Саманта Джеймс - Его грешные пути

Он выгнул дугой черную бровь.

— Осторожно, дорогуша, — пробурчал он. — Лестница высокая, и ты можешь сломать свою нежную шейку.

Мередит побледнела, у нее душа ушла в пятки от страха. Святые угодники, может, он собирается ее убить? Лестница такая крутая… достаточно слегка подтолкнуть, и она полетит вниз…

Он отпустил ее, и Мередит, чтобы удержаться на ногах, оперлась рукой о грубый камень стены. Сердце было готово выскочить из груди, и она утратила способность что-либо соображать.

Поднявшись еще на несколько ступенек, они остановились перед высокой дверью из резного дуба. Камерон распахнул ее и жестом пригласил Мередит войти.

— Вот ваше новое жилище, миледи.

Мередит с бешено бьющимся сердцем вошла в большую комнату, по размерам втрое превышавшую ту, в которой она провела прошлую ночь. Рядом с кроватью, стоявшей у дальней стены, горела толстая свеча. Возле камина она заметила целый арсенал оружия, включая палаш шотландских горцев. Но больше всего ее потрясло то что на кровати лежала ее ночная рубашка.

— Но это твоя комната! — воскликнула она.

Он сложил на груди руки, снова превратившись в дерзкого захватчика.

— Да, — вкрадчиво сказал он. — Мне не понравилось спать в одиночестве. Как видно, я привык чувствовать тебя рядом.

Нервы у нее были на пределе. Ленивая улыбочка, расплывавшаяся по его физиономии, ничего хорошего ей не сулила. Она хотела сказать ему какую-нибудь колкость, но, как назло, не могла ничего придумать.

Он пристально вгляделся в ее лицо.

— Ты ранишь мое сердце, дорогуша. Смотришь, как ягненок, которого ведут на заклание, хотя, уверяю тебя, бояться тебе нечего…

Мередит отчаянно замотала головой.

— Не лги мне! Я знаю, зачем ты привел меня сюда. Ты хочешь, чтобы я спала с тобой!

— Так оно и есть, дорогуша, так оно и есть. Поговорим откровенно. Да, я по-прежнему хочу тебя, и, да, я получу тебя и получу от тебя своего сына. Ты моя, дорогуша, и я позабочусь о том, чтобы ты принадлежала мне целиком и полностью, — заявил он. — Но я не хочу применять силу к женщине, это не в моих правилах! — Ее глаза округлились от страха. — Однако ты будешь спать в моей постели и этой ночью, и каждую последующую ночь. Смирись с этим, потому что я не переменю своего решения. Как бы ни было мне трудно, я не стану торопиться и подожду, пока ты сама не будешь готова.

Мередит пришла в смятение. Будешь готова? Отдаться мужчине? Такого никогда не будет!

— Кто, интересно, будет решать, готова ли я? Уж не ты ли? — дерзко спросила она.

— Я, — подтвердил он, ухмыльнувшись. Мередит, возмущенная его наглостью, промолчала. А он продолжал:

— Для начала я хочу почувствовать твой поцелуй — ведь мы договорились, что я получу твой поцелуй в обмен на туфельки?

Мередит аж зубами скрипнула. Да как он смеет насмехаться над ней?

— Я об этом не договаривалась! И для начала я хотела бы, чтобы ты убрался с моих глаз!

— Но ведь ты и не возражала, — напомнил он ей. — Поэтому ни один из нас не ляжет спать до тех пор, пока я не получу причитающийся мне поцелуй.

Мередит разозлилась. «Ах так, — подумала она, — ладно, ты получишь свой поцелуй». Она подошла к нему, приподнялась на цыпочки и, плотно стиснув губы, прижалась ими к его губам. Потом отступила на шаг, готовясь торжествовать победу, но он покачал головой.

— Никуда не годится. Так дело не пойдет, дорогуша. Его безапелляционный тон лишь подогрел ее возмущение.

— Что такое? Ты требовал поцелуй, и ты его получил!

— Это был не поцелуй. А мне нужен настоящий поцелуй женщины, — заявил он, улыбаясь самой плутовской улыбкой. — Давай-ка обними меня за шею своими нежными ручками.

Стиснув зубы, она положила самые кончики пальцев на его плечи.

Он скорчил гримасу.

— Да ведь так, если захочешь поцеловать меня, ты упадешь лицом вниз, — засмеялся он. — Подойди ближе… поставь ноги между моими ногами… вот так. А я, чтобы помочь тебе, наклонюсь к тебе.

Силы небесные, он так и сделал! Он наклонил свою голову в тот самый миг, когда она подняла свою.

Их губы встретились. У нее перехватило дыхание. Горячая волна пробежала по телу. Пальцы вцепились в его плечи. Смущенная собственным порывом, который оказалась не в силах сдержать, она отпрянула от него.

Он улыбнулся.

— Это уже лучше. Давай-ка попробуем еще разок. Предательское теплое чувство распускалось в ней, словно розовый бутон под лучами полуденного солнца. Странная дрожь охватила тело.

Камерон смотрел на нее загадочным взглядом. Она с испугом обнаружила, что сильные руки обнимают ее за талию. Руки были такие теплые… такие мужские… у нее путались мысли. Ей не следовало соглашаться. Сама виновата, что попала в такую переделку.

— Великолепно, — пробормотал он и снова завладел ее губами. Он обнял ее еще крепче и приподнял над полом. Она задрожала. Он взял губами ее нижнюю губу и нежно втянул в рот. Мередит чуть не потеряла сознание, настолько острым было наслаждение, которое она испытала. Она забыла, где они находятся, она забыла, кто они такие. Забыла, что он Камерон из клана Маккеев, а она всего лишь его пленница.

Дрожь пробежала по ее телу. Если бы она могла знать заранее, что Камерон будет прижимать ее к себе, терзать ее губы и прикасаться руками там, где не следует, она бы ни за что не вошла в его комнату! Наверняка он чувствовал себя победителем, и ей, как ни прискорбно, пришлось это признать. Он не применял к ней силу, он нашел другой способ — способ, против которого она оказалась бессильной. Он покорил ее лаской!

Как сквозь туман Мередит почувствовала, что он внимательно смотрит на нее. Приподняв пальцем ее подбородок, он заставил ее взглянуть ему в глаза.

— Вот теперь можно сказать, что я не прогадал на обмене.

Мередит залилась краской от смущения и вдруг обнаружила, что все еще обнимает его за шею.

Она быстро опустила руки. Если бы он торжествовал победу, ее бы это возмутило. Но он не торжествовал, и это ее озадачило.

Камерон подошел к кровати.

— Это, кажется, твоя ночная рубашка. Можешь надеть ее, — озорная улыбка тронула его губы, — но можешь и не надевать — как тебе больше нравится. Должен признаться, я предпочел бы последний вариант. — Он медленно обвел ее оценивающим взглядом. Мередит показалось, что его взгляд раздевает ее.

Она сердито взглянула на него — пусть видит, что ей это не нравится!

— Насколько я понимаю, мне придется лечь рядом с тобой, — резко проговорила она. — И только потому, что ты сильнее меня и мне с тобой не справиться. Но клянусь всеми святыми, мой повелитель, что — хоть бей меня, хоть посади в темницу! — я не лягу голая рядом с тобой!

Будь по-твоему. — Он пожал плечами. — А вот у меня, к счастью, таких комплексов нет.