Джейн Фэйзер - Порочные привычки мужа

Глава 11

— Вы и сами видите, сэр Гревилл, что все выдержано в строгом элегантном стиле… все недавно освежалось, — немного обеспокоено говорил агент. Его клиент никак не проявлял своего мнения во время этого последнего осмотра дома на Саут-Одли-стрит. Хоть бы бровью повел, или бы губы у него дрогнули! — И мне кажется, что арендная плата тоже вполне разумная.

— Да, — коротко ответил полковник и прошел из гостиной в столовую.

За столом красного дерева с удобством могли разместиться двенадцать человек. Гревилл не видел причин приглашать больше народа. В столовой на Кавендиш-стрит за стол могли сесть и двадцать человек, а в огромной столовой его тетушки — и все тридцать. Но чем интимнее собрание, тем больше информации можно почерпнуть.

Гревилл поднялся по лестнице на второй этаж. Лестница выглядела очень изящно — изогнутая, с красиво вырезанными перилами. От квадратной лестничной площадки тянулись два коридора с дверями по обеим сторонам. Из высоких окон в конце каждого коридора лился дневной свет. Двойные двери в конце восточного коридора вели в спальню хозяина, окна которой выходили на фасад дома. К спальне примыкала гардеробная приличного размера. Смежная дверь вела в еще одну спальню, выходившую окнами на небольшой садик позади дома. К этой спальне примыкал скромный, но очень изящный будуар. Вероятно, эти покои предназначались хозяйке дома. Гревилл спустился на первый этаж, беглым взглядом окинул кухню, буфетную и комнату экономки. Он понятия не имел, на что может рассчитывать прислуга в Лондоне, поскольку сам никогда об этом не задумывался, но Аурелия скажет, подходит ли это, и какие здесь могут потребоваться изменения.

— Это подходит, — заключил он.

Судя по лицу агента, тот испытал облегчение.

— Так, значит, вы подпишете договор аренды, сэр Гревилл? Он рассчитан всего лишь на год.

— Да, но с правом возобновить его. — Гревилл взял у агента документ и пошел в гостиную. Он сомневался; что ему потребуется возобновление договора, но по условиям игры требовалось создать впечатление, что он собирается осесть в Лондоне навсегда. Гревилл нашел в бюро перо и чернила, подписал договор и вернул бумагу агенту. — Полагаю, если вы отдадите мне ключи, наше дело на этом завершится.

— Да, сэр Гревилл. С удовольствием, сэр. — Агент протянул ему тяжелую связку ключей. — Все здесь, сэр, все помечены. Ключи от погреба и от кладовых… разумеется, этим займутся ваши дворецкий и экономка.

— Надо думать, — ответил Гревилл, взвесил ключи на ладони и подал руку агенту. — Всего хорошего, Чартерис.

— Всего доброго, сэр Гревилл. — Агент с откровенным облегчением пожал протянутую руку. — Провожать меня не нужно. — Он поспешно вышел в холл, и Гревилл услышал, как захлопнулась входная дверь, возвещая об уходе Чартериса. Полковник стоял посреди гостиной, поглаживая подбородок, и словно привыкал к дому.

Аурелия поможет нанять прислугу. Когда они обручатся, это будет выглядеть вполне прилично. Но пока он жаждал скорее въехать сюда, точнее — съехать из особняка леди Бротон.

Он тряхнул головой, вышел из дома и запер за собой дверь. Насвистывая, Гревилл направился в сторону Кавендиш-сквер. Он обещал Аурелии, что зайдет к ней до двенадцати, а уже почти полдень.

Аурелия сидела в гостиной, глядя в одно из высоких окон. Она заранее предупредила Моркомба, что не принимает сегодня утром посетителей, потому что ждет совершенно определенного гостя и сама откроет ему дверь, когда он придет.

Аурелия заметила Гревилла, когда он вышел из сквера, расположенного в центре площади. Он помахивал изящной тростью, в которой, как она теперь знала, скрывалось смертельное оружие, и по спине Аурелии, смотревшей, как он переходит улицу, пробежала уже знакомая дрожь возбуждения.

Ей нравилась сдержанность его костюма; казалось, что полковник вообще не проявляет интереса к капризам моды, да его мощная фигура и не нуждалась в украшательстве. Ему не требовались ни замысловато простроченные швы, ни накладные плечи, чтобы улучшить фигуру. Сюртук из темно-серой шерсти сидел как влитой на широких плечах, светло-серые брюки из оленей кожи плотно облегали крепкие бедра, упругие мышцы напрягались при каждом его шаге. Накрахмаленный белый шейный платок был весьма скромен, но Гревилл и не нуждался в увеличении его объема, что было столь популярно среди молодых людей, пытавшихся зрительно удлинить шею и сделать волевым подбородок.

В каждом шаге Гревилла Фолконера чувствовалась сила и энергия. Он остановился перед домом и посмотрел на фасад. Взгляд его переместился к окнам, и он увидел Аурелию, стоявшую в тени занавесок. Гревилл приветственно приподнял руку и пошел вверх по ступенькам.

Аурелия торопливо пересекла холл и широко распахнула дверь.

— Вы пришли!

— А вы в этом сомневались?

Он вошел в холл, окинул своими серыми глазами ее лицо, а потом медленно охватил взглядом все ее тело сверху донизу, словно проверял, все ли на месте. Глаза его одобрительно заблестели, губы изогнулись все в той же чувственной улыбке, и Аурелия ощутила в животе трепет возбуждения.

— Вы снова завили волосы. — Это было все, что произнес Гревилл.

По непонятной причине это замечание ей польстило, и она вспыхнула, как наивная юная девушка.

— Кудри сейчас в моде. — Аурелия попыталась произнести это бесстрастно, хотя ее кожа словно пылала огнем, а желудок сжался. Она повернулась в сторону гостиной. — Невозможно быть модной в Лондоне с прямыми волосами.

— О, мне кажется, вы бы смогли, — заверил ее Гревилл, входя вслед за Аурелией в гостиную. — Ваши волосы просто восхитительны в их естественном виде. — Он занял свое привычное место у камина и улыбнулся, насмешливо приподняв брови.

Аурелия проигнорировала замечание, потому что не знала, как на него ответить.

— Могу я предложить вам хереса… или, может быть, мадеры? — спросила она, передвигая графины на буфете.

— Хереса, благодарю вас. — Гревилл смотрел, как она ходит по комнате, и наслаждался плавной грацией ее движений. — Ну что, вы готовы начать наше предприятие, Аурелия?

Она повернулась, держа в руках графин.

— Что, сейчас? Сегодня?

— Я только что подписал договор на аренду дома на Саут-Одли-стрит. Не хотите взглянуть на него? Я был бы благодарен за ваше мнение в кое-каких вопросах.

Аурелия налила херес в два бокала. Ей казалось, что время внезапно помчалось вперед со страшной скоростью. Почему-то она думала, что у нее будет еще несколько дней обычной жизни, время, чтобы прийти в себя, прежде чем работа начнется всерьез. Но, похоже, это не так.