Стефани Блэйк - Великолепная страсть

– Блестяще, господин министр! Я и сам не мог бы выразить это лучше.

– В таком случае все прекрасно.

Министр потирал руки и сиял при мысли о столь неожиданном обороте дела.

– Давайте-ка примемся за работу над этим немедленно, сейчас же. Брэд, набросайте черновик письма сенатору Бертону. Он влиятельный человек в конгрессе. И полностью на нашей стороне. Он намекает кое-кому, что мы с самого начала держали под контролем этот вопрос о приобретении Аляски.

– Да, сэр!

Брэд с трудом пытался не выдать своего ликования. Он-то воображал, что пройдут дни и дни, прежде чем он сумеет осторожно внушить эту мысль Стэнтону, а на деле на это не потребовалось много времени и оказалось достаточно одного замаскированного намека.

– Я этим тотчас же займусь, сэр.

Когда он уже выходил из кабинета Стэнтона, министр окликнул его:

– Миссис Тэйлор будет вас сопровождать к Шарлотте?

Брэд повернулся, смущенный и нерешительный.

– Нет… Майра сегодня занимается поисками дома, который мы могли бы снять. Встречается с агентами. Думаю, она слишком устанет.

– О?

Стэнтон поднял бровь, и его многозначительная улыбка была красноречивее любых слов.

Брэд поспешил выйти из кабинета.

После того как Брэд усадил Майру в наемный экипаж, она назвала кебмену адрес, записанный для нее Уэнди на визитной карточке. К ее удивлению, он сказал:

– Это ведь дом Клинтона, мэм?

– Да, а вы его знаете?

– Да, мэм, все в Вашингтоне знают Сэма Клинтона. Говорят, Сэм сделал состояние на контрабанде во время войны, служил и нашим и вашим, обеим сторонам. Молва идет, но доказательств нет. Пошла!

Он огрел кобылу вдоль широкой спины.

Поездка в пригород заняла больше времени, чем Майра предполагала. Наконец экипаж повернул с главной улицы на проселочную дорогу, с обеих сторон усаженную кленами.

Их ветки сплелись над дорогой, образуя арку, и у Майры возникло ощущение, что они проезжают через собор, созданный самой природой. Когда они вынырнули из этого зеленого тоннеля, Майра при виде великолепия, которое открылось ее глазам, воскликнула:

– О Господи! Это дом Клинтона?

– Да, мэм.

– Боже милостивый! Моя сестра говорила мне, что это городской дом. Но этот дом больше походит на особняк какого-нибудь аристократа.

Дом представлял собой впечатляющее зрелище. Это было приземистое строение в стиле времен короля Георга, расположенное в центре обширной лужайки и походившее на огромную гемму, положенную на зеленый бархат. Верхний этаж поражал бесчисленными окнами и небольшими балкончиками. Почти по всей длине фасада шла широкая веранда, поддерживаемая мощными дорическими колоннами. Терраса и балконы были наполовину прикрыты зарослями розовых миртов, магнолий и вистерии с пурпурными, белыми и желтыми гроздьями цветов.

– Должно быть, здесь какая-то ошибка, – сказала Майра. – Уэнди дала мне не тот адрес. Возможно, у Сэма Клинтона есть еще один дом по соседству – поменьше этого.

Скромное капитанское жалованье Брэда не позволяло им снять столь роскошный особняк.

Возница проехал по огибавшей газон главной подъездной аллее и остановил экипаж прямо перед парадным крыльцом.

– Хотите, чтобы я подождал, мэм?

– Непременно. Я задержусь ненадолго.

Кебмен спрыгнул на землю, открыл дверцу экипажа и помог ей выйти.

Набрав в грудь воздуха, Майра поднялась по ступенькам, чувствуя себя ничтожной и совершенно недостойной всего этого великолепия: на ней было простое повседневное платье из серой фланели, а плечи ее окутывала кашемировая шаль. Она пригладила волосы на затылке, уложенные в два узла, потом постучала в дверь медным молоточком.

Дверь тотчас же открыл одетый в ливрею чернокожий дворецкий.

Майра с трудом сглотнула и произнесла:

– Мне хотелось бы поговорить с миссис Клинтон. Меня зовут Майра Каллахан Тэйлор.

Вслед за дворецким появилась рыжеволосая женщина.

– Все в порядке, Эмос. – Она протянула Майре обе руки: – Входите же, входите, миссис Тэйлор. Ваша прелестная сестра Уэнди столько рассказывала мне о вас. Нам было так жаль, что мы не могли присутствовать на ее свадьбе. Карла и Сэма связывает очень давняя и близкая дружба. К сожалению, Сэму пришлось в день их свадьбы уехать в Нью-Йорк по важному делу. Мы только что вернулись. Входите, и я познакомлю вас с Сэмом. В патио нас ожидает мятный джулеп.[10] Кстати, меня зовут Тельмой.

Она провела Майру через гостиную, обстановка которой вполне соответствовала внешнему виду дома. При их появлении Сэм Клинтон поднялся с шезлонга. Жена представила его Майре.

– Ваше появление делает обычный скучный день настоящим праздником. Для меня большое удовольствие познакомиться с вами, миссис Тэйлор.

Он внимательно оглядел ее с головы до ног с такой же невозмутимостью, с какой, вероятно, оглядывал приглянувшуюся ему скаковую лошадь, которую собирался купить.

Он был необычайно привлекательным мужчиной, хотя совсем в ином роде, чем Брэд. Казалось, черты его лица высечены из твердого дерева или камня. У него были орлиный нос и твердый подбородок. Его коротко подстриженные светлые волосы вились. Синие глаза совсем не походили на глаза Брэда, а острый взгляд поражал своей проницательностью. На нем были замшевая куртка, расстегнутая у горла, бриджи и сапоги для верховой езды.

Он пододвинул ей стул:

– Садитесь, миссис Тэйлор.

– Благодарю вас. И пожалуйста, называйте меня Майрой.

– Прекрасно, Майра. В таком случае я славный старина Сэм.

Он щелкнул пальцами, и словно по волшебству появился чернокожий мальчик-паж в темных брюках и белой куртке, как принято у слуг.

– Томас, пожалуйста, принеси джулепа миссис Тэйлор.

– Пожалуй, для меня еще слишком рано пить, – смущенно возразила Майра.

– Чепуха. Никогда не бывает слишком рано глотнуть классического кентуккийского джулепа. Видите ли, мой родной штат Кентукки.

Ей бы никогда не пришло это в голову. В его выговоре, в тембре голоса и манере говорить были изящество и галантность – ничего похожего на обычное для южан растягивание слов и проглатывание некоторых слогов, к которым она привыкла.

– Чем мы обязаны честью видеть вас, Майра?

– Думаю, я догадалась, дорогой, – сказала Тельма, поглядывая на Майру. – Как я понимаю, речь идет об аренде дома.

– Да, это так, но… – Майра смутилась и осеклась. – Я и представления не имела ни о чем подобном. Дом такой большой, такой великолепный! Боюсь, мой муж и я имели в виду что-нибудь поскромнее.

Сэм широко улыбнулся, показав ослепительно белые зубы.

– Зачем же пить пиво, если есть шампанское? Я уверен, что вашему мужу будет здесь удобно. К тому же здесь есть лошади. Я слышал, вы любительница верховой езды?