Анна Грейси - Идеальный поцелуй

После поездки в Египет, где она повидала бы пирамиды и сфинкса, она планировала завести дом, свой собственный дом, в котором она все устроит по своему вкусу.

Девушка прикусила губу. Она вдруг поняла, что именно этим здесь и занимается. Играет, как когда-то в детстве. Доминик имел полное право сердиться. Это был не ее дом, и она не имела права с ним играть.

Но это был замок, построенный для мечтаний с его фантастической комбинацией стилей, его сказочной башней, узкими готическими окнами, резными дубовыми панелями и горгульей.

Грейс взглянула наверх и увидела горгулью, рассматривающую ее с мудрым выражением на лице. Ее девушка почистила в первую очередь. Теперь на ней не было ни пыли, ни паутины, и она была покрыта свежим слоем масла, которое впиталось в старую потрескавшуюся древесину.

Грейс улыбнулась ей, внезапно почувствовав себя увереннее.

– Мне все равно, хочет он, чтобы это место вновь стало домом, или нет. Ты этого хочешь, не правда ли, мисс Горгулья? И дом этого хочет. – Грейс кивнула. – Значит, для тебя мы сделаем этот дом милым и уютным. Тогда это и вправду будет место, созданное для мечтаний…

Доминик поехал к дороге на Ладлоу коротким путем. Он не торопил коня, наслаждаясь тенью от деревьев. Открытая дорога будет пыльной и жаркой, уж он-то знал.

Молодой человек задумался, и тут дорогу прямо перед ним перебежала собака. Белая собака с коричневыми пятнами. Шеба. Он оставил ее в Вульфстоне на попечении Билли Финна, который должен был ее искупать.

Доминик нахмурился. Что, интересно, Шеба делает на улице? Кто знает, что она может натворить: придушить несколько цыплят или пойти гонять овец. Собака не должна бегать на свободе рядом с фермами.

Он подъехал к тому месту, где видел собаку. Легкий след вился между деревьями. Он позвал ее несколько раз. Ничего. Он свистнул. Ничего. Он повернул коня и поехал вдоль следа, оставленного Шебой. Через несколько мгновений лес стал реже, и он увидел берег озера, мальчика и свою собаку. Собака была вся в грязи.

– Что, черт возьми, ты тут делаешь?!

Билли Финн повернулся, вздрогнул, выронил все из рук и побежал. Шеба начала было преследовать его, но приказ Доминика остановил ее.

– Стой, Билли! Подожди… – окликнул Доминик, но мальчик уже убежал. Он скрылся так быстро, словно от этого зависела его жизнь. Вдруг Доминик заметил какое-то движение у кромки воды и подъехал поближе, чтобы рассмотреть, что же уронил мальчик.

Рыбу. Рядом лежала удочка.

Он посмотрел на рыбу, а затем в ту сторону, куда убежал мальчик. Выражение лица мальчика потрясло его. Это был дикий ужас.

Он вытащил из кармана часы и открыл крышку. У него предостаточно времени, чтобы заняться этой маленькой загадкой и успеть в Ладлоу. Он поднял рыбу с удочкой, свистнул Шебе и вновь взобрался на лошадь.

– Ищи Билли, – сказал он собаке и указал туда, где скрылся мальчик. Деловито помахивая хвостом, Шеба побежала по тропинке. Доминик следовал за ней верхом.

Скоро они вышли к старой лачуге, расположенной на поляне. Шеба радостно прыгала – очевидно, ей уже доводилось здесь бывать. Доминик внимательно осмотрел здание, пока привязывал лошадь к ближайшему дереву. На карте оно было помечено как руина, но в этой руине кто-то жил. Тоненькая струйка дыма поднималась из трубы, а на веревке, натянутой между деревьями, сушилось белье.

Он постучал. Дверь ему открыла уставшая измотанная женщина. За ее юбку цеплялся карапуз. Еще несколько детей от пяти до восьми лет таращились на него.

– Билли Финн здесь? – спросил он. Глаза женщины расширились.

– Билли? – повторила она слабым голосом, посмотрела куда-то в сторону и запихнула карапуза обратно в дом. – Нет, Билли здесь нет.

Доминик был уверен, что она лжет.

– Он побежал в эту сторону.

Женщина покачала головой и пожала плечами. Доминик пригляделся к ней повнимательнее, у Билли были ее глаза.

– Вы его мать, – сказал он уверенно.

Женщина смущенно прикусила губу и кивнула. Лицо ее было напряжено.

– Он забыл вот это, – сказал Доминик и протянул ей рыбу.

Это произвело неожиданный эффект. Женщина застонала, казалось, она вот-вот лишится сознания. Она пошатнулась и вцепилась в косяк двери.

– Нет, нет, это не его рыба. Он никогда не прикасался к ней, заверяю вас, сэр. Он не стал бы. Он сейчас в замке. Лорд дал ему работу. – Женщина задыхалась от волнения.

– Я и есть лорд д'Акр, – сказал Доминик, и она снова застонала.

– Прошу вас, милорд, не забирайте его. Мой Билли хороший мальчик. О, пожалуйста, пожалуйста, не забирайте его… – К ужасу Доминика, она с рыданиями бросилась на землю и обняла его ноги. – Прошу вас, милорд, смилуйтесь. Не забирайте моего Билли!

Доминик отступил назад.

– Я не собираюсь его никуда забирать!

Но женщина продолжала лежать перед ним, плача и бормоча:

– Только не Билли, только не моего мальчика. Доминик был в замешательстве. Он взглянул на детей, с ужасом наблюдавших за своей матерью.

– Эй вы, подойдите сюда и помогите матери, – велел он им, но они лишь взглянули на него и с криками убежали.

Доминик провел рукой по волосам. Может быть, у них у всех с головой не в порядке? Может ли Билли быть единственным здравомыслящим человеком в своей семье?

Женщина посмотрела на него снизу вверх сквозь растрепанные волосы, и на лице ее отразилось отчаяние. Она встала на колени, облизнула губы и пригладила волосы.

– Я сделаю все, что вы хотите, милорд, – сказала она. – Только не забирайте моего Билли.

Боже, да она предлагала ему себя!

– Я не собираюсь никуда забирать этого чертова мальчишку! – рявкнул Доминик. – А теперь, ради Бога, женщина, поднимайся.

Наконец она встала, потупив глаза. По ее щекам струились слезы, а руки конвульсивно сжимали передник.

– Успокойся! – приказал Доминик. Она сглотнула, и на ее лице поселилось выражение неестественного спокойствия. Она все еще была напугана.

Доминик вздохнул и заставил себя медленно сказать:

– Никто никого никуда не забирает. Понятия не имею, что вы себе вообразили, но что бы вы ни думали, вы ошибаетесь. А теперь идите в дом и сделайте себе чашку чаю.

Все еще испуганная женщина шагнула внутрь дома.

– И забери наконец эту чертову рыбу! – С этими словами он швырнул ей ее.

– Нет! – неожиданно твердо сказала она. – Вам не подсунуть нам улику.

– Улику? – Доминик вытаращился на нее. Вдруг все встало на свои места. – Вы считаете, я преследую Билли за браконьерство?

– Он не браконьер! – резко возразила она.

– Успокойся, женщина. Я и не говорил, что он браконьер, кроме того, он ведь всего лишь ребенок, ради Бога.

Она пристально посмотрела ему в лицо.