Эмма Холли - Запретный плод

Эдвард сделал шаг к креслу и положил руку на плечо Фреду. Неожиданно он увидел, что брата трясет так, что почти слышен стук зубов. Глаза, встретившиеся с его глазами, были воспаленно-красными, но сухими и горели отчаянием.

– Никогда, слышишь! – низким хриплым голосом добавил Фред. – Только с равным, только с тем, кто хочет этого так же, как и я.

Тугой узел, душивший графа, лопнул. Он знал, что брат не лжет ему сейчас, и все же... и все же ему была невыносима мысль, что Фред не изменился. Он думал, что все кончилось навсегда, оставшись за дверями колледжа, что дело ограничилось баловством с лакеем и парой одноклассников. Выходит, Фред никогда не будет таким, каким его хочет видеть общество.

Эдвард посмотрел на кресло, залитое темными пятнами бренди. В свете тусклой лампы они были похожи на буроватые пятна крови.

– Тетя думает, что нам лучше уехать в Грейстоу. Всем нам, включая Флоренс.

– Флоренс? – потрясенно переспросил Фред. – Эдвард, неужели ты правда решил забрать ее с нами? До нее дойдут слухи, и вся затея с браком провалится.

– Поэтому мы отправляемся в Грейстоу.

– До конца жизни?

– Только на лето. – Эдвард наклонился, чтобы поднять с пола стакан. – Пока не утихнет скандал. Ты же знаешь, как недолговечны сплетни. Следующая сплетня захватит свет, и о тебе забудут.

– А если нет? Господи Боже, Эдвард, подумай о Флоренс! Едва ли это честно по отношению к ней.

– Почему? Ведь ты не изменился, ты остался тем же мужчиной, который сделал ей предложение, человеком, с которым ей весело и легко. Ты дашь ей крышу над головой и хорошее содержание.

– В жизни есть вещи помимо содержания.

– Я неверно выразился. Для Флоренс ты значишь гораздо больше, чем просто содержание, Фред. Ты ее друг, а это дорогого стоит. – Эдвард знал, что говорит правду.

Этот брак будет выгоден обоим. Возможно, Флоренс заслуживала большего – не просто друга, но и любимого человека. Возможно, она заслуживала целого мира. Но это не означает, что жизнь с Фредом сделает ее несчастной. А Фред будет в безопасности рядом с ней. Разве не это нужно ему, Эдварду?

Он открыл бутыль и налил себе виски. Фред с изумлением смотрел, как брат залпом осушил бокал и закашлялся.

– Я скажу Льюису, чтобы приготовил наши вещи. Мы уезжаем завтра.

– Завтра?

– Да, завтра, и точка, – хрипловато сказал Эдвард.

Он молил Бога, чтобы не пожалеть о принятом решении.

Когда Флоренс выходила из библиотеки с книгой в руке, ее остановил лакей. Он сообщил ей, что оба кузена ждут ее в кабинете.

– Мои кузены?

– Лорд Грейстоу и виконт Бербрук.

– Да-да, – забормотала Флоренс, смутившись. – Спасибо, Джон, я сейчас приду к ним.

Сообщение страшно обеспокоило ее, она терялась в догадках, с какой целью два брата вызвали се к себе. Что-то связанное с организацией свадьбы? Не похоже, чтобы подобные дела решались без участия герцогини. В это время Ипатия бывала в гостях или в женском клубе, а значит, разговор будет совсем о другом.

– Джентльмены? – произнесла девушка, входя в кабинет.

Оба брата резко поднялись со своих мест и кивнули. Бутыль, стоявшая на антикварном столике, была почти пуста, но мужчины не производили вида нетрезвых – лица обоих были мрачными и озабоченными. До сих пор Флоренс не приходилось видеть Фреда таким серьезным, и у нее перехватило горло. Неужели они решили разорвать помолвку?

– Что случилось? – Она прижала руки к груди, где быстро-быстро стучало сердце. – Что-то с тетей? У вас такие лица!

– Нст-нет, – прервал ее Эдвард. Его улыбка была натянутой даже для него. – Тут Фред... – он протянул руку, обняв брата за плечо, словно давая ему команду, – у Фреда для тебя сюрприз.

Виконт был бледен почти до зеленоватого оттенка, но выдавил из себя неуверенную улыбку и кивнул.

– Я подумал, тебе понравится идея побывать в поместье Грейстоу, посмотреть места, где прошло мое детство.

Флоренс удивленно поморгала, а потом улыбнулась в ответ.

– О, с удовольствием! Как ты угадал, что я мечтаю отдохнуть от Лондона? – Она бросилась к Фреду и взяла его за руку.

– Если ты не слишком хочешь, можешь отказаться. Решение за тобой.

Было что-то в его глазах такое, что насторожило Флоренс, но это что-то сразу исчезло, и она не смогла прочитать мысли Фреда. Ей показалось, что все, что он говорит, – он произносит против собственной воли.

– Что это значит? Я же согласилась, – спросила девушка, всматриваясь в лицо Фреда. – Или это ты не хочешь ехать?

– Ну конечно, я хочу! Просто я думал, ты будешь расстроена тем, что пропустишь окончание лондонского сезона.

На сей раз Флоренс рассмеялась вполне искренне.

– Да я готова заплатить за то, чтобы пропустить его! Но что с тобой, Фред? Ты так бледен!

– Вчера в клубе я немного перебрал, – признался тот, отстраняясь и запахивая пиджак. – Пойду спрошу у лакея Ипатии, нет ли у него средства от похмелья.

С этими словами он выскочил из кабинета так быстро, словно за ним гнались. Флоренс озадаченно смотрела ему вслед.

– Как странно. Обычно он знает свою норму.

– Полагаю, он отмечал с друзьями свою помолвку.

Объяснение прозвучало немного фальшиво, и Флоренс показалось, что Эдвард пытается утаить от нее какие-то детали своего разговора с братом. Ей стоило задаться мыслью, что они скрыли от ее ушей, но само присутствие графа волновало ее и рассеивало сомнения.

– Приказать принести прохладительные напитки? – спросила она, чтобы прервать молчание.

– Нет, – коротко ответил Эдвард. По какой-то неведомой девушке причине тон графа был злым. Он даже не извинился и продолжал молчать.

– Тогда еще бренди? – сделала она еще одну попытку. Он покачал головой и уставился на нее, словно намереваясь что-то спросить. Наконец он решился:

– Ты ведь счастлива?

Вопрос безмерно удивил Флоренс. Что побудило графа спрашивать об этом? Правила хорошего тона запрещали столь личные вопросы. Охваченная странным волнением, Флоренс ответила:

– Конечно, я счастлива. Как мне не быть счастливой: Фредди настоящий джентльмен и прекрасный человек.

Эдвард не удержался и фыркнул. Ответ показался ему забавным и глупым.

– Что ж, рад слышать. Всегда хотел, чтобы будущая жена брата оценила его достоинства, – раздраженно сказал он.

– Даже больше, чем ты думаешь, – ответила Флоренс с вызовом.

Сами не понимая как, они оказались очень близко друг к другу – почти нос к носу, и теперь гневно смотрели друг другу в глаза. Флоренс ощущала смесь запахов, исходящих от него – бренди и одеколона, – и это дурманило ее и горячило. Будь он проклят, ну почему только он кажется ей настоящим мужчиной из плоти и крови!