Кэрол Финч - Сладостный плен

Когда Денби, отшвырнув Этана и Тимоти с дороги, возник перед Эрикой, ужас охватил ее. Подвыпившие мерзавцы смотрели на нее с нескрываемым вожделением, и она решила, что скорее умрет, чем позволит им до себя дотронуться. Внезапно Денби прижался к ней всем своим мощным телом, и на Эрику пахнуло таким отвратительным запахом виски и табака, что она, словно разъяренная кошка, вцепилась ему ногтями прямо в щеку.

– Ой! – завопил Денби и отскочил назад, боясь, что эта девица располосует ему сейчас все лицо. – Ах ты сука! – Он ударил Эрику тыльной стороной ладони по щеке. – Ну, сейчас ты об этом пожалеешь!

Однако Эрика, проигнорировав его слова, вцепилась зубами в его ладонь, и Денби завопил от боли – эта стерва, должно быть, отхватила ему чуть ли не полруки.

– Ну теперь держись! – прорычал он и занес руку, намереваясь снова ударить Эрику по щеке, на которой уже красовался кровоподтек.

– Если не умеешь обращаться с молоденькими девушками, уступи место мне. Уж я-то знаю, что с ними делать! – воскликнул Этан, перехватив руку Денби и отпихнув его в сторону. Ухватив Эрику за подбородок, он повернул ее разгневанное лицо к себе и сально ей улыбнулся. – Может, тебе нравятся ласковые мужчины, детка? Тогда с Денби тебе связываться нечего, но и бить его тоже не стоит.

– Пошел ты к черту! – прошипела Эрика сквозь распухшие губы и негодующе вскрикнула, когда негодяй прижался губами к ее губам.

Голос ее эхом пронесся по тесной грязной каюте и замер – запертая дверь, жалобно скрипнув, распахнулась, и в каюту ворвался еще один мужчина.

Вспышка света за его спиной показалась Эрике настоящим адским пламенем, а Данте – это был не кто иной, как он – самим дьяволом. С перекошенным от ярости лицом бросился он на несчастного Тимоти, стоявшего на его пути, и одним мощным ударом сшиб его с ног.

– Мы просто хотели немного повеселиться, – пролепетал Этан, пятясь от Эрики и одновременно пытаясь изобразить на лице дружелюбную улыбку.

Однако утихомирить разъяренного капитана ему не удалось.

– Убирайся с моего корабля, чтобы духу твоего не было! – закричал он, указав рукой на дверь. – И своих вонючих дружков забирай!

Денби, пытаясь помочь Тимоти подняться, попробовал уговорить Фаулера сменить гнев на милость:

– Но нам же не заплатили за нашу…

– Вам заплатили как раз то, чего вы стоите, то есть ничего! – отрезал Данте звенящим от ярости голосом. – Если вы не уберетесь с парохода к тому времени, как с погрузкой – для чего я вас, собственно, нанял – будет покончено, я прикажу выбросить вас за борт. Будете добираться до берега вплавь! Только знайте, река в этих местах кишмя кишит аллигаторами.

Денби, возмущенный подобной, с его точки зрения, несправедливостью, сделал шаг вперед, но в ту же секунду почувствовал, как в грудь ему уперлось дуло пистолета.

– Что, хочешь, чтобы я тебе мозги вышиб?

Денби был самым умным из всей троицы, поэтому сразу сообразил, что спорить с Данте, у которого в руках оружие, не только бесполезно, но и небезопасно. Испуганно пятясь к двери, незадачливые ухажеры друг за другом выскочили из каюты.

Как только они остались одни, Эрика бросилась Данте на шею, едва сдерживая слезы, вот-вот грозившие хлынуть из глаз. Он обнял ее и ласково потерся подбородком о ее голову.

– Они тебя больше не побеспокоят, – ласково проговорил он, откидывая с лица Эрики непокорные пряди волос.

