Виктория Александер - Невеста принца

— Я очень много думала над ситуацией, в которой мы оказались…

— Начало не слишком обнадеживает.

— В нем нет ничего плохого. Во всяком случае, на мой взгляд. — Она глубоко вздохнула, чтобы придать себе храбрости. — Мне кажется, что, поскольку мы теперь муж и жена и, похоже, останемся ими надолго, первое, что нам следует сделать, это получше познакомиться.

— Отличная мысль, — серьезно произнес Рэнд, но его глаза весело блеснули. — С чего вы предлагаете начать?

— Для начала вам следует узнать кое-что обо мне. О моей жизни. — Джоселин помолчала, собираясь с мыслями. — Если я и в самом деле избалованная…

— И мелочная, — добавил он, откровенно сдерживая готовую появиться на губах улыбку.

Но Джоселин не дала сбить себя с толку.

— В детстве я была не такой. Я и мои сестры выросли скорее в спартанских условиях, нянчиться с нами было некому. Мой отец…

— Я знаю, — невозмутимо заметил Рэнд.

— Мне следовало догадаться, — вздохнула она. — Несомненно, репутация отца была широко известна.

— Вовсе нет. О вашем детстве мне рассказал Томас.

— А… — Это не так уж плохо. Джоселин всегда была ненавистна мысль, что люди, глядя на нее, вспоминают о роковых слабостях ее родителя. — Тогда вы знаете, что всего год назад, когда Ричард женился на сестре Томаса и они унаследовали внушительное состояние, у нас появились кое-какие деньги. И должна сознаться, — оживленно подалась она вперед, — это было чудесно!

— Неужели?

Она не обратила внимания на его иронический тон.

— Да. Впервые в жизни у нас появились новые платья и красивая карета, мы получили возможность выезжать в Лондон и починили крышу.

— Это существенно, — пробормотал Бомон.

— Я понимаю, вам все это кажется смешным…

— Ничуть. — Он откинулся на стуле и внимательно посмотрел на Джоселин. — Продолжайте.

— Вы дразните меня, но я все равно вас прощаю. — Она немного подумала. — У вас есть сестры?

— Нет, — настороженно ответил Рэнд. — А что?

— Если бы они у вас были, вам было бы проще меня понять. — Она отодвинула тарелку, положила руки на стол и переплела пальцы. — Большей частью благополучие женщины зависит от мужчины. Мы мало что умеем, нам сложно зарабатывать на жизнь. Так устроен мир, но раньше меня это не особенно волновало. — Она сдвинула брови. — Конечно, моя старшая сестра Эмма рисует картины и продает их, но она живет в Париже, а французы сильно отличаются от нас во всем, что касается искусства. Кроме того, она замужем, и ей нет необходимости содержать себя самой. И Марианна пишет и этим зарабатывает деньги. Но Эмма и Марианна — редкие исключения. Единственная приемлемая для женщины возможность преуспеть в жизни — это удачный брак. Нельзя упрекать меня за то, что я искала выгодную партию.

— Понимаю, — медленно произнес Рэнд.

— В самом деле?

— Думаю, что да. Вы сосредоточили все свои помыслы на принце, а взамен получили виконта.

— Я надеялась, что вы поймете, — улыбнулась Джоселин. — Теперь вы знаете — дело не в том, что я такая уж мелочная. Я просто испытала разочарование, что было естественно в данных обстоятельствах.

— А обстоятельства сложились так, что вместо принца вам пришлось довольствоваться виконтом, — небрежно повторил он.

— Именно, — просияла Джоселин.

— А знаете что, Джоселин, — проговорил Рэнд неторопливо, — я ведь тоже считался неплохой партией.

— Ах, ничуть не сомневаюсь! — поспешно сказала она. — Ваш титул, хоть и не очень впечатляющий, тоже заслуживает уважения. Вы человек энергичный, предприимчивый и, можно сказать, привлекательный — я говорю о той атмосфере таинственности, которая вас окружает, все эти секретные дела. Кроме того, вы всегда готовы посмеяться, а я это ценю.

— Думаю, мое чувство юмора мне еще очень пригодится, — пробормотал Бомон.

— Конечно, да! Нам обоим оно понадобится. Иначе вся эта ситуация будет выглядеть совсем уж мрачной. — Девушка откинулась на стуле и внимательно вгляделась в Рэнда. — Надеюсь, я вас не обидела?

— Ни в малейшей мере, — сдержанно откликнулся он. — Так приятно, когда при тебе разбирают твои достоинства и недостатки.

— Я просто стараюсь быть честной. На самом деле я только делаю то, что предложил ваш дядя. Помните? Он сказал, что не должно быть секретов между мужем и женой. А кроме того, вы лучше других способны понять мое отношение к деньгам.

— Я?

— Конечно, Рэнд. — Джоселин доверительно понизила голос. — Днем я еще раз обошла замок одна. С одной стороны, он производит потрясающее впечатление, но с другой… Здесь всего горсточка слуг, их слишком мало для дома таких размеров, дома, который явно знавал лучшие дни. Держу пари, что у вас протекает крыша.

— Только во время сильного ливня.

— Так я и думала! — Тут в голову Джоселин пришла еще одна мысль, и она вся подобралась. — Вы говорили, что замок принадлежит вашему дяде, а не вам?

— Да, — выжидательно подтвердил он.

— Значит, где-то у вас есть собственный дом? Там, где живет ваша матушка в промежутках между путешествиями… — Джоселин раскрыла глаза. — Которые требуют денег и…

Рэнд поднял руку, призывая ее успокоиться.

— У моей матери есть собственные небольшие средства, которые позволяют ей путешествовать. Да, у меня есть свое жилье. Это квартира в Лондоне и скромный загородный дом.

— До какой степени скромный? — с надеждой спросила Джоселин, рисуя в мыслях вместительный, хотя и не слишком шикарный особняк.

— Более чем скромный.

— Ну что же… — Воображаемый дом съежился до размеров сельского коттеджа. — Она пожала плечами. — Что есть, то и есть.

Рэнд сощурился.

— Мне странно, что вас все это вроде бы не слишком огорчает.

— Мне и самой странно, — рассмеялась Джоселин. — Но я и не ожидала от вас большего. — Она задумчиво посмотрела на него. — А вы, Рэнд? Чего ожидали вы?

— Что вы имеете в виду?

— Вы женились, чтобы защищать меня. Из чувства долга и чести. Я признаю, что этот поступок заслуживает восхищения, — поспешно добавила она. — Но раньше, когда вы думали о браке, о характере женщины, на которой могли бы жениться, такая, как я, вряд ли пришла бы вам на ум?

— Вероятно, нет, — осторожно отозвался он. — Но я и не собирался жениться в ближайшем будущем.

— Какой вы представляли свою жену?

— Ох, не знаю. С хорошим приданым, разумеется, — усмехнулся он. — Но оно у вас имеется.

— Об этом вам придется переговорить с моим братом после его возвращения, — пробормотала Джоселин.

До сих пор она ни разу не вспомнила о собственном приданом. А оно было весьма существенным, хотя Джоселин и не знала его точных размеров. Но ведь она не собиралась выходить замуж в нынешнем сезоне. Девушка подавила чувство досады, вызванное тем, что первое, о чем упомянул Рэнд, было приданое. Но она имела меньше всего прав упрекать его за то, что он затронул финансовую сторону брака.