвалила она его. – Но я что-то не припомню, чтобы ты упоминал раньше об этом даме.

Родни покраснел и стал переминаться с ноги на ногу.

– Я познакомился с мисс Пруденс всего пару дней назад, – сказал он, потупив глаза. – Видишь ли, я… я провел ночь в исправительном доме…

Натали с Райдером обменялись изумленными взглядами.

– Совершенно случайно, – уточнил Родни. – А Пруденс оказалась там в числе дам из благотворительного общества. Они пришли утром с корзинами, принесли еду. И она э-э обратилась к начальству насчет меня и помогла мне э-э устранить это недоразумение.

– Это действительно великодушно с ее стороны, – искренне заметила Натали.

Райдер подошел к ней и кивнул головой в сторону выхода.

– Мы должны идти, – напомнил он.

– Да, конечно, – спохватилась Натали.

Райдер повернулся к Родни и улыбнулся:

– Очень приятно было познакомиться с вами, мистер Десмонд.

– Мне также, лорд Ньюбери.

– Желаю вам удачи с Пруденс!

Взяв Натали за руку, Райдер галантно вывел ее из дома и повел к экипажу. Оказавшись в отъезжающей карете, оба прыснули со смеху.

– Так вот каков твой кузен Родни! Он сын твоей тетки?

– Да.

– А где его отец, если позволите узнать?

Она вздохнула и ответила не сразу.

– Дядя Мелькольм умер в Лондоне несколько лет тому назад. Он был ранен на дуэли из-за женщины с подмоченной репутацией. Мой отец всегда упрекал за это тетю Лав.

Райдер прикоснулся к ее руке и заглянул в глаза.

– Извини. Ясно, Родни не принадлежит к числу блестящих представителей сильной половины человечества.

– Это еще мягко сказано.

– Если он настолько безволен, то как умудрился основать фабрику?

– Родни не всегда был таким слабым. В то время он поступил достаточно разумно, приобретя в Чарлстоне фабрику и этот дом.

– Как же это у него потом началось?

Она бросила на Райдера сердитый взгляд и пожала плечами.

– Уж тебе-то можно не спрашивать, сам знаешь, какое греховное место этот Чарлстон.

– Это верно, милая.

Они помолчали некоторое время, каждый думал о своем.

– Не могу себе представить, что бы такое мог сделать Родни, чтобы оказаться в исправительном доме, – поделилась своими мыслями Натали. – Правда, я никогда не забуду, как однажды полицейский нашел его спящим на выгоне для коров. Разумеется, привел его домой.

– Кажется, надежда на исправление твоего беспутного кузена все-таки есть, – заметил Райдер. – Этот гигантский скачок от коровьего выгона до клавикордных концертов кое о чем говорит.

Натали вновь на некоторое время погрузилась в размышления.

– Как ты думаешь, та девушка, с которой он познакомился, может исправить его? – высказала она то, что ее волновало.

Он взял ее руку, прижал пальцы к своей щеке и ощутил, насколько они у нее нежные.

– Дорогая, я абсолютное уверен в благотворном влиянии, которое добродетельная леди может оказать на самого закоренелого распутника, – полушутя произнес он.

Хотя Натали не поверила ему, все же его вкрадчивое красноречие снова заставило ее сердце учащенно забиться. Она убрала свои пальцы со щеки Райдера и улыбнулась.

Кучер оставил экипаж в конце Средней пристани, что на Купер-Ривер. Пока Райдер помогал Натали выйти из кареты, она разглядывала обширную улицу, по одну сторону которой тянулись длинные причалы с огромной флотилией судов – от мощных грузовых парусников с прямым парусным оснащением, фрегатов, новых почтово-пассажирских пароходов и шлюпок до рыбацких лодок. Хотя лавки на улице по случаю воскресенья были закрыты, на самой пристани вовсю кипела работа. Мускулистые грузчики облепили громоздившиеся повсюду бочки, ящики и тюки и тащили куда-то мешки, огромные связки бананов, бочки с ромом и клетки с китайским фарфором. Над судами с громким криком носились чайки, в воздухе пахло тухлой рыбой.

Держа в руке корзину с припасами для пикника, Райдер повел Натали к сходням двухмачтовой шхуны.

– Добро пожаловать на «Ветер», – с галантным жестом произнес он.

Вслед за ним Натали прошла по сходням. Поднявшись на борт, она ступила на хорошо выскобленную тиковую палубу. Ее внимание привлек красивый штурвал и высокие мачты.

– Несчастный Гарри, потерять все это, – прошептала она.

– Он получит свою шхуну назад, – успокоил ее Райдер.

Полдюжины нанятых для этой прогулки матросов уже были на своих местах. Они поднимали якорь и разворачивали парус. Райдер пошел поговорить с рулевым, а Натали направилась на нос судна. С того места, где она остановилась, особенно хорошо было видно, как отлив относил шхуну в бухту. Натали радовалась солнечному дню, солоноватому морскому ветру, который ласкал ее лицо и будоражил чувства. Она посмотрела на множество судов в бухте, и у нее зарябило в глазах. Здесь стояли парусные шлюпы и гребные шлюпки, глубоко сидящие торговые и пассажирские суда. Она перевела взгляд вдаль и смогла различить на оконечности острова Салливан-Айленд форт Маултри. Фрегат с флагом Соединенных Штатов Америки на мачте стоял пришвартованный недалеко от больницы для инфекционных больных. Натали предположила, что он, скорее всего, обеспечивает доставку пассажиров в здание больницы для прохождения карантина. А у южного входа в гавань как раз напротив фортов Маултри и Джонсона на острове Джеймс-Айленд стоял часовой.

Оглянувшись на палубу, Натали увидела, как Райдер пытался управлять штурвалом. При этом рулевой нервно жестикулировал и давал ему энергичные указания. Ее удивило, что Райдер вел себя подобно ребенку, получившему новую незнакомую ему игрушку. Покачав головой, девушка вновь перевела взгляд в морскую даль. Вместе с тем, она с улыбкой вспоминала те хитрости, с помощью которых Райдер заманивал ее на шхуну. Конечно, он мог представлять для нее опасность в известном отношении, поскольку олицетворял собой те искушения, которым она твердо решила не поддаваться. Но следовало признать, что его тяга к озорству, умение радоваться жизни были заразительными. И Натали снова, как и во время их вчерашней прогулки, развеселилась. Действительно, когда бухта сверкала солнечными бликами, в снастях пел ветер, и шхуна скользила по зеленоватым морским волнам, трудно было представить, что на свете существуют какие-то неприятности.