Эрика невольно вздрогнула и еще крепче прижалась к Данте.

– Я должна сойти на берег, – сообщила она приглушенным голосом, уткнувшись лицом в его куртку. – Я не смогу больше смотреть Эллиоту в глаза.

– Значит, он сделал тебе предложение, – догадался Данте.

– И только по твоей вине я не смогу его принять, – пробормотала Эрика, выскальзывая из его объятий и пытаясь разгладить измятое платье.

– По моей? – изумился Данте настолько невинным тоном, что у Эрики все внутри перевернулось. – А что я такого сделал?

– Ты отлично знаешь, что ты сделал, черт тебя подери! Превозносил меня перед Эллиотом до небес, словно я не человек вовсе, а какая-то святая! Распространялся насчет моей невероятной честности! А он, дурачок, и развесил уши. – Раздраженно вздохнув, Эрика прошествовала мимо Данте, едва сдерживаясь, чтобы не влепить этому негодяю увесистую затрещину. – Я-то думала, что ты мне друг, но, кажется, ошиблась. Тебе, похоже, доставляет удовольствие надо мной издеваться!

Схватив Эрику за руку, Данте рывком повернул ее к себе. Лицо его было мрачнее тучи.

– Да разве я был бы другом Эллиоту, если бы стоял и равнодушно смотрел, как ты губишь его жизнь! Ты, должно быть, не видишь дальше своего носа, если не понимаешь, что он влюблен в тебя по уши!

– Знаю, – вздохнула Эрика, опустив голову, чтобы не встречаться с пристальным взглядом Данте. – И я не могу заставить себя причинить ему боль. Вот поэтому-то я и должна сойти с парохода и попытаться добраться до Натчеза каким-нибудь другим способом.

– Значит, ты его не любишь, – хрипло прошептал Данте и, ухватив Эрику за подбородок, заставил смотреть себе прямо в глаза. – Но почему, Эрика? Он и красив, и богат. Чего тебе еще нужно? Лучшего кандидата в мужья тебе не найти.

«Слепец несчастный! – горько подумала Эрика. – Если ты не понимаешь, почему я не могу выйти замуж за Эллиота, почему не подпускаю к себе ни одного мужчину, в то время как тебе позволяю делать с собой все что угодно, то это ты не видишь дальше своего носа, а не я!»

– Я… – Эрика замолчала, вовремя спохватившись. Зачем Данте знать, что она влюбилась в него, человека, который во всех отношениях отлично подошел бы ей в качестве временного мужа и которого она по иронии судьбы очень хотела бы видеть в качестве мужа постоянного.

– Я слушаю, – вскинув темные брови, промолвил Данте.

– Я ухожу, – заявила Эрика, шагнув к двери. – Как ты уже сказал, у меня не хватит денег, чтобы оплатить тот урон, который я тебе уже нанесла и который могу нанести и впредь. Я уже умудрилась сломать решетчатые перила, вдребезги разбить несколько шезлонгов и вызвать у твоего друга полнейшее смятение чувств. Так что будет лучше, если я сойду с парохода и доберусь до Натчеза в наемном экипаже.

Но выйти из каюты Эрике не удалось: Данте встал у нее на пути.

– Если ты сойдешь с парохода, то снова попадешь в лапы этих гнусных негодяев, от которых мне удалось тебя избавить, – мрачно изрек он. – Думаю, что с Эллиотом тебе будет намного спокойнее.

– Может быть, но видеть его у меня нет сил, – пробормотала Эрика.

– На худой конец у тебя всегда есть Шелби Тэрпин, – ухмыльнулся Данте, но, когда Эрика метнула на него яростный взгляд, изобразил на лице серьезность. – Его всегда можно купить за разумную цену. – И поспешно добавил, опасаясь, что Эрика начнет ему возражать: – Ты же сама искала какого-нибудь мужчину, который позволил бы тебе на время воспользоваться его фамилией.