Мария Грин - Охота на лис

– Я рискую пройти всю дорогу пешком, если отпробую все Ваши деликатесы, – моя лошадь не поднимет меня!

– Вы все шутите, голубчик?

– А что же мне остается делать? – весело спросил Дамиан и искоса посмотрел на Жюстину. Она спокойно встретила его взгляд, словно накануне не было никакой размолвки, но не произнесла ни слова.

– А что, наш маленький лорд еще не подсунул Вам в постель каких-либо скользких чудовищ? – спросил Дамиан леди Алленсон, принимая от дворецкого тарелку с ветчиной и яйцом.

– Еще нет, но я готова к любому сюрпризу, – засмеялась графиня. – Представляю, как достается няне от этого сорванца!

– Вы не будете возражать, если я погуляю с Эдди после завтрака?

Карусель событий так закружила лорда, что у него давно уже не было возможности уделить мальчику внимания, а каждая встреча с этим ребенком приносила ему неизъяснимую радость, отвлекала от всех забот и давала заряд бодрости и веселья.

– Конечно, конечно! Сводите его в парк. Я думаю, нам всем не помешает небольшая прогулка на свежем воздухе, особенно мисс Брайерли – она совсем бледненькая сегодня, – сказала графиня.

«Ну зачем эта милая, добрая женщина привлекает ко мне его внимание?» – мысленно взмолилась девушка, но ее голос прозвучал спокойно:

– Если я выгляжу плохо, то это из-за Эдди! Он так шумел в своей комнате, что не давал мне заснуть.

– Не наговаривайте на себя, мисс Брайерли! Вы всегда неотразимы и сегодня – тоже! – Дамиан мило улыбнулся девушке.

– Я совершенно согласна с ним, – продолжала леди Алленсон. – Ваша красота не может поблекнуть и от более серьезных испытаний. Конечно же, Дамиан нимало не погрешил против истины! Жаль мне мужчин, которые хоть однажды видели Вас! – восторг графини поверг Жюстину в смятение.

– Лорд Левингтон никогда не скупится на комплименты, я полагаю, но они не для моих ушей, потому что я знаю цену такому красноречию и очень мало доверяю сладким словам. Надеюсь, что мужчины после встречи со мной понимают это.

– О! Я затронул, видимо, какие-то очень чувствительные струны. Простите меня, мисс Брайерли. Мне стоит последовать примеру мистера Шэдуэлл а и помолчать.

– В отличие от Вас, лорд, мистер Шэдуэлл говорит немного, но в правдивости его слов еще никто не усомнился! – Жюстина одарила секретаря милой улыбкой и поймала восхищенный, благодарный взгляд молодого человека.

– Да… я всегда говорю только правду, – заикаясь, молвил Шэдуэлл, – но это ценят немногие. Я редко бываю в обществе, потому что всегда занят.

– Молодому человеку не следует посвящать всю жизнь работе, – заявила леди Алленсон, – в старости уже не наверстаешь упущенного. Помните об этом, мистер Шэдуэлл.

– Вы, леди Диана, наверное, вспомнили сейчас молодые годы – так озорно заблестели Ваши глаза, – засмеялся Дамиан. – Может быть, Вы поведаете нам что-либо из Вашего романтического прошлого?

– Да… – задумчиво протянула мисс Алленсон. – В юности мы дорожили каждой минутой свободы и извлекали максимум удовольствий из жизни. Нас кружила бесконечная карусель балов, маскарадов, вечеринок, пикников… Я была такой энергичной, такой веселой – ну просто душой любой компании. А вот когда познакомилась с Мильвилем и вышла замуж, то совершенно переменилась. Мне очень повезло – я встретила человека, который дал мне все, о чем можно было только мечтать! И я посвятила ему себя всю без остатка!

– Вам можно только позавидовать, – сказала Жюстина. – Это была возвышенная и чистая любовь.

– Когда-нибудь, дорогая, Вы тоже встретите человека, которому захотите посвятить свою жизнь. Только тогда Вы познаете настоящее счастье.

В комнате воцарилось молчание. Казалось, все погрузились в свои мысли. «Что таят эти намеки старой графини? – размышляла Жюстина над ее словами. – Зачем она все время подчеркивает свое расположение к нему? Чем заслужил он такое отношение? А если ей придется разочароваться в нем, узнав, чем он занимается в тайне от всех, что будет тогда?»

– Мисс Брайерли, – прервал ее мысли Шэдуэлл, – не позволите ли Вы мне сопровождать Вас на прогулке?

– С большим удовольствием, – с готовностью ответила девушка, – я только на минутку поднимусь наверх и узнаю, собирается ли Эдди пойти с нами.

…Графиня накинула на плечи легкую шаль и взяла маленький зонтик от солнца. Жюстина надела открытое белое платье с короткими рукавами и тоже прихватила зонтик на случай жары.

– Откровенно говоря, я счастлив, что судьба предоставила мне случай провести несколько дней в такой прекрасной компании! – такими словами встретил Шэдуэлл женщин, спускающихся по ступенькам крыльца. – Я с первой встречи в Мильверли был очарован Вами, мисс Брайерли!

Жюстина молча раскрыла зонтик. Она никак не ожидала таких откровений от молчаливого секретаря и не сразу нашлась, что ответить.

– Спасибо за добрые слова, мистер Шэдуэлл, – наконец сказала девушка.

– Ну что Вы, мисс! Я так рад, что могу поговорить с Вами. Вы – такая умная, интересная женщина, мне так хотелось бы сделать что-либо приятное для Вас. Я заметил, что Вы чем-то опечалены, и решил высказать Вам свое восхищение, чтобы поднять настроение. Но, поверьте, я совершенно искренне восторгаюсь Вами, – продолжал вдохновенно сыпать словами мистер Шэдуэлл, пока они шли по аллее к воротам усадьбы. – Я человек простой, без претензий, жизнь обошлась со мной не лучшим образом: мои финансовые возможности более чем скромны, и я не преследую никаких корыстных целей. Дамы света – не для меня, но Вы так милы в отношении ко всем, что и я поддался Вашему обаянию. Это, конечно же, Вас ни к чему не обязывает, но позвольте мне служить Вам!

– Вы ведете себя как настоящий джентльмен, благодарю Вас, – сказала девушка. «Не в пример некоторым», – подумала она, не оборачиваясь на шедшего позади об руку с графиней лорда Левингтона.

– А как же иначе? Ведь я – человек благородного происхождения. Вы располагаете меня к откровенности, которой я не знал уже много лет, – вздохнул Шэдуэлл. – Вам я могу поведать, как несправедливо обошлась со мной судьба. Мой старший брат унаследовал все состояние моего отца, и мне ничего не оставалось, как положиться на свои силы и знания. Я нашел службу, и она – единственный источник моего существования. Меня не испугали трудности, с которыми пришлось столкнуться, но я не простил брату его коварства: он оставил без средств не только меня, но и нашу сестру. Это тем более печально, что она – инвалид…

– О! Я ничего не знала об этом, – проговорила Жюстина сочувственно, – и кто же присматривает за ней?

– Старая тетушка, и я пока ничем не могу помочь им… а в это время мой брат… – Шэдуэлл внезапно умолк, испугавшись, что наговорил слишком много.