Стефани Блэйк - Великолепная страсть

На мгновение Брэду, вошедшему туда с яркого солнца, показалось, что он ослеп, настолько темно было внутри. Метрдотель, одетый в ярко-красную бархатную куртку, плотно облегавшие ноги черные штаны до колен и белые чулки, низко поклонился.

– Чем-нибудь могу быть полезен, сэр? – спросил он, и Брэд заметил его легкий акцент.

– Да, можете. Я должен здесь встретиться в полдень с мисс Шарлоттой Коллинз.

– Конечно. Должно быть, вы капитан Тэйлор. Пожалуйста, пройдите сюда, сэр.

Он провел Брэда в кабинку в самом темном углу обеденного зала, где уже расположилась Шарлотта. Она потягивала шерри и курила длинную турецкую сигару. Шарлотта протянула ему руку, над которой он почтительно склонился и поцеловал ее.

Она улыбнулась и кивнула метрдотелю:

– Благодарю вас, Джимми. Пожалуйста, подайте бурбон и воду для капитана.

Когда Джимми удалился, она перегнулась через стол и взяла Брэда за руку.

– Сегодня, Брэд, вы выглядите ошеломляюще.

– И вы ослепительно красивы.

Взгляд Шарлотты, брошенный за спину Брэда, остановился на двух женщинах, только что вошедших в ресторан. Одна из них была светлокожей блондинкой, другая оливково-смуглой и темноволосой. Обе были элегантно одеты в платья, сверкавшие отделкой из полудрагоценных камней, с низким вырезом, обнажавшим пышную грудь. Их лебединые шеи обвивали боа из страусовых перьев, а широкополые шляпы были украшены павлиньими перьями.

– Простите, Брэд. Мне надо перемолвиться парой слов с Кэрол и Эйлин.

Шарлотта поднялась, наклонилась поцеловать его в щеку и удалилась, покачивая соблазнительными бедрами. Пятью минутами позже она вернулась к их столику, сияя улыбкой.

– Кэрол и Эйлин – мои банкирши, – пояснила она. – Они владеют Федеральным банком Джорджтауна.

Брови Брэда изумленно поднялись.

– В высшей степени странно. Не часто можно услышать о женщинах-банкирах.

Она доверительно наклонилась к нему:

– Они в высшей степени необычные женщины. Немногие знают то, чем я собираюсь поделиться с вами. Хотя сейчас они вращаются в высшем обществе столицы, ходят слухи, что когда-то они были совладелицами борделя в Балтиморе. Однажды ночью несколько лет назад один из богатейших и влиятельнейших людей в Вашингтоне случайно убил одну из девушек во время пьяной оргии и в обмен на замалчивание этой трагедии и помощи в избавлении от трупа они получили огромные деньги от этого джентльмена.

Она рассмеялась.

– Пока они устраивались здесь, в Вашингтоне, объявив себя богатыми вдовами, случилось так, что они вышли замуж за братьев Уиллоуби, прежних владельцев Федерального банка.

– Прежних?

– Несомненно, прежних. Едва ли через год после этого двойного брака братья Уиллоуби в одно прекрасное воскресенье отправились порыбачить на реке Потомак и не вернулись. Их лодку нашли перевернувшейся двадцатью милями ниже по течению, но тела их так и не были обнаружены. – Ее глаза блеснули недобрым огнем. – Я думаю, что человек или люди, которые могли избавиться от мертвой проститутки, «позаботились» о братьях Уиллоуби.

Брэд был в ужасе.

– Вы хотите сказать, что…

Он замолчал и повернулся взглянуть на веселых вдовушек, мило болтавших с крупным мужчиной сурового вида с густыми черными волосами и бровями, только что присоединившимся к дамам за столом.

Шарлотта кивнула:

– И меня бы не удивило, если бы оказалось, что Бен Калуччи, один из упомянутых мною лиц, – тот, кто проделал для них всю грязную работу. Он сидит с ними за столиком. А ирония заключается в том, что Бен – федеральный маршал[9] округа. Он особая личность, этот маршал Калуччи, уроженец острова Сицилия. Всем известно, что ему пришлось бежать с родины после того, как он соблазнил жену и дочь одного из могущественных главарей организации «Черная рука». По какой-то причине близкие друзья называют его Большим К.

Ее глаза снова блеснули недобрым огнем.

– Понятия не имею почему.

Брэд отхлебнул добрый глоток своего бурбона:

– У вас довольно странные друзья.

– Они намного живее и интереснее этих сладкоречивых фанфаронов-политиков вроде моего братца. По правде говоря, «Таверна Джона Пила» может похвастаться множеством странных посетителей. Здесь их целая галерея. Взять, например, Джимми, метрдотеля. Как и Бен, он был выслан из своей страны, Греции, за то, что бросал помидоры в короля во время парада. А бармены?

Это пестрая шушера, доложу я вам. Джорджа выслали из Португалии за то, что он делал непристойные предложения послушницам в каком-то монастыре. Валентина приговорили к повешению за то, что он мутил воду и подстрекал кубинцев к революции. В конце концов ему посчастливилось бежать. Есть тут еще Билл. Он отбывал наказание в Австралии, в Новом Южном Уэльсе, за попытку ограбления лондонского Тауэра. Освободили его всего год назад. Вон Мики – славный молодой человек, уже долгие годы служит в «Таверне Джона Пила». Он проматывает все заработанные здесь деньги до последнего цента в Джорджтауне в борделе, который когда-то принадлежал ему. Поэтому-то «Таверна Джона Пила» – мое излюбленное место. Это злачное, пожалуй, самое злачное и грязное местечко. И сегодня здесь с вами, дорогой, я и сама чувствую себя ужасно порочной.

– Для этого нет причины, – непринужденно возразил он. – В конце концов, это ведь деловой завтрак. Разве не так?

– Ну. – Губы ее сложились в капризную гримаску. – Дело прежде всего, а уж удовольствие потом. Кажется, так принято говорить? Впрочем, одно не исключает другого.

Она погладила его руку, лежавшую на столе.

– Вы находите меня привлекательной, Брэд?

– Вы прекрасно знаете, что нахожу. Я не был бы мужчиной, если бы не признался в этом. Но вернемся к делу. Что вы хотели обсудить со мной?

– Весь Вашингтон только и говорит о вашей связи с министром Стэнтоном. Они гудят, как рой мух. – Шарлотта рассмеялась. – Нет, дорогой, поймите меня правильно. Я хочу сказать только, что за столь короткое время вы сумели стать его помощником в министерстве обороны. И это значит, что репутация ваша уже сложилась.

– Я делаю что могу.

Он вытащил сигару из внутреннего кармана мундира и откусил кончик. Шарлотта достала сигару из изящного золотого портсигара.

Он чиркнул спичкой по ногтю большого пальца, галантно прикрыл рукой огонек, чтобы дать ей прикурить, потом раскурил свою сигару.

– Я это знаю, и мне хотелось попросить вас сделать мне одолжение. Собственно, не мне, а моему доброму другу, служащему министерства иностранных дел.

Брэда это заявление позабавило.

– И насколько вам близок этот друг?

Она улыбнулась:

– Когда-то мы были очень близки, но эти времена давно миновали. Дело в том, что это тот человек, который употребил свое влияние на госсекретаря Сьюарда и под его нажимом в минувшем месяце у русских была приобретена Аляска. Эта сделка произвела в конгрессе просто фурор. Большинство сенаторов и представителей считают, что было невероятной глупостью приобрести земли, единственные ресурсы которых – тюлени, полярные медведи, снег и лед. Они называют Аляску холодильником Сьюарда.