Вирджиния Хенли - Запретная любовь

— Дорогая, так в чем же дело? Можете мне хоть что-нибудь объяснить?

— Я не хочу, чтобы ты был Перегрином! — закричала Виктория. — Я хочу, чтобы ты был Фэлконом!

Он пожал плечами и пробормотал:

— Если нужно, стану Фэлконом. Имя легко поменять.

— Я не нуждаюсь в снисходительности, сэр.

Перегрин не успел ответить, так как на лестнице раздались шаги. Открыв дверь, он увидел Эдмунда Карсуэлла, брата Виктории.

— Вы отыскали ее?! Слава Богу! — Эдмунд бросился к кровати, взял сестру за руку и откинул с ее лба мокрые волосы. — Тори, с тобой все в порядке? Где ты пропадала?

Стоило ей увидеть своего брата, и на глаза ее снова навернулись слезы. Он смотрел на нее с такой любовью и с таким облегчением…

— Видишь ли, Эдмунд, я вернулась в прошлое на сто лет назад. Можешь представить, я вернулась в 1737 год, когда замком еще владел Фэлкон, лорд Хокхерст.

Эдмунд с тревогой посмотрел на сэра Перегрина:

— По-моему, у нее что-то вроде шока. Нам лучше послать за доктором.

— Полностью согласен, ваше преподобие. Но я решил сначала дождаться вас.

Перегрин повернулся к слуге:

— Мистер де Бург, не могли бы вы отнести записку доктору Куперу?

— Де Бург? — Тори уставилась на слугу. — Это французский вариант фамилии Берк, да?

— Совершенно верно. Де Бург — француз из Нормандии. По-английски его фамилия звучит как Берк.

— Вы помните меня, мистер Берк?

— Конечно, мисс Карсуэлл, — кивнул слуга. — Мы с вами дважды встречались, когда вы в сентябре посещали Бодиам.

Тори сокрушенно покачала головой. Ну как заставить их понять?

Немного помолчав, она сказала:

— Видите эти китайские серьги из нефрита? Их мне подарил Фэлкон. У него есть корабль «Морской волк».

Тори заметила, как брат с сэром Перегрином снова обменялись выразительными взглядами.

— Я понимаю, что прошу вас поверить в невозможное, — продолжала она. — Но я действительно оказалась в прошлом. И оставалась там весь этот месяц. Сто лет назад замок Бодиам был настоящим чудом. Залы и покои были отделаны и обставлены именно так, как задумывали при строительстве. А построили его в четырнадцатом веке. Поэтому сейчас только я знаю, как нужно восстанавливать замок.

— Что ж, Тори, где бы ты ни была, я очень рад, что ты все-таки вернулась, — сказал Эдмунд. — Мне нужно пойти к матушке и сообщить ей, что ты нашлась и что с тобой все в порядке.

Виктория со вздохом кивнула:

— Да, конечно, иди. И принеси мне что-нибудь из одежды. Мне не во что переодеться.

— Даже не представлял себе такое, — пробормотал Эдмунд. — Сейчас я приведу матушку… Боюсь, она очень рассердится.

— Должна тебе сказать, мой любимый братец, что я совершенно не боюсь матушку, — заявила Тори. — Она мне не страшна. Уже не страшна. У нас с ней абсолютно разные представления о жизни. Вообще-то так было всегда. И сейчас я прямо отвечу на все ее вопросы. Наверное, с моей стороны это будет дерзко, но лучше поступить именно так.

Эдмунд отправился к матери, а мистер де Бург — с запиской к доктору. Оставшись наедине с сэром Перегрином, Виктория принялась рассматривать его, сравнивая с Фэлконом. Они были примерно одного возраста и одного сложения. И глаза у них были совершенно одинаковые. Они настолько походили друг на друга, что Тори даже возмутилась.

Потупившись, чтобы не выдать своих чувств, она пробормотала:

— Благодарю, что помогли мне. Из-за того, что я исчезла в тот день, когда отправилась с визитом в Бодиам, вам, наверное, это доставило немало беспокойства. Я очень сожалею, сэр Перегрин.

Он пристально взглянул на нее:

— Скажите, как вы оказались во рву этим утром?

— Я прыгнула туда с круглой башни.

— С моей башни?

Тори посмотрела на него с вызовом:

— Это башня Фэлкоиа.

— Но ведь ее высота более шестидесяти футов, — заметил сэр Перегрин.

— Да, знаю. И я очень боялась прыгать, но Фэлкон пообещал, что поймает меня.

— Понятно… — со вздохом ответил Перегрин.

«Да, Фэлкон пообещал, что поймает меня. А там оказался ты. А может быть, ты и Фэлкон — один и тот же человек?»

— Отдохните до прихода доктора, Виктория.

— Спасибо.

Она посмотрела ему вслед, когда он выходил из комнаты. Потом обвела взглядом покои. Мебель была другая, хотя гардероб и письменный стол стояли на тех же местах, что и у Фэлкона.

Тори поднесла к носу рукав бархатного халата. Запах напомнил ей про Фэлкона, и сердце заныло от пронзительных воспоминаний.

И она мысленно перенеслась на сто лет назад. Все происходившее тогда казалось ей сейчас чем-то мистическим — и одновременно абсолютно реальным. Но она знала, что обратно в то время ей не вернуться — дороги обратно не было.

Через некоторое время Тори выбралась из постели и подошла к зеркалу. На голове у нее творилось что-то ужасное… Она сняла с умывальника полотенце и принялась сушить волосы, висевшие отдельными прядями. Услышав голоса на лестнице, бросила полотенце и улеглась обратно в постель. В дверь осторожно постучали.

— Войдите! — крикнула Тори.

Вошел сэр Перегрин, а за ним доктор и молоденькая служанка, та самая, которую Тори видела во время первого визита в Бодиам.

Виктория тут же приняла решение. Единственный, кого ей следовало убедить в том, что она путешествовала во времени, — это сэр Перегрин. Других убедить не удастся, поэтому не стоит тратить на это время.

Доктор Купер подошел к кровати и склонился над девушкой:

— На что жалуетесь, моя дорогая мисс Карсуэлл?

— Чувствую себя немного усталой, доктор, А в остальном все в порядке.

Купер оттянул ей веки, потом попросил открыть рот, чтобы осмотреть горло.

— Глотать не больно?

Тори покачала головой, и доктор, вытащив из саквояжа стетоскоп, приставил его к ее труди.

— Сделайте вдох, мисс Карсуэлл.

Доктор немного послушал ее, затем, простучав костяшками пальцев по груди, спрятал стетоскоп обратно в свой саквояж.

— Какие-либо физические симптомы болезни отсутствуют, — сообщил он. — Ваше здоровье в полном порядке, моя дорогая.

Доктор откашлялся и спросил:

— Можете что-нибудь сказать о том, где вы находились этот месяц, мисс Карсуэлл?

Тори улыбнулась в ответ:

— Нет, ничего не могу сказать. Я просто не помню.

— Ах, так?.. Я слыхал о подобных случаях, хотя сам никогда раньше не сталкивался с пациентами, потерявшими память. Сэр Перегрин вытащил вас сегодня утром из замкового рва. Вы уверены, что не помните, что происходило до того момента?

Тори отрицательно покачала головой:

— Нет, ничего не помню. Помню только одно: я находилась в Бодиаме.