Виктория Александер - Рискованное пари

— Вы позволите прежде один вопрос?

— Пожалуйста.

Он глубоко вздохнул.

— Если бы я сказал, что намерен жениться на вашей сестре, вы сочли бы себя обязанной передать ей эти слова?

— Ни в коем случае. — Леди Сент-Стивенс решительно покачала головой. — Такое известие возмутило бы ее до глубины души. Она убеждена, что вы с ней не пара — по крайней мере так она считает. А я, — она ослепительно улыбнулась, — не сомневаюсь, что вы с ней поладите.

— Но почему?

— Незачем так изумляться. Я заметила, как вы посматривали на нее весь вечер, когда она этого не видела.

— А я думал, что действую очень ловко, — сконфузился Реджи.

— Заметить ваши взгляды мог лишь тот, кто следит и за вами, и за моей сестрой, как делала я. — Леди Сент-Стивенс покачала головой. — Я давно привыкла обращать внимание на то, как смотрят на Кассандру мужчины. Джентльмены, для которых она не более чем выгодная партия, будто меряют ее взглядом, оценивают, изучают, но украдкой. Что-то в Кассандре пугает их.

— И неудивительно, — еле слышно шепнул Реджи.

— А те, кто ошибочно считает, будто она способна на скандальные поступки, смотрят жадно, хищнически и самодовольно. Но у вас, милорд, взгляд заинтригованного, уверенного в себе и решительного человека.

— Правда? — Он усмехнулся. — Могу себе представить.

— А еще я заметила, как поглядывает на вас сама Кассандра.

— Да? — Улыбка Реджи стала еще шире. — И как же?

— Не в моих правилах разглашать все тайны сестры, пусть даже в ее интересах. — Леди Сент-Стивенс засмеялась — опять точь-в-точь как Кассандра. — И потом, наш разговор не предназначен для посторонних ушей, к тому же я не прочь подышать свежим воздухом. Вы не проводите меня на террасу?

— С удовольствием.

Реджи предложил руку и повел собеседницу к высоким застекленным дверям, ведущим на террасу особняка леди Пагет. События принимали неожиданный, но весьма заманчивый оборот. Очевидно, сестра Кассандры на его стороне — почему, неизвестно, но это не так важно. С такой поддержкой он ни за что не проиграет. Кто знает Кассандру лучше, чем ее сестра-близнец, кто подскажет, как успешнее завоевать ее сердце?

Они остановились у каменной балюстрады в дальнем углу террасы, откуда открывался вид на освещенный фонарями парк.

— Чудесная ночь, не правда ли? — прошептала леди Сент-Стивенс. — Просто бесподобная.

Ночь и вправду была прекрасна — в меру теплая и прохладная, в воздухе витало предчувствие скорого лета. По парку распространялся аромат весенних цветов. Такие ночи созданы, чтобы гулять под звездным небом, а не сидеть взаперти. Реджи пожалел, что рядом с ним не Кассандра, а ее сестра.

Леди Сент-Стивенс молча любовалась парком, а Реджи сдерживал желание возобновить разговор. Несомненно, ему предстояло услышать нечто важное — значит, можно и подождать, даже если ожидание дается с трудом.

— Моему мужу присуща поразительная способность подмечать то, что ускользает от внимания других людей. Он все слышит и все помнит. — Леди Сент-Стивенс смотрела не на Реджи, а на ночной парк. — Например, то, что еще полгода назад пресловутый лорд Беркли не пользовался дурной репутацией. В сущности, он ничем не отличался от своих ровесников. Конечно, и за ним числились кое-какие провинности, грехи молодости, но ровным счетом ничего скандального.

— Вам многое известно, — осторожно вставил Реджи.

— О да. Возьмем события, которые дали обильную пищу сплетникам: если не считать скачки с моим братом, все они излишне преувеличены или вообще выдуманы.

— Неужели? — переспросил он.

— Можно подумать, милорд, — она повернулась к нему, — что по какой-то причине вы на себя наговариваете.

— Могу объясниться.

На самом деле он понятия не имел, чем объяснить великолепный план, который пришел ему в голову более чем полгода назад. Неужели в тот день он перебрал бренди, потому и счел смехотворную мысль удачной? И Маркус явно был навеселе, если не предостерег его.

— Да, я должен объясниться. — Он беспомощно пожал плечами. — Я просто не понимаю, как должен поступить. У меня даже мелькают мысли, что я…

Вскинув руку, леди Сент-Стивенс остановила его:

— О, я не сомневаюсь в том, что у вас есть весомые причины и убедительные объяснения, но я также уверена в том, что они мне не нужны. Ваша семья, состояние и даже ваши друзья — все указывает на безупречную респектабельность. Следовательно, скажу лишь, что никаких неподобающих, неприличных или противозаконных поступков вы не совершали.

— Разве что глупости… — пробормотал он.

— Несомненно.

— Да и то по недомыслию.

— И это верно. — Леди Сент-Стивенс протяжно вздохнула. — Милорд, у меня трое родных братьев, много других родственников и знакомых, а также муж, который в свое время тоже носил маски, выдавая себя за другого. Эта мужская слабость мне прекрасно известна.

— Отлично. — Он облегченно вздохнул. — Вы себе не представляете, как трудно объяснить собственную глупость… — Он вдруг спохватился: — А вы не расскажете сестре, что на самом деле меня не в чем упрекнуть?

— Нет. — Леди Сент-Стивенс сделала паузу. — В отличие от меня мою сестру это не позабавит. Думаю, пока ей будет лучше верить в то, что вы повеса. По крайней мере ей не претит дружить с… — она подавила улыбку, — с обладателем скандальной репутации. А дружба — прекрасное начало.

— Но я готов исправиться, миледи, — решительно объявил Реджи.

— Охотно верю. — Сестра Кэсси снова устремила взгляд на парк, помолчала и словно невзначай спросила: — А вы уже нашли ей лорда Идеала?

— Нет. — Он покачал головой. — Откровенно говоря, и не надеюсь найти.

— Что же вы намерены предпринять?

— Пока не знаю.

— Милорд, неужели все ваши планы так же старательно продуманы?

Реджи усмехнулся:

— Тем не менее иногда они срабатывают. — И он тут же посерьезнел: — Несмотря на пари, которое я заключил с мисс Эффингтон, я твердо намерен добиться ее руки и сердца.

— А я, милорд, готова оказать вам в этом всемерную помощь и поддержку.

Реджи с любопытством вгляделся в ее профиль:

— Но почему?

— Потому, что моя сестра чрезмерно уверена в себе и в правильности собственных мнений и решений. Ей и в голову не приходит держать свои мысли при себе. — Леди Сент-Стивенс искоса взглянула на собеседника: — Полагаю, от вас не ускользнула ее прямота?

— Господи, нет, разумеется!

— Ее не заметил бы разве что глухой. — Она рассмеялась и огорченно покачала головой. — Но вы заставили Кэсси задуматься. Усомниться в своей правоте. Никогда прежде я не видела ее в таком смятении. Это неслыханно.