Вирджиния Хенли - Запретная любовь

— Нет, ничего не помню. Помню только одно: я находилась в Бодиаме.

Тут из-за двери послышался шум, а потом раздался визгливый голос Эдвины Карсуэлл. Мистер де Бург приоткрыл дверь и виновато взглянул на сэра Перегрина. Тот утвердительно кивнул и громко сказал:

— Леди Карсуэлл, входите, пожалуйста!

Эдвина тут же ворвалась в комнату, а следом за ней вошел молодой священник с плетеной корзиной, в которой принес кое-какую одежду для сестры.

— Виктория, во имя всего святого!.. Я требую, чтобы ты сказала, где была все это время! — закричала леди Карсуэлл.

— Зачем, матушка?

Эдвина отодвинула локтем доктора Купера и спросила:

— Что ты делаешь в постели сэра Перегрина?

Тори окинула взглядом комнату:

— Мне кажется, что я принимаю здесь придворных.

— Что ты сказала?! Я не потерплю дерзостей от девчонки! Ты навлекла позор на всю нашу семью!

— Просто мисс Карсуэлл нездоровится, — вмешался доктор. — Она находится в постели, потому что я прописал ей постельный режим.

— Доктор Купер, я требую, чтобы вы освидетельствовали мою дочь, — заявила Эдвина. — Нужно убедиться, что она не потеряла девственность. Я подозреваю, что при попустительстве Фуллера она провела этот месяц у него в замке. Если он нанес ущерб ее невинности, я потребую компенсации.

Виктория залилась краской:

— Матушка, как вы можете так унижать меня перед посторонними?

— Унижать? Это я унижена! Ты оскорбила меня своим поведением, потаскуха! Немедленно осмотрите ее, доктор.

Сэр Перегрин встал между Эдвиной и доктором:

— Это ни к чему, миледи. Я намерен просить руки Виктории. Так что никакого скандала не будет, если только вы сами не устроите его.

— Что ж, замужество — это единственный выход из положения, — согласилась Эдвина. — Держать ее в замке целый месяц без одежды, голой! Я даже представить не могу, что тут у вас происходило.

— Неужели не можешь, матушка? — с усмешкой спросила Тори.

Эдвина повернулась к сыну:

— Эдмунд, обвенчай их прямо сейчас.

— Нет, этого не будет. Я не давала согласия выйти замуж, — отрезала Тори.

— Но ты все равно выйдешь… Ты должна, — заявила Эдвина.

— Должна? В самом деле? Мне кажется, это мое личное дело. Я думаю, пора воспользоваться советом доктора и немного отдохнуть. Всего доброго, матушка. Эдмунд, спасибо, что принес одежду.

После того как все ушли, Тори еще с час пролежала в постели. И думала она о прошлом, а не о настоящем — прошлое не отпускало и влекло, как моряков влечет голос морской сирены. В конце концов ей пришлось напомнить себе, что прошлое, настоящее и будущее — все это вместе составляет реальность. И если она сумеет принять эту мысль, то тогда сможет овладеть и прошлым, и настоящим, и будущим.

Выбравшись из постели, Тори позвала служанку и попросила приготовить ей ванну. Она искупалась, вымыла голову и, обмотав волосы полотенцем, открыла корзину с одеждой, которую принес Эдмунд. Когда одно за другим оттуда стали появляться платья, ей сделалось не по себе. «Неужели придется носить такое убожество? — спрашивала себя Тори. — Черт побери, кто приказывает нынешним женщинам носить такие платья? Наверняка не молодая королева. Эти высокие кружевные воротники и многочисленные пышные юбки прикрывают все, что делает женщину привлекательной. А цвета?! Серые и тусклые! Просто ужасные цвета. Нет, это нельзя на себя надевать!»

Из того, что принес ей брат, Тори выбрала самое светлое платье — то самое, из розовато-лилового батиста, именно оно было на ней во время первого визита в замок. Ей нравилось, что это платье подходит под цвет ее глаз. Потом она вытащила из корзинки щетку и занялась прической.

Тори расчесывала волосы до тех пор, пока они не стали потрескивать. Потом посмотрела на свое отражение в зеркале и улыбнулась, вспомнив слова Фэлкона о том, что ей не следует стягивать волосы на затылке. Распустив волосы, так что они рассыпались по плечам длинными прядями, Тори прошептала:

— Фэлкон, любимый, ведь именно так тебе нравится, верно?

Тори вышла из комнаты и, поднявшись по лестнице, забралась на верхнюю площадку башни. Ашдаунский лес заметно уменьшился за прошедшие сто лет. А вот Хокхерст, наоборот, разросся. Это уже был город, а не деревушка. Тори посмотрела в другую сторону, туда, где протекала река. И ей показалось, что русло Ротера немного изменилось.

Окинув взглядом окрестности, она посмотрела вниз. До замкового рва было ужасно далеко, и оставалось только удивляться, что у нее хватило смелости прыгнуть с такой высоты. Ей вдруг пришло на ум, что сэр Перегрин, должно быть, стоял как раз на этом самом месте, когда утром увидел ее во рву.

«Я тоже стояла здесь. И мне пришлось броситься вниз. Как странно!.. Мы с ним находились в одном и том же месте, в одно и то же время. Наверняка между нами существует какая-то невидимая связь. Но как заставить его в это поверить?»

Виктория невольно улыбнулась. Она вдруг поняла: ей надо приучить Перегрина к мысли о том, что он — Фэлкон.

Она почувствовала присутствие Перегрина раньше, чем увидела его. Он пересек площадку и подошел к ней:

— Очень рад, что вы пришли в себя, мисс Карсуэлл.

— Меня зовут Тори, и вы это прекрасно знаете. — Она окинула взглядом окрестности. — Ашдаунский лес уже в роскошном осеннем наряде. Ничего удивительного, что вы любите подолгу стоять здесь. От такой красоты дух захватывает. — Она указала в сторону реки: — А вон там была стоянка «Морского волка».

— Я так себе это и представлял. Вы знаете, что колокол у подъемной решетки ворот с «Морского волка»? Колокол хотели сдать в переплавку, но я его спас.

— Да, удивительно… Но еще удивительнее другое. Вы знаете, что лорда Хокхерста звали Перегрин Палмер, но он сменил имя и стал Фэлконом?

— Ну, уж если меня зовут Перегрин Палмер Фуллер, то он явно мой предок.

— Фэлкон не просто ваш предок… Он — это вы, а вы — это он. В вас возродилась его душа. Вы верите, что такое возможно?

Он долго разглядывал ее, потом пробормотал:

— Вполне допускаю, что вы правы. Ведь если можно родиться один раз, то почему нельзя дважды?

— А ваше золотое кольцо… Оно давно у вас?

Перегрин посмотрел на свою руку:

— Я заказал его лет десять назад. Сокол — очень подходящий символ для печатки.

Тори подняла руку с кольцом на большом пальце:

— Сравните их. Они абсолютно одинаковые. Вы не находите, что это весьма странно?

— Полагаю, просто совпадение.

Она решительно покачала головой:

— Я не верю в совпадения! Скорее я поверю в то, что когда-то вы владели кольцом, которое я сейчас ношу, а потом что-то заставило вас заказать точно такое же. Наше прошлое создает настоящее.