Робин Хэтчер - Время перемен

А разве во всей округе найдется такая красавица, как Фэй Батлер? За что Бог наделяет одних такой красотой, а другим отказывает даже в самом малом? Не удивительно, что все присутствующие зрители мужского пола от нее без ума.

Герти оглядела себя и с прискорбием констатировала, что до Фэй ей очень далеко. Почему она втемяшила себе в голову, что сможет очаровать самого Рика Телфорда? Конечно, весь день он ведет себя по отношению к ней, как подобает настоящему джентльмену. Но только и всего. Никаких поползновений с его стороны, только легкое подтрунивание над ее небывалым нарядом. А что говорить о ковбоях с ранчо Джеггд Р.? Очевидно, придется в ближайшие дни терпеть их незлобивые насмешки. Впрочем, все жертвы будут оправданы, если Рик Телфорд проявит к ней хоть какой-нибудь интерес, как к особе женского пола.

— Замечательно! — Телфорд повернулся к Герти Дункан, глаза его сияли восторгом.

— Да, Фэй настоящая актриса!

— Этот праздник у нас долго не забудут.

Уж она-то не забудет точно. Чертово платье! Надо же выставить себя такой дурой!

Телфорд взял Герти под локоть.

— Я провожу тебя до места, а потом пойду помогу ребятам с фейерверком.

— Я и сама смогу дойти. А вы, доктор, занимайтесь своими делами.

— Нет уж, мисс Дункан, позвольте проводить вас до места, — он увлек Герти туда, где лежало их одеяло.

Дура, безмозглая дура! Поделом тебе, размечталась о несбыточном!

— Я хотел бы тебя поблагодарить, Герти. Поблагодарить? За что?

— За твое приглашение и за компанию. Джеймс и Нэнси все еще в отъезде, и если бы не ты, мне было бы сегодня очень одиноко, — Рик сжал ее локоть. — И еще спасибо, что ты нарядилась в это платье. Я знаю, какая это жертва с твоей стороны.

Герти взглянула на доктора с недоверием, опасаясь подвоха.

— Ты очень добра ко мне, старику.

Дело вовсе не в доброте, да и какой он старик!

— Ты вскружила сегодня головы, наверное, многим мужчинам.

Но только не тебе, дурья твоя башка!

— Как пожалеют Джеймс и Нэнси, что не успели возвратиться к празднику!

— Да, доктор, — еле слышно отозвалась Герти.

Они подошли к расстеленному на траве одеялу, на котором днем ели жареных цыплят, яблочный пирог, сухарики, обсыпанные сахарной пудрой, и многое другое.

Отпустив локоть Герти, Рик Телфорд запечатлел на ее лбу отеческий поцелуй.

— Этот праздник я никогда не забуду. Спасибо, что ты провела этот день со мной. Я ведь знаю, ты предпочла бы носиться по прериям на коне…

— Я… я предпочла провести этот день с вами, док. И не жалею об этом.

— Ты славная девушка, Герти Дункан, — Телфорд похлопал ее по плечу.

— Черт побери! — выдохнула амазонка и, видимо решив, что хуже уже не будет, схватила доктора за лацканы пиджака, притянула к себе и поцеловала прямо в губы. Поцелуй получился крепким и долгим.

— Вот-те раз, — сказал доктор, обретя наконец свободу.

— Ты не старик, а я не твоя дочь. Если ты не понимаешь… не понимаешь, что происходит, тогда ты… ты…

Герти не закончила фразу, всхлипнула, повернулась на месте и, задрав юбку чуть ли не до колен, бросилась к лошадям.

Дрейк наблюдал за игрой Фэй издалека, спрятавшись в ночной тьме. И вновь он был околдован ее проникновенным голосом, выразительными жестами и интонациями. Фэй перевоплотилась в Джульетту, юную, невинную девушку в пору первой любви. Дрейк слушал шекспировские строки, и ему хотелось ответить Фэй своими собственными.

«…Но я честнее многих недотрог, Которые разыгрывают скромниц…»

Услышав эти строки, Дрейк почувствовал головокружение. В тот раз, когда Фэй читала монолог на ранчо, а он подслушивал, эти строки привели Дрейка в ярость, но сегодня он поверил в их правдивость. Он поверил в искренность Фэй, произносящей эти слова. Если бы судьба была к нему более благосклонна, как бы он любил эту женщину!

Фэй Батлер закончила чтение монолога, и горожане хлынули вперед, разразившись аплодисментами и восторженными выкриками. Дрейк же отступил назад в спасительную темноту и оттуда продолжал наблюдать за триумфом своей домоправительницы.

Нет! Не надо любви! Он совершит большую ошибку, если проявит к Фэй Батлер нечто большее, чем симпатию и дружеское расположение. Когда-то он уже имел глупость влюбиться в очень красивую, но вероломную женщину. Да, Ларисса была так же очаровательна, как эгоистична и испорчена. Ему не следовало гадать, как она отнесется к шрамам на его лице. Ларисса отнеслась к ним так же, как относилась ко всему, что, на ее взгляд, было недостойно ласкать ее взор. Она просто-напросто отвергла его.

Душевная рана зарубцевалась, хотя и давала о себе знать. Горечь прошла, но преподанный Лариссой урок он не забудет никогда. Не лишним было напомнить самому себе, что Фэй Батлер застряла в Дэд Хорс только из-за болезни дочери. Просто у нее не оставалось другого выбора. Судя по тому, как быстро поправляется Бекка, в скором времени семейство Батлеров благополучно покинет просторы штата Вайоминг.

У Фэй Батлер есть ее ремесло актрисы прекрасные дети, у нее есть, в конце концов муж, и какое дело ей до него, Дрейка Ратледжа? Нужно смотреть правде в глаза, чтобы потом не кусать локти.

Толпа тем временем двинулась назад к реке, откуда участники праздника собирались наблюдать за фейерверком. Дрейк собрался было вернуться на ранчо до того, как его заметят, но, как видно, опоздал.

— Мистер Ратледж! Неужели это вы?

Дрейк обернулся и увидел спешащую к нему Фэй Батлер, на лице которой еще светилась радостная улыбка триумфатора. Как она его высмотрела? Откуда Фэй могла знать, что он здесь прячется?

— Вы все-таки приехали! И вы, наверное, видели мое выступление? — ее голос звучал так сладко и убаюкивающе, что Дрейк на мгновение смежил веки.

— Да, я все видел, — ответил он, будто очнувшись от забытья.

— Но ведь вы не собирались на праздник?

— Разве мог я пропустить ваше выступление, миссис Батлер? — сказал он тихо.

С лица Фэй слетела улыбка, глаза широко открылись. Будто влекомый неведомой силой, Дрейк подался вперед.

— Мама, ну пора же идти! — раздался голос Алекса. — Скоро начнут пускать фейерверк!

Дрейк обернулся на голос и увидел стоявших в десятке шагов Алекса и Бекку. Фэй, смутившись, отпрянула назад.

— Пойдем же, мама, — позвала Бекка.

— Думаю, вам пора идти, миссис Батлер, — проговорил Дрейк. Если бы она попросила сопровождать ее!

— Да, — согласилась она чуть слышно. — Мне пора.

Дрейк молча смотрел, как Фэй берет за руки детей и уходит прочь, оставляя его все в том же опостылевшем одиночестве.