Джейн Фэйзер - Изумрудный лебедь

— Я как раз говорила, милорд, что, если притворюсь нездоровой, мне не придется много говорить за обедом, — сказала Миранда, поднимаясь с кушетки и глядя на него хмуро и беспокойно.

Но на уме у Гарета было другое. Он оглядывал девушку, задумчиво оценивая ее вид, — губы его были крепко сжаты. Наконец, очнувшись от раздумья, он сказал:

— Это платье прекрасно тебе подходит, но следует позвать швею, чтобы она подогнала его немного по твоей фигуре. Впрочем, на сегодня и так сойдет.

Рука его скользнула в карман, и он извлек браслет в форме змейки, украшенной изумрудной фигуркой лебедя.

— С сегодняшнего вечера ты должна носить его. Это подарок от мужчины, который обручен с тобой, знак того, что вы жених и невеста.

Он застегнул браслет у нее на запястье.

Миранда ощутила тот же ужас и отвращение при виде изящных золотых звеньев цепочки, прикоснувшейся к ее коже:

— Мне он так не нравится!

— Могу я взглянуть? — полюбопытствовала Мод, глядя на драгоценность. — Как странно… так красив и так… так…

— Зловеще выглядит, — закончила Миранда. Она вытянула руку с браслетом. — Должно быть, он стоит кучу денег, милорд?

— Он бесценный, — беспечным тоном отозвался Гарет. — Он принадлежал матери леди Мод.

— О! — Мод опять склонилась над браслетом. Потом подняла изумленные глаза. — Вы не думаете, милорд, что он мне кажется знакомым именно поэтому?

— Не могу представить, каким образом, — ответил Гарет. — Вам было всего десять месяцев, когда умерла ваша мать.

Ему на ум вдруг пришло, что в ту чудовищную ночь избиения гугенотов ужасная смерть матери запечатлелась в памяти ее крошечных дочерей-близнецов и что каким-то таинственным образом этот браслет напоминал им о пережитом ужасе.

Он поторопился сменить тему:

— А что нам делать с твоими волосами, Миранда? — Его рука коснулась ее головки, пальцы пробежали по коротким волосам, приглаживая темно-каштановые пряди. — Как вы думаете, кузина, может быть, ей надеть шапочку или сетку?

Мод поняла это замечание как просьбу найти подходящий головной убор. Она принялась рыться в ящиках большого комода и вскоре нашла там темно-синюю сетку для волос, отороченную по краю кружевами с нашитыми на них жемчужинками.

— Это подойдет к платью.

Гарет взял сетку у нее из рук и с улыбкой, как молния озарившей его лицо, набросил на голову Миранды. Мод была столь удивлена этой улыбкой своего опекуна, что невольно и сама улыбнулась в ответ.

— И все же она не вполне скрывает твою короткую стрижку, — вслух размышлял Гарет. — Давно вы не бывали в обществе, Мод?

— Несколько месяцев, — отвечала Мод.

— О! В таком случае можно говорить о выздоровлении от болезни, — подала голос Миранда. — Но я все еще страдаю от боли в горле, и голос у меня такой хриплый, что я и говорить-то толком не могу.

— В таком случае пойдем вниз, моя страждущая подопечная! — сказал Гарет, предлагая ей руку.

Мод смотрела, как они выходят из комнаты, и удивлялась своим переживаниям. Она почувствовала себя одинокой и почти завидовала Миранде. А впрочем, это было чепухой, не стоящей внимания.

Брошенный и забытый Чип печально попискивал возле закрытой двери, и Мод окликнула его. Он с некоторым недоверием подошел к ней и оглядел ее своими яркими, как бусинки, глазами, сейчас выражавшими явное изумление. Казалось, обезьянка была так же смущена, как и сами девушки, когда поняли, насколько они похожи друг на друга. Мод протянула к нему руки, и с негромким криком, очень похожим на человеческий, Чип прыгнул к ней на колени и принялся гладить ее по щеке.

Глава 9

— Как мне обращаться к вашей невесте, милорд? И как я ее узнаю? И там еще будет сестра милорда Дюфора? Да? — Миранда старалась не показать страха, но ничего не могла с собой поделать.

— Ты узнаешь леди Беринджер по ее сходству с Майлзом, — сказал Гарет. — А мою невесту будешь называть леди Мэри, как и все остальные… Есть еще кое-что, — помолчав, добавил Гарет. Он приостановился на лестничной площадке и как-то странно посмотрел на нее. — У меня есть имя, и было бы лучше, если бы ты называла меня по имени.

Не отдавая себе отчета в своем поступке, он легонько нажал кончиком пальца на ее маленький носик. Это была глупая и наивная ласка, но она помогла, и на лице Миранды засияла улыбка, а страх исчез из глаз.

Гостиная показалась Миранде полной людей, хотя она точно знала, что их всего шестеро. Сердце Миралды отчаянно колотилось, когда она стояла в дверях рядом с графом.

Здесь был и капеллан, как сказала Мод. Его было легко узнать по темной одежде. Он стоял чуть поодаль. Любезное выражение круглого лица как-то не вязалось с его важным и даже самодовольным видом.

Капеллан Джордж был полон сознания важности своего поста как представителя Господа на земле, ответственного за нравственность семейства Харкортов. Однако он не мог не понимать, что его положение в этом обществе было несколько иным, чем у членов семьи. Его приглашали обедать с семьей, только когда леди Имоджин считала, что он может оказаться полезным.

— Мод чувствует себя достаточно хорошо, чтобы присоединиться к нам сегодня вечером, — спокойно сообщил Гарет. — Хотя у нее все еще немного болит горло. Известие о предстоящей свадьбе очень ободрило ее. Верно, дорогая кузина?

Улыбаясь, с непринужденным видом он взял Миранду за руку и приподнял ее так, что свет заиграл на браслете.

— Герцог Руасси считает за честь получить в жены мою кузину, как и она получить столь достойного мужа.

Капеллан поклонился, льстиво улыбаясь:

— Леди Дюфор рассказала нам о предложении, с которым вы вернулись из Франции, милорд. Это великолепно! Поздравляю вас, леди Мод.

— О, милорд, я так взволнована вашим возвращением! — Из тени выступила дама и величественной походкой проследовала через комнату. — Ваша милая сестра и лорд Дюфор, вероятно, уже устали от меня. Я надоедала им каждый день.

— Не могу в это поверить, мадам, — ответил Гарет. Он поднес руку дамы к губам. — Надеюсь, вы были в добром здравии, пока меня здесь не было?

С минуту Миранда стояла одна и тайком разглядывала леди Мэри. Она казалась высокой, очень бледной и очень величественной. Лицо у нее было длинное, черты довольно острые, а глаза под узким лбом — серовато-зеленые. Светло-каштановые волосы покрывала кружевная шапочка.

Платье ее было довольно скромного покроя и неяркого оттенка лилового цвета, что особенно было заметно на фоне алого бархатного платья леди Имоджин и бирюзового плаща леди Беринджер, накинутого поверх платья золотистого шелка, отделанного пурпурной тесьмой.