Джулия Куинн - Секретные дневники мисс Миранды Чивер

Нет.

Он задрожал от неутоленного желания.

— Вставай, Миранда, — мучительно простонал он.

— Но я...

Он рывком опустил ее ноги на ковер. Тернер искренне не доверял себе дотронуться даже до ее руки, хотя и понимал, что дернул ее достаточно грубо. Но он должен был заставить ее двигаться. Она должна была уйти.

— Уходи, — велел он. — Ради всего святого и если у тебя есть хоть капля здравого смысла — уходи!

Но она продолжала стоять там, уставившись на него в шоке, со спутанными волосами и распухшими губами, разжигая его желание.

Боже, он все еще хотел ее.

— Этого не повторится, — сказал он напряженно.

Она ничего не ответила. Он внимательно вглядывался в ее лицо. Пожалуйста, пожалуйста, только бы она не заплакала.

Он как-будто окаменел. Если бы он пошевелился, то мог бы коснуться ее, и тогда ему уже было бы не спастись.

— Иди наверх, — сказал он глухо.

Она кивнула и прихрамывая, бросилась из комнаты.

Тернер уставился на дверной проем. Кровавый ад. Что ему делать?

12 июня 1819

У меня нет слов. Совсем.

Глава 8

Тернер проснулся на следующее утро с адской головной болью, которая не имела никакого отношения к алкоголю.

Ему бы хотелось, чтоб это был бренди. Но бренди хоть и вызывал боль, но все же не такую, как эта.

Миранда.

О чем, черт возьми, он думал?

Ни о чем. Очевидно, он не думал вообще. По крайней мере, не головой.

Он целовал Миранду. Черт, да он чуть не соблазнил ее! И это при том, что во всей Англии для него, не существует менее подходящий молодой леди, чем мисс Миранда Чивер.

Гореть ему за это в аду.

Если бы он был достойным человеком, он женился бы на ней. Молодая женщина могла потерять свою репутацию и из-за гораздо меньшего, чем то, что случилось этой ночью. «Но никто ведь не видел», шепнул его внутренний голос. Да никто не знал, только они двое. И Миранда ничего не расскажет. Она не такая.

Но он не был достойным человеком, и Летиция была тому виной. Она убила все, что оставалось хорошего и доброго в нем. И все же у него еще был здравый смысл. И он говорил Тернеру, что ситуация, подобная вчерашней, ни в коем случае не должна повториться. Одну ошибку можно понять.

Две были бы непростительны.

А три …

Ему даже не следовало думать о трех.

Ему нужно увеличить дистанцию. Расстояние. Если бы он смог избегать встреч с Мирандой, то избежал бы и соблазна, а она, рано или поздно, забудет об их скандальном «свидании» и найдет себе хорошего мужа. Мысль о том, что она окажется в объятиях другого мужчины, была неожиданно неприятной, но Тернер решил, что это потому, что он устал, и вообще, с того момента, как он целовал Миранду, прошло всего около шести часов...

В общем-то, на это могли быть и другие причины, но они были не столь важны и не заслуживали анализа.

Нужно найти способ избегать ее. Возможно, ему стоит уехать из города? Исчезнуть. Он мог бы выехать за город. Он ведь, так или иначе, не собирался надолго оставаться в Лондоне.

Он открыл глаза и застонал. Никакого самообладания, выдержки! Миранда была неопытной, наивной и молодой. Она не была, подобно Летисии, мудрой во всех женских штучках, и готовой использовать свои прелести для достижения цели.

Миранда не ослепительная красавица, но как притягательна! Тернер был достаточно мужчиной, чтобы потерять из-за нее голову. Именно поэтому ему не следует жить с ней в одном доме. И вообще, по-моему пришло время подыскать себе женщину. Было много осторожных молодых вдов, а он слишком долго был лишен женской компании.

Если что-нибудь и могло помочь ему забыть одну женщину , то это была другая женщина.

* * * * *

— Тернер переезжает.

— Что? — Миранда ставившая цветы в фарфоровую вазу, только благодаря проворству рук и удаче не опрокинула старинную вазу.

— Он уже ушел, — сказала Оливия, пожав плечами. — Его камердинер упаковывает наверху вещи.

Миранда задержала руки на вазе, пальцы ее не слушались. Она старалась успокоиться, вдох-выдох, вдох-выдох. А когда, наконец, смогла заговорить уверенная, что голос не сорвется, спросила:

— Он покидает город?

— Нет, я не думаю, — сказала Оливия, подавляя зевок. — Он не хотел надолго оставаться в городе, поэтому снял квартиру.

Он снял квартиру? Миранда боролась с ужасным чувством пустоты, стеснившим ее грудь. Он сделал это, чтобы убежать от нее.

Это было бы оскорбительно, если бы не было так грустно. Хотя, возможно, это было и то и другое.

— Вероятно, так будет лучше, — продолжала Оливия, не обращая внимания на состояние подруги. — Я слышала, как он сказал, что никогда снова не женится...

— Он так сказал? — Миранда замерла. Как такое случилось, что она не знала об этом? Ей было известно только то, что он не искал себе жены, но не думала, что это навсегда.

— О, да, — ответила Оливия. — Он сказал об этом на днях, и был весьма непреклонен. Я думала, что маму из-за этого хватит удар. Она чуть в обморок не упала.

— Ваша матушка? — Миранде было трудно представить такое.

— Ну хорошо, не совсем так, но если бы ее нервы были не такими крепкими, она б непременно сделала это.

Вообще-то Миранда всегда наслаждалась «блуждающей» манерой разговора своей подруги, но сейчас ей хотелось прибить ее за это.

— Так или иначе, — вздохнула Оливия, наклонившись, — он сказал, что не женится больше, но я совершенно уверена, что он еще передумает. Он просто должен забыть свое горе. — Она сделала паузу и, взглянув на Миранду, иронично добавила. — Или ему еще не встретилась подходящая леди.

Миранда заставила себя улыбнуться. Она так старалась, что была почти уверенна, что у нее это получилось.

— Но несмотря на то, что он говорит, в одном он все же прав, — продолжала Оливия, прикрыв глаза, — он никогда не найдет невесту, живя здесь. Это невозможно, находясь постоянно в компании родителей и двух младших сестер!

— Двух?

— Хорошо, одной. Но согласись, что в твоем присутствии он не может себе позволить какие-либо вольности, так же, как и в моем. Так что разница не велика.

Миранда не знала, смеяться ей или кричать.

— И даже если ему не хочется искать себе невесту, — добавила Оливия, — ему нужна женщина, которая помогла бы ему забыть Летицию и все с ней связанное.

На это Миранде нечего было ответить.

— А этого он не может себе позволить, живя здесь. — Оливия распахнула глаза и скрестила на груди руки. — Так что все к лучшему. Или ты не согласна?

Миранда кивнула, поскольку это от нее ожидалось. И потому, что она чувствовала себя слишком опустошенной, чтобы заплакать.

19 июня 1819