Дороти Гарлок - Роковые тайны

– Черепаха в фургоне. Мы найдем ее завтра. Джон подвел свое семейство к скамейкам:

– Подай им ужин, Билл.

– Я могу сама справиться, – запротестовала Эдди.

– Ты так устала, что вот-вот свалишься. Сиди. Где твой помощник, Билл?

– Вэл? Он…

– Он что?

– Пьян.

– Так пьян, что не может работать?

– Боюсь, да.

Джон обратился к Кливу:

– Когда очухается, рассчитай его и отошли домой.

Джон усадил Диллона рядом с Эдди, недалеко села Триш. Она дрожала. Девушка смело выдерживала мужские взгляды и прямо смотрела на сидевших у костра, гордо подняв подбородок. И только когда Джейн Энн устроилась на ее коленях, Триш отвернулась.

Пистолет стоял в темноте, наблюдая за Триш и восхищаясь ее мужеством. Он злился на мужчин, бросавших на девушку влюбленные взгляды, ему хотелось защитить ее.

Вокруг костра обстановка была напряженной. Эдди в жизни не чувствовала себя столь неуютно. Ей казалось, что ее с семьей выставили в витрине лавки на потеху зевакам. Даже дети притихли и бросали пугливые взгляды.

Джон нарезал куски мяса, запеченного на углях, и положил на тарелку. Билл принес столик и положил на него бобы. Он старался не смотреть на сидящих на скамейке людей и молчал. Эдди встала помочь. Ей было непривычно сидеть и ждать, пока ее обслужат.

– Сиди и ешь, Эдди, – велел Джон, ставя последнюю пару тарелок.

– Ты собираешься есть?

– Через минуту. – Он наполнил тарелку себе и сел рядом с Колином.

– Бее… бее…

Эдди проглотила первый кусок, когда донеслось блеяние овец.

– Что за черт?

– Боже всемогущий!

– Корова, что ли?

– Какого черта корова! Это овцы!

Громко блея, овцы направлялись прямо к Эдди. Они стали тереться о Диллона, который тут же уронил бобы на колени и завопил. Джон стал утешать мальчика. Покрасневшая и желавшая провалиться от стыда сквозь землю Эдди вскочила и повела овец в сторону.

– Грегорио, – позвал Джон.

– Си, сеньор.

– Ты знаешь, как обращаться с овцами. Позаботься о них, чтобы миссис Толлмен могла поужинать.

Из тени вышел юноша-мексиканец, за спиной которого болталась большая шляпа.

– Подождите, сеньора. Я возьму зерно, и они пойдут за мной.

Эдди чесала овцам головы и бормотала им всякие слова, зная, что животные смущены обстановкой не меньше, чем она сама. Грегорио вернулся, неся миску с зерном. Он поставил ее перед бараном и дал понюхать, затем отошел, и животные двинулись за ним. Эдди подождала, пока овцы не скрылись в темноте, и вернулась к столу.

Диллон уснул у Джона на коленях.

Эдди очень устала. Она была уверена, что закрой глаза – и уснет мертвым сном, но сон не приходил. Сквозь прикрытые веки она видела лицо высокого человека с темными длинными волосами и синими глазами. От смущения мысли ее путались.

Она лежала рядом с Джейн Энн и Триш. Это была первая ночь с рождения Диллона, когда он не спал возле нее. Эдди сама не понимала, почему так легко согласилась с Джоном. Впрочем, подумала она, это был приказ.

– Ты с девочками можешь спать здесь. – Со спящим Диллоном на руках Джон подвел их к палаткам. – Колин, Диллон и я будем спать вместе.

– Диллон может остаться с нами, место есть.

– Он будет спать со мной.

– Но… я всегда была с ним ночью. Он проснется и испугается.

– Тогда я его принесу тебе.

– Он может захотеть… выйти в кусты.

– Я о нем позабочусь. Поспи, Эдди. Завтра мы начнем готовиться к путешествию.

Триш и Джейн Энн заснули мгновенно. Эдди легла лицом к открытому пологу палатки, так что ей была видна другая, где спал сын. Мысленно приготовилась разделить ложе с новым мужем, если он того потребует. Теперь она была Эдди Фей Толлмен. Керби Гайд остался в прошлом. Ее мужем стал Джон Толлмен. Будет ли он настаивать на своих «правах» утром, днем и ночью, как Керби после свадьбы? Она питала отвращение к этой части супружества, но старалась пересилить себя.

Она видела, как Джон вошел в свою палатку. Спустя короткое время вышел и направился к полевой кухне, где еще горел маленький костер.

«Завтра мы начнем готовиться к путешествию». Эти слова нового мужа застряли в голове Эдди. Да, время бежит слишком быстро. Ей хотелось хотя бы ненадолго передохнуть, чтобы собраться с мыслями и привыкнуть к переменам в жизни.

«Берешь ли ты этого человека для любви и послушания?» Послушания? Кроме двух коротких месяцев, что она прожила с Керби, ей некого было слушаться, с тех пор как родители умерли.

Теперь этот человек стал ее законным супругом, и она обещала слушаться его.

«Джон Толлмен, кто ты? Я тебя не знаю!»

Джон уложил Диллона на матрас и снял с него ботинки. Малыш был вымотан, но не более чем его мать. Фиолетовые глаза подернулись усталостью, вокруг легли темные тени. Она старалась держать спину прямо, а голову высоко, но сил не было. Еще несколько часов без сна – и она сломалась бы.

Посмотрев на мальчика, Джон подумал о человеке, который подарил этому ребенку жизнь, Керби Гайд – отец Диллона, но он, Джон Толлмен, вырастит его, сделает из него мужчину. Джон накрыл мальчика, погладил пухлую щечку тыльной стороной ладони и выпрямился:

– Я побуду у кухни, Колин.

– Все в порядке, мистер Толлмен. Я позабочусь о Диллоне.

– Ты не должен звать меня «мистер Толлмен», Колин.

– А… я… миссис Эдди не разрешает мне звать взрослых по имени.

– Ну, не беспокойся об этом. Обычно такие вещи происходят сами по себе.

– Реншоу хотели забрать меня, да?

– Они схватили бы Триш за то, что она подстрелила того негодяя.

– Триш сделала это, спасая меня.

– Я знаю. Она храбрая девушка.

– Но… но миссис Эдди была вынуждена из-за меня покинуть ферму. – В его голосе звучало глубокое сожаление.

– Она говорила, что частично это из-за тебя. Но кроме того, преподобный Сайкс хотел забрать у нее Диллона.

– Это не ее вина… и не Триш. Они никогда никого не впускали.

– В городе идет молва, что это не так. Проповедник разговаривал с мировым судьей после того, как Эдди отказала отдать тебя Реншоу. И еще он узнал, что отец Диллона не вернулся с войны.

– А вы верите в это?

– Взял бы я ее в жены, если бы думал, что она падшая женщина?

– Я… должен был спросить.

– Все в порядке. Можешь спрашивать меня обо всем.

– Миссис Эдди не говорила мне, что этот старый урод хочет забрать Диллона.

– Думаю, не хотела беспокоить тебя.

– Она ужасно беспокоилась о вас. Что случилось с Реншоу? Вы их подстрелили?

– Нет. Лучше не убивать, если есть другой выход. Мы сбросили их в ручей, заставили там сидеть и угнали их лошадей.

Пистолет был прав, говоря, что они полные кретины. На индейские земли они не полезут, тогда их скальпы будут сушиться на шестах.