Персия Вулли - Гвиневера. Осенняя легенда

Я всем сердцем согласилась с ней, припомнив замечание Кэя о расплате за мир.

Внезапно Инид переменила тему и улыбнулась мне:

– Герайнт заинтересовался сводом законов, о котором говорил Артур. Я думаю, муж попросит свиток на время, когда он станет не нужен верховному королю.

– Отдать свиток?! – воскликнул вечером Артур, когда я упомянула о нашем разговоре. – Бедняга и так протерт чуть ли не до дыр. Может, удастся найти монаха, который сделает с него копию. Герайнт упоминал, что его люди стали неспокойны – некоторые даже предположили, что он лишился мужества. Боюсь, как бы он не выкинул какую-нибудь глупость, чтобы только доказать, что они ошибаются. Кстати, ты получала известия из Рекина?

– Нет… – я медленно покачала головой. – Полагаешь, Пелли все еще не доверяет Гавейну?

– Сомневаюсь. Ты же помнишь, принц Оркнейский в прошлом году дал мне слово. – Артур опустился на край кровати и, прежде чем забраться под одеяло, посмотрел на месяц в окне. – Пелли, вероятно, волочится за очередной юбкой. Меня больше беспокоит Агрикола. У него неприятности с племянником. Вортипор настаивает на наследственной, а не выборной преемственности трона и, судя по всему, после смерти Агриколы постарается сразу же захватить власть, не считаясь с тем, кого захочет провозгласить народ.

– Но это же тирания! – Я кончила заплетать косу и направилась к кровати. – Без сомнения, люди сумеют настоять на своем праве решать, кому быть королем!

– Трудно сказать. – Артур взбил подушку и, громко зевнув, отвернулся к стене. – Мне его намерение вовсе не нравится.

Хотя я и не видела лица Артура, но почувствовала его отвращение к собственному сыну. Сначала я хотела напуститься на него, упрекнуть его в том, что он отдалился от мальчика, сказать, что стоит дать тому возможность проявить себя, и муж найдет его очаровательным и полным стремления угодить. Но при дворе было много гостей, и время казалось неподходящим для ссор. Поэтому я погасила светильник и со вздохом залезла в постель.

Завтрашний день обещал быть беспокойным.

10

ГАРЕТ

– Тише, миледи, вы одна?

Свистящий шепот раздался в курятнике, и я подскочила от удивления. Кажется, он доносился из-за груды пеньковых корзин с гнездами, и я взглянула на них с подозрением.

– Это ты, Линетта?

– Да, мэм, – призналась девушка, и на свет явилось ее озорное личико. – Боменс хочет сохранить наше появление в секрете. Но я приехала первой. Я сказала ему, что вы меня ненадолго спрячете.

– Да? Ты так ему сказала? – Я удивленно приподняла бровь, и девушка хихикнула.

– Конечно. В этом же нет ничего плохого. И еще я сказала, что вы цените сюрпризы. – Она встала на ноги и инстинктивно потянулась к корзине, которую я держала в руках, но тут поняла, что не сможет пронести ее на кухню без того, чтобы ее не заметили. – Не хочется портить забаву после того, как он так славно разделал старину Иронсида.

– Ах да, того бравого малого, что явился к нам в Камелот.

– Он выполнял приказ Боменса! – От удовольствия ее глаза плясали, и она даже слегка подпрыгнула. Вот-вот готовый забурлить из уст рассказ остановить уже было нельзя, поэтому я села на перевернутый бочонок и сказала, что готова слушать все с самого начала.

– Так вот, миледи, – обрадовалась Линетта, и вдруг ее голос сделался торжественным. – Иронсид установил шатер у переправы и вызывал всех, кто хотел перебраться через реку. Он отбирал щиты у людей, которых побеждал, и развешивал их на ветвистом дубу. Набралось их там порядком, и в ветер слышался заупокойный звон. Мы хорошо различали его в тумане, и я стала держаться поближе к Боменсу. А когда подъехали к самой реке, в нос ударил такой отвратительный запах, что меня тут же затошнило… – Словно маститый бард, передающий ужасы прошлого, девушка так явственно выразила в потоке слов свой собственный страх, что у меня мурашки побежали по спине. – Мы обогнули куст ольхи и оказались у переправы. И тут я увидела… на нижней ветке дуба болталось истлевшее тело воина, а внизу огромное страшилище, фыркая и рыча, как кабан, вызывало Боменса.

Линетта запрыгала по курятнику, подняла кругом пыль от сена и, изображая ярость Иронсида, изрядно разволновала несушек.

– Когда Боменс призвал его к ответу, лицо страшилы сделалось таким же красным, как и его щит. Старая жаба принялась браниться и хвастаться, но Боменс не проронил ни слова – просто вынул меч и, приготовившись к защите, ждал, когда противник успокоится, – Линетта отскочила назад, показывая, как Боменс расправил плечи, и вытянула вперед обе руки, будто сжимая меч. – Он отразил один-единственный удар и нанес свой… – Пригнувшись и покачиваясь, она ждала нападения, потом взмахнула воображаемым оружием над головой… – Гулкий удар чуть не лишил меня чувств.

Воображаемый меч пошел косо вниз с таким мощным замахом, что Линетта оказалась на земле, а оставшиеся еще в курятнике наседки врассыпную кинулись во двор. Нанеся удар, девушка сложила ладони под подбородком:

– Вот так быстро! Вы бы не успели произнести «упади-замри», как старый вояка полетел с ног. Подождите, Боменс еще станет лучшим рыцарем Круглого Стола.

Я улыбнулась жизнерадостности девушки:

– Так ты довольна тем, что он совершил? Тебе его не в чем упрекнуть?

Линетта прыснула и кивнула головой:

– Вот только без меня он никогда бы не добрался до Камелота. Если бы я не следила за дорогой, мы оказались бы в Корнуолле, а не в Уэльсе.

– Значит, взяв тебя с собой, он поступил мудро, – подтрунивала я над девушкой. – А твоя кузина довольна его подвигом?

– Довольна?! – Поза девчонки-сорванца выражала крайнее возмущение, и она состроила гримасу, совсем не подобающую юной леди. – Маленькая развратница тут же бросилась к Боменсу в объятия, как только его увидела. Но я это пресекла – всыпала пудры в его пиво.

Девушка явно гордилась своей находчивостью, но я была озадачена:

– Что ты сделала?

Долго-долго ее шаловливые глаза изучали мои, прежде чем она решилась объяснить:

– Когда я собиралась к вашему двору, мать дала мне пакетик пудры и сказала, что ее щепотка творит чудеса, если надо охладить мужчину. Она считала, что среди грубых воинов пудра может мне пригодиться. Но я нашла ей лучшее применение – отвадила Боменса от постели кузины, – Линетта смущенно замолчала, а потом добавила: – Я понимаю, что это только на время, поэтому пришлось прочитать ему лекцию, как подобает вести себя главному рыцарю Круглого Стола. И она, кажется, подействовала – по крайней мере, за тс десять месяцев, что мы провели у кузины, я не заметила никаких признаков, что у нее должен родиться ребенок.