Линси Сэндс - Сладкая месть

Однако Кайла не сдавалась. Она заявила, что желает устроить вечером праздничный ужин. Повар возразил, что хозяин не предупреждал об этом и не отдавал на сей счет никаких распоряжений. И снова предложил ей отдохнуть и заняться вышиванием.

В конце концов Кайла сдалась и, покинув кухню — Робин по-прежнему следовал за ней, — направилась в зал, где женщины в это время потрошили рыбу. Стараясь говорить с ними любезно, но в то же время строго, она спросила, кто такой Гэлен и почему он отдает всем распоряжения. Женщины переглянулись, а затем, не ответив на вопрос, посоветовали ей пойти отдохнуть и напомнили, что так приказал милорд.

И вот теперь, сидя в верхнем зале с вышиванием на коленях, Кайла ругала себя за допущенную ошибку. Да, она сама во всем виновата, ей следовало еще ночью все объяснить мужу, сказать, что ее сумасшествие — просто-напросто уловка. Конечно, Макдональда можно понять — ведь он не знает, что его жена совершенно здорова. А вот слуги могли бы все-таки ответить на ее вопросы, могли бы объяснить, кто такой Гэлен и почему он от имени лорда Макдональда отдает все хозяйственные распоряжения. Ей очень хотелось найти этого человека и поговорить с ним. Нет, она не стала бы его отчитывать, напротив, похвалила бы за усердие и заверила бы в том, что должность управляющего и впредь останется за ним.

Тяжко вздохнув, Кайла поднялась с кресла. Моргана вопросительно взглянула на нее, и Кайла, нахмурившись, заявила, что раз уж ей приказано побольше отдыхать, то она удаляется к себе. Робин последовал за своей подопечной, однако в нескольких метрах от двери спальни остановился.

Переступив порог своей комнаты, Кайла с силой захлопнула дверь и на несколько мгновений почувствовала облегчение. Но вскоре ее вновь стало одолевать беспокойство. Она совершенно не устала, и не было никакой необходимости присматривать за ней и опекать ее. Что же касается ее мечтаний… Все мечты о счастье были разбиты вдребезги! Конечно, они с мужем провели чудесную ночь, но, к сожалению, так и остались чужими — настоящей любви не возникло… Да, они совершенно чужие, и она совсем ничего не знает о муже, даже не знает, есть ли у него близкие родственники. Например, кто этот загадочный Гэлен? Может, он родной брат Макдональда? Живы ли его родители, и от кого он унаследовал свою рыжую шевелюру?

Погрузившись в раздумья, Кайла присела на край кровати. И вдруг воскликнула:

— Ах, будь я трижды проклята!

Кайла в возбуждении вскочила на ноги. Только сейчас до нее дошло, что она не знает его имени! О Боже, что с ней происходит? Ночью стонала от одного только его прикосновения — и при этом даже не знала его имени!

«Но он все-таки твой муж!» — напомнил внутренний голос, и Кайла, немного успокоившись, принялась расхаживать по комнате. Да-да, теперь он ее муж. И вполне естественно, что она вела себя подобным образом. Более того, это ее обязанность. Пусть даже она не знает его имени… Но обязанность ли? В книгах сказано, что жена должна терпеть страсть своего мужа, но нигде не сказано, что она должна разделять его страсть.

Кайла остановилась перед окном и выглянула наружу. Синяя гладь моря и голубое небо сливались на горизонте, а далеко внизу, под окном, плескался прибой — эта часть замка находилась на отвесной скале, у подножия которой протянулась узкая полоска песчаного пляжа.

Глядя на морские волны, Кайла с грустью вспоминала свою прежнюю жизнь — тогда все было просто и понятно! А теперь все так замысловато переплелось… Правда, вчера, хоть и ненадолго, ей удалось вырваться из замка, удалось почувствовать себя свободной! И сейчас она многое бы отдала за то, чтобы снова испытать это чувство.

«Но что же может мне помешать?» — спросила себя Кайла. Действительно, если ей однажды уже удалось выскользнуть из замка, то почему же не попробовать снова? Но Большой Робби… Кайла поморщилась — этого охранника в отличие от Дункана не так-то просто будет провести. Уж если он встал у двери, то ни за что не сдвинется с места, даже по нужде не отойдет.

Впрочем, кое-что она уже успела придумать… Сейчас ей в качестве предлога потребуется сумка Морганы, в которой хранились разные снадобья, в том числе и бальзамы для ран. Совсем недавно она не могла обходиться без этих бальзамов, так как ее постоянно мучили боли в спине, но сейчас боль появлялась все реже, и Кайла уже не так часто обращалась к Моргане за помощью. А Робин, конечно, об этом не знал — на том и строился план побега.

Кайла подошла к сундуку в углу комнаты. Вытащив клетчатую накидку, в которой выходила накануне, внимательно осмотрела ее и, заметив соломинки и прочий сор, сокрушенно покачала головой, — должно быть, она очень странно выглядела в этом одеянии. Порывшись в сундуке, Кайла нашла другую накидку и разложила ее на постели. Теперь она одевалась без спешки, поэтому все получилось — возможно, не так хорошо, как у Эльфреды, но гораздо лучше, чем в прошлый раз. Отыскав в одном из своих сундуков маленькие шахматы — подарок брата на день рождения, — Кайла спрятала их в складках накидки и со страдальческой гримасой на лице направилась к двери.

— Что с вами, миледи? — с озабоченным видом пробормотал Робби.

Кайла со вздохом проговорила:

— Ужасно разболелась спина… Будь добр, позови Моргану — пусть принесет мне свежую мазь. Моргана сейчас, наверное, внизу.

— Да-да, миледи, я мигом! — Робин бросился к лестнице.

Кайла громко хлопнула дверью, а затем, распустив волосы, снова ее приоткрыла. Выглянув из комнаты и убедившись, что Большой Робби уже скрылся из виду, она быстро пересекла зал и остановилась у лестницы. Выждав немного — теперь уж охранник наверняка вошел в одну из нижних комнат, — стремительно спустилась по лестнице и бросилась к выходу.

На сей раз Кайла хорошо знала дорогу, так что нигде не задерживалась. Выскользнув во двор — к счастью, никто из слуг не обратил на нее внимания, — она решительно направилась к воротам. Потом, уже за воротами, побежала к знакомой тропе, ведущей к морскому берегу.

Кайла прекрасно понимала, что Моргана обо всем догадается, и рассчитывала на ее поддержку. Конечно же, старуха сразу увидит на кровати платье и обруч с жемчугами, который она сняла, распуская волосы. Возможно, заглянет в сундук и заметит, что одна из накидок исчезла. Но старая верная служанка все правильно поймет и никому не расскажет о побеге воспитанницы. А если расскажет, то не сразу. «Так что можно будет немного погулять по берегу или даже поиграть в шахматы с Эльфредой», — думала Кайла, шагая по тропинке.

— Говоришь, свежий бальзам? — проворчала Моргана, поднимаясь с кресла.

Старуха медленно направилась к лестнице, и Робин последовал за ней. Ему казалось, что Моргана взбирается по ступеням слишком уж медленно, и он то и дело подталкивал ее в спину. Старуха кряхтела и что-то бормотала себе под нос, но, похоже, была не в состоянии подниматься быстрее. Робин в конце концов не выдержал и, обогнав старуху, подошел к двери комнаты. Немного помедлив, постучал.