Линси Сэндс - Укрощение невесты

— Хорошо, — пробормотал Герхард и остановил коня, чтобы дождаться остальных, а Алекс и Мерри поехали быстрее.

Мерри с любопытством смотрела по сторонам. Они некоторое время ехали по тропе, потом Алекс повернул коня в сторону, и почти сразу деревья расступились перед небольшой поляной. Мерри хотелось знать, та ли это поляна, о которой Алекс говорил Герхарду, но задать вопрос она не рискнула. Они ехали так быстро, что девушка боялась прикусить язык. Поляна со всех сторон была окружена деревьями. Алекс пересек поляну и выехал на узкую тропинку, которую Мерри сразу и не заметила. С левой стороны от тропинки деревья росли редко, и сквозь них можно было разглядеть воду. Зато с правой стороны деревья стояли плотной стеной.

В течение нескольких минут они ехали по тропинке вдоль реки и вскоре оказались на другой поляне. Она была меньше первой, но такая же живописная. Здесьтоже река срывалась вниз небольшим и очень красивым водопадом, а всю полянку огибала высокая скала, перекрывая доступ и обзор. Попасть сюда можно было только по одной-единственной тропинке.

Мерри огляделась и издала звук, очень похожий на довольное негромкое мурлыканье. Место было уединенное и идеально подходило для отдыха после трудного дня, проведенного в седле.

— Я обнаружил это место во время прогулок еще до крестового похода, — пояснил он и спешился. — Я хорошо запомнил, что оно находится выше по течению реки, и хотел показать его тебе. Нравится?

— Очень, — сказала Мерри, и Алекс снял ее с лошади. Оказавшись на земле, девушка тотчас хотела осмотреть все вокруг, но Алекс ее не отпустил.

— Не беги, — сказал он и слабо улыбнулся, — упадешь. Дай ногам несколько минут на то, чтобы они вновь почувствовали землю. Ты же весь день провела в седле.

— С моими ногами все в порядке. И я, строго говоря, не сидела в седле, а отдыхала у тебя на коленях. — Рассмеявшись, она высвободилась, но, не успев и шагу ступить, упала. Ноги, с которыми, безусловно, все было в порядке, подогнулись. Сморщившись, Мерри снизу вверх взглянула на мужа, ожидая, что он будет смеяться над ее неловкостью. Ее братья всегда вели себя именно так. Но Алекс почему-то даже не улыбнулся. Он нахмурился, поспешил к ней и помог встать.

— Ты должна научиться принимать помощь и прислушиваться к советам других людей, — спокойно сказал он, ставя ее на ноги. — В какой-то момент любому из нас может понадобиться помощь.

Алекс говорил очень тихо, что было совершенно не похоже на ее отца и братьев, которые по любому поводу начинали орать. Но его слова действовали намного эффективнее. Неожиданно для самой себя Мерри покраснела. Ее охватило какое-то странное чувство — смесь стыда и страха. Хорошо бы он поменьше ее воспитывал! В конце концов, почему ее должно так волновать, что он о ней думает? Ответа на вопрос у Мерри не было, но она определенно тревожилась, и ей это не нравилось.

Она даже язык прикусила, чтобы не ответить дерзостью, и не пошевелилась, пока он поддерживал ее. Только убедившись в том, что жена твердо стоит на ногах, Алекс отпустил ее. Мерри сразу направилась к воде.

— Я позабочусь о лошадях, — сказал ей вслед Алекс, — а ты можешь искупаться, если хочешь.

В любое другое время Мерри заявила бы, что сама позаботится о своей кобыле. Но теперь, оскорбленная мягким упреком, она промолчала. Подойдя к кромке воды, Мерри начала раздеваться. Сняв платье и положив его на крупные камни, Мерри оглянулась на мужа, убедилась, что он стоит к ней спиной и занят лошадьми, и быстро скинула нижнюю рубашку. Бросив ее сверху на платье, она поспешила в воду.

К несчастью, торопясь поскорее оказаться в воде и скрыться от любопытных глаз, она побежала в воду, совсем забыв о предосторожности, и сильно ушибла ногу, налетев на подводный камень.

Она непроизвольно вскрикнула и тут же услышала ответный возглас Алекса. В панике обернувшись, она увидела, что муж несется к воде. Сообразив, что она абсолютно голая, Мерри присела, чтобы спрятаться в воде.

— Со мной все в порядке, — с трудом выкрикнула она. Вода оказалась такой холодной, что у девушки перехватило дыхание.

— Ты ушиблась? — озабоченно спросил Алекс, но остановился на берегу и не полез в воду, хотя мгновение назад явно собирался это сделать.

— Нет, — соврала она. — Просто вода очень холодная.

Алекс внимательно посмотрел на жену, словно ее слова его совсем не убедили, потом кивнул и вернулся к лошадям.

— Я уже почти закончил, — крикнул он через плечо. — Сейчас присоединюсь к тебе.

Мерри скорчила ему вслед рожицу, восприняв его слова как угрозу, а не как обещание. И пошла на глубину, теперь уже соблюдая осторожность. Она не привыкла ощущать свою неправоту. На протяжении многих лет в замке своего отца она была всегда, или почти всегда, во всем права. И ей не нравилось, что муж считает ее виноватой, даже когда речь идет о такой мелочи, как нежелание принять помощь.

Удивляясь самой себе, Мерри потерла под водой руки. Тело начало привыкать к холодной воде. Она минутку постояла, наслаждаясь ощущением прохладной свежести. Чистая вода нежно ласкала ее разгоряченное тело. Потом она набрала в рот побольше воздуха и нырнула. Тело уже более или менее привыкло к холоду, но голова, как выяснилось, еще нет. И Мерри едва не закричала в воде, когда голову буквально обожгло холодом. Но, тем не менее, у нее хватило сил нырнуть на дно, чтобы достать немного донных отложений — смеси ила, песка и глины. Набрав полную пригоршню, она вынырнула на поверхность. Отдышавшись, Мерри отметила, что Алекс все еще возится с лошадями, и только потом стала разглядывать, что у нее в руках. К ее облегчению, она набрала почти чистый песок, а не илистую грязь. Им девушка и воспользовалась, чтобы как следует вымыться. Песок помогал смывать с тела накопившуюся за день грязь.

— Я вижу, ты тоже знаешь о природном мыле, — одобрительно заметил Алекс.

Голос мужа заставил Мерри волчком крутануться в воде. Оказалось, что он, уже голый, вошел в воду и направлялся к ней.

— Мама тоже его так называла, — сказала Мерри, следя за его передвижением. — Она научила меня так мыться во время нашего первого путешествия к Кейду. Я тогда была еще маленькой. Она сказала, что эффект тот же, что от душистого мыла, которым мы пользовались дома. И мне кажется, этот способ мыться ей нравился больше.

Алекс кивнул, продолжая двигаться к ней. Приблизившись, он взял ее за руку и привлек к себе.

— Не смотри на меня такими обиженными глазами, — нежно прошептал он. — Ты заставляешь меня чувствовать себя чудовищем, которое выговаривает красавице за то, что она не желает принимать советы и помощь.