Сабрина Джеффрис - Сначала замужство, потом постель

— Я прекрасно осознаю, что у вас нет причин испытывать ко мне симпатию.

— Не понимаю, какое это имеет отношение к делу.

— Самое прямое. — Шарлотта гордо расправила плечи. — Видите ли, я показала документы не только своему адвокату, но и Чарльзу Годуину.

Дэвид едва не взорвался от гнева.

— Этому проклятому газетчику?

В глазах Шарлотты вспыхнула тревога.

— Нет! Вернее, да. Но не потому, что он имеет отношение к прессе. Я попросила совета, потому что он мой друг.

Дэвид знал это, но внезапно в его душе поднялась волна ревности.

— И насколько вы близки с этим другом?

В глазах Шарлотты появился холодный блеск.

— Мои отношения с Чарльзом вас совершенно не касаются, милорд.

Дэвид едва сдержался, чтобы не выругаться, Шарлотта называла Годуина Чарльзом, в то время как для него она припасла лишь холодное «милорд».

— А завещание моей жены не касается его. Насколько я знаю, Чарльз Годуин совершенно несведущ в вопросах подобного рода.

— Верно. Но зато он достаточно знает о людях, указанных в завещании. Как и мне, ему показалось очень странным желание Сары оставить что-то школе.

— Передайте Годуину: пусть держит свое мнение о моей покойной жене при себе.

Шарлотта саркастически улыбнулась.

— У Чарльза появилось интересное предположение относительного этого «завещания».

Сердце Дэвида отчаянно забилось.

— Вот как?

— Он предположил, что Сара действительно могла оставить мне эти деньги в порыве тщеславия, желая увековечить свое имя. А вот появление в завещании вашего имени кажется подозрительным. Чарльз считает, что вы обернули ситуацию в свою пользу.

Черт бы побрал этого Годуина. Он слишком умен.

— Для чего мне это?

— Сначала хочу объяснить, как мы с Чарльзом познакомились.

— Вообще-то я знаю. Он служил в одном полку с вашим покойным мужем. Только я не понимаю, какое это имеет отношение к делу.

— Скоро поймете. — Шарлотта глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. — Вскоре после того как Чарльз появился в полку, нас с мужем и его с женой пригласили на званый обед, где разразился скандал.

Сложив руки на груди, Шарлотта принялась расхаживать по гостиной.

— Когда разговор зашел о том, как бессердечно обошлась с несчастным мистером Мастерсом одна бесстыдная особа, Чарльз бросился защищать ее.

Грудь Шарлотты вздымалась, а голос звучал взволнованно. Дэвида тоже нельзя было назвать абсолютно спокойным.

— Как потом выяснилось, — продолжила рассказ Шарлотта, — Чарльз работал в «Морнинг таттлер», когда туда пришло письмо. Он сказал главному редактору, что письмо личное и не предназначалось для газеты. Когда же его все-таки против его воли напечатали, Чарльз в знак протеста уволился из газеты и пошел служить в армию.

Пока Дэвид переваривал сказанное, Шарлотта устремила на него полный муки взгляд.

— Вот как мы с Чарльзом стали друзьями. А уже потом я призналась ему в своем участии во всей этой истории. Я рассказала, что мое письмо было сугубо личным, у меня и мысли не было передавать его в газету. — Голос Шарлотты перешел в шепот. — Клянусь, это правда. Письмо должно было попасть к вам. Мальчишка-посыльный отнес его в редакцию. Зачем и почему, я не знаю.

Дэвид мог лишь смотреть на Шарлотту, не в силах произнести ни слова. Именно эта часть головоломки не давала ему покоя. Столько лет он размышлял над тем, как могла Шарлотта оказаться настолько злой, чтобы публично втоптать его имя в грязь. Теперь же признание в том, что произошла ужасная ошибка, лишь усилило чувство вины, давно уже терзавшее душу Дэвида.

— Так что Чарльз знает о нас все, — закончила рассказ Шарлотта.

— Вот как, — с трудом выдавил Дэвид.

— И он предположил, что, возможно, вы… обманом вписали свое имя в завещание, чтобы контролировать ситуацию. Потому что хотите разрушить все, чего я так долго и мучительно добивалась. — Шарлотта опустила глаза. — Чарльз считает, что это завещание — ваша месть за то, что я сделала с вами.

— Месть? — словно эхо откликнулся Дэвид. Шарлотта запоздала с обвинениями. Дэвиду было настолько больно, что перехватило дыхание.

Немного успокаивало лишь то, что подобное предположение высказал Годуин, а не Шарлотта. От этой мысли тлевший в душе Дэвида гнев превратился в бушующее пламя.

Он подошел к Шарлотте.

— Думаете, я стал бы ждать восемнадцать лет, чтобы моя жена покончила с собой, а потом начал составлять коварный план мести, используя ее деньги?

— Я не сказала, что согласилась с Чарльзом, — возразила Шарлотта, нервно сжимая руки.

— Но вы не утверждали и обратное. — Дэвид подошел к ней ближе и посмотрел прямо в глаза. — Поверьте мне, Шарлотта: если бы я хотел вам отомстить, то сделал бы это много лет назад.

— Именно так я и сказала Чарльзу, — невозмутимо произнесла Шарлотта.

Дэвид удивленно посмотрел на женщину.

— Тогда для чего этот разговор?

Глаза Шарлотты встретились с глазами Дэвида.

— Узнать, что вы на это скажете.

Дыхание Шарлотты стало прерывистым, а ее глаза светились таким до боли знакомым чувственным огнем. Внезапно Дэвид устал от собственной лжи, отголосков прошлого и оправданий, которыми, казалось, была наполнена теперь жизнь Шарлотты.

Пришло время покончить со всем этим разом. Ведь Шарлотта стояла так близко.

— Если бы я хотел мести, — хрипло произнес Дэвид, лаская взглядом губы женщины, — я избрал бы иной путь.

Шарлотта улыбнулась.

— И какой же? — прошептала она. Дэвид обхватил ладонями ее лицо.

— А вот такой, — глухо проворчал он и поцеловал ее.

Она на мгновение замерла, а потом задрожала и, к удивлению Дэвида, слегка приоткрыла рот. Впрочем, он знал, что она не окажет сопротивления.

Этот поцелуй был сродни возвращению домой. Только Дэвид стал старше, оттого и возвращение показалось слаще.

Момент близости разжег такое пламя, что, казалось, они с Шарлоттой могут обжечься. Зарывшись пальцами в волосы Шарлотты, Дэвид не отпускал ее, а его поцелуй стал столь настойчивым и ненасытным, что об осторожности было забыто и Шарлотта, с не меньшей страстью ответила на призыв.

Язык Дэвида проник в гостеприимные теплые глубины ее рта, и Шарлотта прижалась к нему, словно никак не могла насытиться.

Одному Богу было ведомо, как ждал Дэвид этого момента. На протяжении восемнадцати лет он представлял, как снова поцелует Шарлотту, и теперь его желание стало почти неконтролируемым. Дэвид не собирался целовать ее, но раз уж так случилось, он своего не упустит.

Глава 10