Нора Хесс - Очарование нежности

– Я тоже пойду в платье. – Лэйси очень позабавило, что подруга намекнула на то, что следует быть в платье.

Когда фургон, тяжело переваливаясь по обледенелым корневищам, увез Энни домой, Лэйси снова села за стол и взяла печенье. « До субботы еще два дня», – подумала она, надкусывая хрустящее печенье. Это будет первый в ее жизни настоящий вечер танцев. А как себя вести на таких вечерах, она знает? Если, к примеру, какой-нибудь мужчина, не ее муж, пригласит ее на танец, соглашаться ей или отказываться? Будет ли это в рамках приличия, если она согласится? А будет ли ее муж там? Пригласит ли ее на танец? Если она откажется танцевать с ним, многие наверняка сочтут это странным. Появится еще больше поводов для разговоров.

Лэйси уже почти захотелось, чтобы Трэй не пришел на этот вечер. Она всегда чувствовала себя очень неловко в его присутствии. Но, вопреки воле, ее тянуло к Трэю Сондерсу, и девушка страшно боялась, что в один прекрас­ный день она уступит ему. «Если это, не дай Бог, произойдет, я возненавижу себя!» – по­думала она.

Лэйси как раз возвращалась из сарая, когда подъехал Мэтт.

– Дни становятся короче, Лэйси, – мрачно заметил он, слезая с лошади и принимая от нее подойник с молоком. – Теперь тебе придется заканчивать свои дела пораньше.

Девушка с улыбкой многозначительно по­хлопала себя по карману куртки.

– Ничего, у меня есть защитник.

– Ха! – фыркнул Мэтт. – Чем тебе помо­жет твой револьвер, если на тебя сзади неожиданно набросится здоровенный детина и зало­мит руки?

–Вы правы, конечно, – согласилась она, входя с ним в кухню. – Обещаю, что отныне буду осторожнее.

Размотав шарф на шее, она скинула тело­грейку.

Поскольку Мэтт так и продолжал стоять в своей длинной куртке, Лэйси спросила:

–Может, посидите немного и выпьете кофе?

– Нет, мне нужно быть на ранчо. У меня вот-вот кобыла должна жеребиться – столько хлопот с ней! Кстати, а Трэй тебе не говорил, что в субботу в Маренго будет нечто похожее на бал?

Она отрицательно покачала головой:

– Нет. Зато Энни говорила.

– Хочешь пойти?

– Думаю, что хочу. Хотя и побаиваюсь. Я никогда еще не была на танцах.

– Ты умеешь танцевать?

Когда Лэйси утвердительно кивнула, объяс­нив, что отец научил ее этому, Мэтт сказал:

– Ничего страшного или трудного. Все очень доброжелательны и там можно прекрасно про­вести время. Я заеду за тобой около шести вечера, и поскачем вместе.

– Спасибо, Мэтт, если это вам не очень трудно.

Мэтт улыбнулся и отвесил ей шутливо-це­ремонный поклон.

– Разве может быть трудным сопровожде­ние самой красивой женщины во всем Вай­оминге на вечер танцев? Шутить изволите?

Девушка улыбнулась человеку, в котором она так скоро стала видеть отца.

– Я буду готова вовремя, – пообещала она, провожая его до двери.

Когда Карлтон усаживался на своего же­ребца, он был мрачнее тучи. Что за дурацкие игры затеял Трэй? Если он и вправду хочет, чтобы у него с женой все наладилось, какого черта не пригласил Лэйси на вечер?

Добравшись домой, и, ставя своего жеребца в конюшню, Мэтт с удивлением и радостью увидел стоявшего там Принца, принадлежаще­го Трэю. Поскольку хозяин его не расседлал, Карлтон предположил, что ужинать ему все равно придется в одиночестве.

Сняв седло со своего жеребца, он укрыл его теплой попоной и дал вдоволь овса. Направляясь в дальний конец сарая, Мэтт еще издали услышал ржанье кобылы и голос Трэя, ласково уговаривавшего ее, что все очень скоро закончится. Он увидел молодого друга, который засучив рукава, играл роль повивальной бабки при кобыле, которая вот-вот должна была жеребиться.

– Стараюсь перевернуть жеребенка, а то он пытается выйти ногами, – кряхтя от напряже­ния пояснил Трэй.

Мэтт присел на корточки рядом с кобылой и погладив ее, взглянул в наполненные болью и страданием глаза. Она таилась, в общем-то, не из робких, но в ней была какая-та загадоч­ная, своеобразная кротость.

Минут через пять, отирая пот со лба, Трэй объявил:

– Кажется, все в порядке – перевернул.

Он поднялся. А еще спустя несколько ми­нут показалась маленькая; изящная головка жеребенка.

Друзья с улыбкой переглянулись, когда увидели, что появляется неловкое, маленькое тельце.

– И на этот раз девочка, Мэтт. Ты разоча­рован?

– Да нет, наоборот, рад.

Он действительно был рад. В этот момент Карлтон уже знал, что, как только жеребенок чуть отвыкнет от матери, он подарит его Лэйси.

Когда Трэй, намылив руки, стал тереть их щеткой, Мэтт предложил:

– Давай отмывайся как следует и пойдем ужинать.

– Спасибо, но я обещал ребятам съездить с ними в город. Так, ничего особенного, немного развеяться хотим.

Карлтон разочарованно взглянул на своего приятеля. Ну как может женатый человек, а Трэй теперь был женат, продолжать куролесить с друзьями? Даже если у них с Лэйси пока не ладится, разве это дает ему право вести себя подобным образом? Его поведение и так уже стало притчей во языцех.

Вслух Мэтт ничего этого, конечно, не вы­сказал, но все же решил поинтересоваться:

– Ты будешь в субботу на танцевальном вечере?

Трэй довольно равнодушно пожал плечами:

– Может, забегу на минутку. Все зависит от того, как игра в покер пойдет. А ты что, соби­раешься пойти?

– Да. И Лэйси тоже идет со мной.

Руки молодого человека замерли, а щетка шлепнулась в таз. Ему и в голову не могло прийти, что его жена может узнать об этих танцах. И, хотя Мэтт был для него лучшим из друзей, а Лэйси годилась тому в дочери, Трэю очень не понравилась эта идея. К тому же, если она покажется там без своего мужа, это даст повод местным Ромео думать, что Лэйси, так сказать, дичь, на которую разрешено охотиться.

Ему удалось собрать свою волю в кулак и скрыть растерянность.

– Это действительно очень мило с твоей стороны, Мэтт. Думаешь, ей понравится? Она ведь никого не знает.

– Почему не знает? Знает. Может быть, ты не в курсе, но у Лэйси уже появились знакомые. К тому же с ее милым, общительным характером к концу вечера она со всеми пере­знакомится.

Карлтон усмехнулся про себя. В первую очередь, это будут, несомненно, холостяки, сыновья ковбоев. Ох, как же он взбеленится!

Трэй с каменным лицом молчал и с преуве­личенной тщательностью тер руки, Мэтт решил подсластить ему пилюлю.

– Спасибо огромное, что помог мне с ко­былой, Трэй. А сейчас мне нужно идти – там Лупа, небось, уже заждалась с ужином. Наде­юсь все-таки увидеть тебя на танцах.

– Ты, черт побери, не напрасно надеешь­ся, – пробормотал про себя Трэй, когда тот ушел. Надев куртку, он взял под уздцы При­нца и стал выводить его из сарая. – Я не позволю этой маленькой ведьме делать из меня дурака.