Королевский рыцарь - Шеррилин Кеньон

вышла замуж по любви. Он часто повторял мне, что иной причины для брака просто не существует. Не должно существовать. Между прочим, Андре Чаплин — тот самый, который временами сопровождает Элеонору в путешествиях, — утверждает то же самое. Он верит, что настоящую любовь можно обрести только в браке.

— В твоих песнях тоже об этом поется?

— Да. Я пишу о людях, которые сошлись, невзирая на все хитросплетения судьбы, преодолели все препятствия и заслужили свое счастье.

— Тогда спой мне, Ровена. Я хочу услышать о паре, обретшей счастье в браке. Хватит уже обмана и предательств.

Идущие из самого сердца слова Страйдера задели ее за живое. Она и не думала, что речи рыцаря могут настолько тронуть ее.

Девушка кивнула, взяла лютню, села на стул у его письменного стола и начала настраивать инструмент.

Страйдер молча прислушивался к тому, как она возвращает к жизни сокровище его матери. Он боялся, что струны могли испортиться от времени, но Ровена обращалась с ними нежно и бережно, и ни одна не лопнула от ее прикосновений.

Из- под ее пальцев полилась прелестная мелодия. А голос… такой только в раю можно услышать. Дрюс был прав. Ни один церковный хор не сравнится с нею.

Она действительно спела ему об охотнике на соколов и молочнице, родившихся под несчастливой звездой, но все же сумевших найти любовь и пожениться.

Мелодия стихла, но они еще долго сидели в тишине.

— Охотник, — сказал он вслух, раздумывая над ее сказкой. — Значит, ты не веришь, что богачи способны жениться по любви?

— Верю. Только никогда не встречала таких.

Страйдер припомнил своего друга Саймона Рейвенсвуда и его жену Кенну.

— А я встречал. Приятно видеть, когда двое готовы умереть, только бы никогда не расставаться.

— Как бы мне хотелось испытать нечто подобное! — горестно вздохнула Ровена.

Страйдер кивнул, с удивлением поймав себя на том, что обсуждает с ней такие вещи, о которых никогда ни с кем не говорил.

— И в какого человека ты хотела бы влюбиться, Ровена?

Она принялась тихо наигрывать, размышляя над его вопросом.

— Нежного. И порядочного, конечно же. И чтобы он мог рассмешить меня.

Ее запросы поразили его.

— И никаких требований к внешности?

— Вообще-то нет. Для меня главное, что у него внутри. — Она заглянула ему в глаза. — А ты? Какая женщина могла бы завоевать сердце графа Блэкмора?

— Никакая, — буркнул он, поднимая кружку с пивом. — Сердце мое мертво и абсолютно не способно затрепетать при виде дамы.

— Абсолютно?

— Да. Женщина станет помехой, оторвет меня от моих обязанностей. И мне будет страшно оставить ее хоть на день: вдруг она в мое отсутствие начнет заглядываться на другого?

Ровена приподняла брови.

— Неверных женщин не больше, чем неверных мужчин, милорд. Адюльтер — дело двустороннее.

— Тут вы совершенно правы.

Она поднялась и поставила лютню ему на колени:

— Показать вам аккорды?

Он покачал Лловой.

Ровена ошеломленно смотрела на то, как он взял в руки лютню и начал наигрывать старинную балладу. Он допустил несколько ошибок, но, в общем, играл практически безупречно.

Вне всякого сомнения, когда-то этот человек довольно часто держал в руках инструмент. Похоже, мать обучила его всем премудростям игры на лютне.

— Это просто восхитительно!

— Заслуга моей матери. Она не уставала повторять мне, что единственный способ покорить женщину — хорошая песня.

— Вы с ней не согласны?

— Что-то я пока не встречал менестреля, за которым гонялись бы так же, как за мной, — насмешливо посмотрел он на нее. — Да и ты не прячешься по кустам с одним из мяукающих трубадуров, Ровена.

Девушка расхохоталась:

— Точно, милорд!

— Что такое?

Страйдер поглядел мимо нее на только что вошедшего Суона. Парень с ужасом взирал на Ровену и лютню в руках Страйдера.

— Нет, нет и нет! — Он бросился к Страйдеру и выхватил у него из рук инструмент. — Мне кажется, мы уже все обсудили. Вы с Ровеной ненавидите друг друга, а мы отвлекаем ее дам, чтобы они не могли претворить свои планы в жизнь. Но стоило мне отвернуться, и вот вам, пожалуйста, — я застаю вас здесь… одних. Нет, это недопустимо!

Ровена со Страйдером обменялись удивленными взглядами.

— Ты велел своим мужчинам отвлекать моих подруг?

— Нет, — поспешно выпалил Страйдер. — Они это сами придумали. Я не имею к этому никакого отношения, честное слово! — Он бросил раздраженный взгляд в сторону рыцаря. — Они все с ума посходили.

— Мы в здравом уме, Страйдер. Мы просто хотим как лучше. — Суон передал лютню Ровене и подтолкнул ее к выходу.

— Это не мое, — увернулась она от него.

— Да она тут корни успела пустить! — возмутился Суон. — Ты что, приобрел эту штуку?

— Успокойся, — прорычал Страйдер. — Это лютня моей матери.

— А-а! — с облегчением вздохнул Суон, забирая лютню у Ровены и передавая ее Страйдеру. — В таком случае спрячь ее, а я провожу даму до замка.

— А если я захочу остаться? — поддела его Ровена.

— Тогда я поволоку вас силой, — не замедлил с ответом Суон.

— Он это серьезно? — ошеломленно спросила у Страйдера Ровена.

— Скорее всего, да. — Страйдер протянул инструмент Суону. — Убери ее, а я провожу даму.

— Это против плана держать вас на расстоянии.

— Хватит уже, Суон. Мы с Ровеной просто друзья.

— А ад всего лишь благоуханный остров. Нет уж, я думаю…

— Убери лютню, — рявкнул Страйдер, оборвав друга на полуслове. — Я скоро вернусь.

— Если не вернешься, я пошлю за тобой Вэла… с мечом.

Страйдер покачал головой и предложил Ровене руку.

— И чтобы шли по разные стороны двора! Страйдер не удостоил его ответом.

— Наверное, надо нанять его в няньки. Ровена взяла его под руку.

— М-м-м, из него может получиться неплохая нянюшка. Мне вот, например, не такая строгая попалась.

Страйдер просиял.

— Я вам не какая-то там глупая старуха, — бросил им вслед Суон. — И знаю, сколько времени требуется, чтобы дойти до замка и обратно, меня не проведешь. Если ты не вернешься вовремя, я тебя высеку!

— Он всегда такой? — поинтересовалась Ровена уже по пути к замку.

— Нет. По правде говоря, его днем с огнем не сыщешь, когда надо отбиться от толпы обезумевших поклонниц.

— Значит, я не в его вкусе.

— Ты здесь ни при чем. Ему не нравится то, что нас с тобой хотят насильно поженить. Он до смерти боится осесть на одном месте.

Голос Суона стал едва различим. Не разобрать, что он бормочет им вслед.

— Мне казалось, всем мужчинам нужен дом, — пожала плечами Ровена.

— Может, кому-то и нужен, но не нам. Мы три года провели взаперти. Нам трудно усидеть за закрытыми дверями. Вот