Гейл Уилсон - Тайна покинутой часовни

Вейл не понимал, кому и зачем понадобилось сжигать игрушку, но у него защемило сердце от тоски по сыну, которого он никогда не видел.

– Что ты нашел? – послышался за спиной шепот Мэри.

Значит, Вейл ошибся: на узкой койке спал не Пирс, а Мэри! Она умышленно заняла комнату рядом со спальней раненого, чтобы слышать каждый звук. Вейл был ошеломлен. «Она ухаживала за вами, как за ребенком», – сказал Пирс. Неужели он все-таки небезразличен ей? Сжав в руке обугленную игрушку, Вейл тяжело поднялся, соображая, чем объяснить Мэри свой приход.

– Я не знал, что ты спишь здесь, – признался он. – Мне просто хотелось... – Он осекся, снова вспомнив о сыне, лишенном маленьких радостей детства. Если бы не нелепая гордость Ника, мальчик рос бы окруженный заботой и любовью...

– Посмотреть, где он жил? – безошибочно подсказала Мэри.

– Здесь ничего нет, никаких детских сокровищ – сухих листьев, камушков, перьев... тигриных зубов, – добавил он с улыбкой. – Ничего.

– Потому что Ричарду не позволяли приносить их в дом. Трейвик не питал любви к природе, – усмехнулась она. По правде говоря, торговец редко выпускал Ричарда из дома. Мэри всегда пыталась заполнить чем-нибудь скучные дни: читала ребенку вслух, пела простые детские песенки, готовила что-нибудь вкусное к чаю. В этих занятиях Абигейл была ее тайной сообщницей. И все-таки Ричард был лишен возможности валяться в траве, играть с соседскими детьми, бродить по лесу. – Поверь, ему жилось неплохо, – виновато продолжала она, глядя на одеяло, которым столько раз укрывала по ночам своего мальчика. – Я делала все возможное, чтобы он узнал, что такое счастье. Этого солдатика Ричард очень любил. Глядя, как он в него играет, я всегда вспоминала о тебе, – призналась Мэри, – и мечтала, чтобы Ричард когда-нибудь узнал о своем настоящем отце.

– А я... – начал Ник, и у него вдруг перехватило горло. – Господи, Мэри, как бы я хотел, чтобы все было по-другому!..

– Будь желания лошадьми... – тихо выговорила Мэри начало поговорки и улыбнулась, как улыбалась Ричарду, когда он мечтал о невозможном. По ее щеке скатилась слеза.

«... то все нищие разъезжали бы верхом», – мысленно закончил поговорку Ник. Она права: он и впрямь нищий. Одинокий, отчаявшийся нищий, одержимый мечтой о сокровищах, которых у него никогда не было.

Глава десятая

Предпринятые по всей Англии поиски оказались тщетными: Трейвик словно сквозь землю провалился. Прошло несколько недель, прежде чем Пирс получил долгожданные вести.

Когда прибыл посыльный, Вейл стоял у окна в гостиной торговца. В коридоре загрохотали тяжелые сапоги Пирса. Войдя в гостиную, денщик остановился и со сдержанным воодушевлением сообщил, что у него есть новости. Ник встрепенулся, Мэри отложила рукоделие, стараясь казаться невозмутимой.

– В понедельник из лондонского банка был взят пакет для Трейвика. Наш осведомитель хорошо запомнил посыльного – он был одноруким.

– Это Боб Смитерс, – сообщила Мэри. – А Ричард с ним? Кто-нибудь видел Ричарда?

Отрицательно покачав головой, Пирс продолжал:

– Вчера Смитерса видели здесь, в деревне.

– Однако в дом он не зашел, – заметила Мэри. – Если он выполнял поручение Трейвика, почему же не явился сюда?

– Потому что по всей округе уже разнесся слух, что Трейвика в доме нет, – продолжал Пирс. – Подкупить банковского клерка оказалось несложно: судя по всему, Смитерс забрал из банка деньги, полученные Трейвиком благодаря одной из сделок. Возможно, он закрыл счет, – добавил Пирс, и Вейл согласно кивнул.

– Но разве все это поможет нам в поисках Ричарда? – спросила Мэри.

– Как только Смитерс узнал о случившемся, он покинул деревню... – Пирс выдержал внушительную паузу, наслаждаясь триумфом, – и отправился на восток, на побережье, – радостно заключил он. – Я уже выслал за ним погоню, хотя Смитерс держится в стороне от оживленных дорог...

– Он разыскивает Трейвика! – перебил Ник. – Значит, Трейвик собирается покинуть Англию, и если сумеет... – В его глазах мелькнул ужас.

– Постойте! – прервала его Мэри. – Есть и другое объяснение: Трейвику принадлежит дом на побережье, где-то к югу от Дила, Раньше он часто посылал туда Смитерса – я сама слышала, как Трейвик отдавал приказы. Не знаю, точно ли этот дом принадлежит ему, но в последнее время Трейвик часто бывал там.

– Возможно, там он и затаился, чтобы дождаться Смитерса, – сделал вывод Пирс. – Вам известно, как найти этот дом, Мэри?

Она покачала головой и задумалась.

– У него странное название... Вспомнила! «Совиный лабиринт»!

– Совиный? – Лицо Вейла вдруг прояснилось. – «Совами» зовут морских контрабандистов: подавая друг другу сигналы, они кричат по-птичьи. Неудивительно, что этот дом не значился в списке недвижимости Трейвика!

– Вы думаете, он занимается контрабандой? , – спросил Пирс. – Хотя очень может быть... Но сейчас гораздо важнее разыскать этот дом! Наверняка на побережье найдутся люди, которым известно это название. – И он направился к двери.

Ник уже горько раскаивался, что при последней встрече не задушил Трейвика голыми руками. Теперь, дождавшись, когда Смитерс привезет деньги, Трейвик преспокойно покинет берега Англии и затаится на континенте. Вейл отогнал пугающие мысли: нельзя, чтобы Мэри догадалась, чем пригрозил ему Трейвик.

Несмотря на слабость и скверную погоду, Вейл настоял на своем желании немедленно отправиться в путь.

– Не вздумай спорить, – заявил он Пирсу, и тот понял, что возражения бесполезны.

Мэри неожиданно поддержала герцога. Заботясь о хозяине, Пирс выбрал более длинный, но легкий путь, однако Вейл быстро взял бразды правления в свои руки и заявил, что они отправятся в путь только втроем, без вооруженной охраны, в простом экипаже. На каждом постоялом дворе они меняли лошадей, но снег быстро таял, дороги превращались в болота, экипаж тащился черепашьим шагом. Путешествие отняло больше времени, чем рассчитывал Вейл.

От неудобной позы у Мэри затекали ноги, но она не жаловалась. Ник отдавал точные приказы, возница послушно следовал им. Остановки на постоялых дворах были предельно краткими. Но по мере того, как путешествие приближалось к концу, лицо Ника становилось все бледнее, а губы сжимались крепче. Мэри видела, что он очень страдает от тряски, и хотела было предложить ему прислониться к ней, но так и не решилась.

Как и предсказывал Пирс, они без труда разыскали дом торговца с помощью первого же попавшегося навстречу прохожего. Приподняв шапку, он объяснил, как проехать к «Лабиринту», но предупредил, что от этого дома лучше держаться подальше. Выслушав его, возница подхлестнул уставших лошадей. Дом и вправду выглядел неприветливо: массивный, мрачный, он угрожающе вырисовывался на фоне вечернего неба. Узкие окна напоминали бойницы крепости.