Кэрол Финч - Сладостный плен

– На худой конец у тебя всегда есть Шелби Тэрпин, – ухмыльнулся Данте, но, когда Эрика метнула на него яростный взгляд, изобразил на лице серьезность. – Его всегда можно купить за разумную цену. – И поспешно добавил, опасаясь, что Эрика начнет ему возражать: – Ты же сама искала какого-нибудь мужчину, который позволил бы тебе на время воспользоваться его фамилией.

– Я не знала, что за это придется расплачиваться такой ценой! – отрезала Эрика. – А сейчас думаю, что лучше уж отдаться в руки Сэбина, чем стать женой Шелби Тэрпина, хотя бы на один день.

– Не вешай нос, детка, – бодрым голосом проговорил Данте, увлекая Эрику за собой к выходу. – Поспишь, и утром жизнь покажется тебе куда веселее. Не переживай. Вот увидишь, мы что-нибудь придумаем.

Однако Эрика не разделяла его оптимизма. Дела были настолько плохи, что завтрашний день выглядел таким же мрачным, как и сегодняшний. Она много размышляла над тем, как выйти из того трудного положения, в которое попала, и пришла к выводу, что единственное, что ей остается, – это быстренько выйти замуж, а потом так же быстро развестись. К несчастью, плану этому не суждено было сбыться. И теперь, поскольку замуж выйти ей не удалось, ее ждет неминуемая встреча с отцом и Сэбином.

– Эрика никого не велела пускать, – заявил Данте, выходя из ее каюты.

Эллиот с Ридом смотрели на него во все глаза. Первый с беспокойством, а второй – с явным любопытством.

– Но почему? Что с ней? Она больна? Ранена? – забросал его вопросами Эллиот.

– На нее попытались напасть трое моих матросов. К счастью, она отделалась лишь ссадинами и синяками. А этих негодяев я списал на берег, – пояснил Данте и повел Эллиота к салону, сделав знак Риду следовать за ними. – Пойдемте, я куплю вам что-нибудь выпить, а Рид дорассказывает нам сказки о зарытых сокровищах.

– Никакие это не сказки! – возмутился Рид. – Если бы ты не был так занят спасением какой-то девицы, то сумел бы сообразить, что я тебе предлагаю такое приключение, какого ты в жизни не видывал.

Данте на это ничего не ответил, хотя мысленно и не согласился со своим помощником. Помогать Эрике выпутываться из всевозможных переделок, в которые она умудряется попасть, – это ли не приключение! А теперь он должен сообщить Эллиоту и Риду печальные новости, да так, чтобы они не очень огорчились. И сделать это лучше всего за бутылочкой хорошего вина, потому-то Данте и повел их обоих в салон. А как еще, скажите на милость, сообщить одному, что женщина, в которую он влюбился, не отвечает ему взаимностью, а другому, такому старому морскому волку, как Рид, что зарытые сокровища лучше всего оставить там, где они лежат, на Юкатане?

Глава 9

С губ Эрики сорвался тяжелый вздох. Она лежала на кровати, печально глядя в потолок, где паук-мореплаватель осторожно подбирался к попавшей в его паутину мухе. Эрике жалко было бедняжку. Вот и сама она, пытаясь изменить свою судьбу, запуталась в липкой паутине. Теперь лежи и ломай себе голову, как выбраться из нее, как спасти свою жизнь. Ведь если она попадется в лапы Сэбина Кейри, жизнь эта гроша ломаного не будет стоить.

Сегодня утром, когда в дверь каюты постучался Эллиот и пригласил Эрику на завтрак, она отказалась выйти к нему, сославшись на то, что после вчерашнего нервного потрясения никак не может прийти в себя. Днем, когда Эллиот явился, чтобы пригласить ее на обед, она отклонила его предложение под тем же предлогом и теперь раздумывала, не броситься ли ей за борт и тем самым покончить со всеми мучениями.

В дверь настойчиво постучали, и Эрика, оторвавшись от своих невеселых мыслей, нахмурилась.

– Уходите! – крикнула она.

Однако в замке повернулся ключ, дверь отворилась, и на пороге возник Данте. Не ожидая подобной наглости, Эрика возмущенно вскрикнула. Нет, каков нахал! Врывается к ней в каюту, когда на ней почти ничего не надето, лишь прозрачный пеньюар, который этот же негодяй и купил ей.

– А я все ждал, когда ты продемонстрируешь мне эту соблазнительную вещицу, – ухмыльнулся Данте. – Вставай, спящая красавица! В Уильямс прибыл плавучий театр, и мы с тобой сегодня отправляемся смотреть представление.

– Не хочу. Лучше я останусь в каюте, – проворчала Эрика, раздраженно взглянув на Данте. – И вообще, когда ты перестанешь врываться ко мне без спроса!

– Вставай сейчас же и перестань хныкать! – Фаулер стянул Эрику с постели и рывком поставил на ноги. В глазах его плясали дьявольские искорки.

– Ну что, ты думаешь одеваться или так пойдешь?

Эрика бросила на него яростный взгляд, который он встретил обезоруживающей улыбкой.

– Покоя от тебя нет! – пробормотала Эрика. – Ты что, ночи не спишь, придумываешь, как бы меня помучить? Неужели не можешь для этой цели найти на пароходе кого-нибудь другого?

– Я делаю это для твоей же пользы, – заявил Данте и, подойдя к шкафу, вытащил из него потрясающей красоты розовое платье, которое приобрел в бутике Нового Орлеана. – У нас мало времени, и мне бы очень не хотелось, чтобы представление началось без нас.

Эрика рот раскрыла от изумления, когда Фаулер подошел к ней и принялся стаскивать с нее пеньюар. Она попыталась отбросить его руки, но не тут-то было: Данте, как обычно, оказался настойчив.

– Я прекрасно умею сама одеваться! – раздраженно проговорила Эрика.

Разочарованно вздохнув, Данте повернулся к ней спиной.

– Тогда поторопись, я ждать не люблю.

– Я не собираюсь одеваться, пока ты не выйдешь из каюты и я снова не окажусь в безопасности, – заявила Эрика.

Данте снова порывисто повернулся к ней лицом.

– Ты хочешь сказать, что я представляю для тебя какую-то опасность, детка? – томным голосом спросил он.

– Еще какую! – отрезала Эрика и, нахмурившись, добавила: – А теперь прошу тебя, выйди из каюты и оставь меня одну.

Но Данте и не подумал двинуться с места.

– Если я тебя оставлю, ты тотчас же снова заберешься в кровать, и мне придется начинать все сначала. Не буду я никуда уходить, а вот спиной повернусь. Так что хочешь не хочешь, детка, придется тебе одеваться в моем присутствии. В противном случае я буду вынужден тебе помочь.

С этими словами Фаулер шагнул к ней, и Эрика, отшатнувшись, поспешно уперлась рукой ему в грудь.

– Хорошо, но чтобы смотрел в стенку и не поворачивался! – строго приказала она.

– Эх, умеешь ты все испортить, – проворчал Данте и, подойдя к стене и скрестив руки на груди, вперился в нее взглядом, представляя, что это не стена, а обнаженная Эрика.

Эрика раздраженно подняла взгляд к потолку. Ну и нахал же этот Данте! Специально ведет себя так, чтобы позлить ее! Не сводя с него глаз, Эрика, чертыхаясь, натянула на себя платье, после чего принялась застегивать его. Это потребовало некоторых усилий: пуговицы оказались совсем крошечными.