Стефани Слоун - Ангел в моих объятиях

Брови Леноры угрожающе поползли вверх, на долю секунды Сара даже испугалась, что они никогда не вернутся в естественное положение.

— Еще одна лошадь?

О Боже! Сара так увлеклась, пытаясь выйти из неловкого положения, что совсем упустила из виду маленькую, но очень важную деталь — Ленора ничего не знала.

Черт побери!

В этот момент гробовую тишину нарушил сэр Артур, который, откашлявшись, произнес:

— Послушай, дорогая, я уверен, что говорил тебе о Бекингеме. Диксон неожиданно решил отказаться от лошади, и бедному животному некуда было деваться…

— Насколько я помню, этот жуткий огромный пес был последним отказником мистера Диксона, которого мы приютили, разве не так? — сказала Ленора с натянутой улыбкой.

Не отдавая себе отчета, Сара попятилась из гостиной, что было самым разумным в данной ситуации, и ее тело действовало автоматически.

Только лорд Уэстон моментально оценил ситуацию, и теперь уже двое, крадучись, ретировались из гостиной, пока сэр Артур терялся в поисках ответа.

Они почти добрались до входной двери, когда Найджел заметил их.

— Эй, Сара, ты же не собираешься тащить лорда Уэстона на конюшню?

Черт бы его побрал совсем!

— Моей ноге не помешает разминка, — сказал лорд Уэстон совершенно невинным тоном, слегка наклоняясь и осторожно потирая правое бедро. — Я провожу мисс Тисдейл до конюшни, чтобы проверить, как там Бекингем, а заодно разомнусь.

Сэр Артур перестал хмуриться, ибо больше не было необходимости ломать голову в поисках аргументов для жены. Он с облегчением вздохнул и посмотрел на Маркуса с благодарной улыбкой.

— Это так любезно с вашей стороны, лорд Уэстон.

— А я буду провожатым, — сказал Найджел, хитро подмигнул и, быстро проскочив к выходу, встал рядом с лордом Уэстоном.

— Спасибо, мой мальчик, — сказал сэр Артур, прежде чем поспешно проскользнуть в свой кабинет.

Ленора так и стояла в растерянности, пытаясь понять, что происходит.

— Сара… Сэр Артур…

Но Сара, воспользовавшись заминкой, уже выскользнула за дверь, увлекая за собой Найджела и лорда Уэстона.

— Скоро стемнеет, — осторожно заметил лорд Уэстон, пока их троица пересекала поляну, которая отделяла жилой дом от хозяйственных построек.

— Сара все время бродит в темноте, правда, сестра? — невинным тоном констатировал Найджел.

Сара тут же дала брату подзатыльник, но не сильно.

— Думай что говоришь, Найджел, — ответила она, подражая ангельскому тону своего докучливого брата.

Блаженно улыбнувшись Саре, Найджел рванулся вперед и побежал к конюшне, оставив их с графом наедине. Сара раздраженно хмыкнула.

— Извините моего брата, лорд Уэстон. Найджел…

Она замолчала, подыскивая подходящее слово, чтобы охарактеризовать брата.

— Всего лишь двенадцатилетний мальчик, — закончил за нее фразу лорд Уэстон.

— Точно.

Его голос, глубокий и гортанный, с едва заметной шотландской картавостью, подвергал душевное равновесие Сары серьёзной опасности.

Лорд Уэстон уже полностью завладел частью ее сознания, которая постоянно вызывала перед ее мысленным взором образ графа исключительно в голом виде.

— Могу я попросить вас об одолжении, мисс Тисдейл? — сказал он, и его сильные горячие пальцы обвились вокруг обнаженного запястья девушки. — Мне нужна поддержка. Я бы хотел, если не возражаете, чтобы вы вели меня…

…В постель?..

Так больше не может продолжаться.

Покрывалась ли его кожа испариной, когда он видел ее? Сходил ли он с ума от запаха ее кожи? Представлял ли обнаженной на простынях сомнительного цвета?

— Лорд Уэстон… — произнесла Сара и посмотрела на графа.

Он был прекрасен. Сара никак не могла определиться со своими чувствами и надеждами в отношении лорда Уэстона, но одно она знала наверняка — ей не хотелось, чтобы знакомство с ним закончилось банальным бегством.

Как это произошло с сэром Рупертом Уэстмонтом.

И с лордом Чейзом.

И с сэром…

«Стоп, Сара, — упрекнула она себя, — пора забыть о неудачах».

— Я с радостью сделаю это, сказала она. Затем решительно взяла графа за руку и направилась к конюшне, не проронив больше ни слова.

— Добро пожаловать в зверинец Тисдейлов, милорд.

Найджел, сопровождаемый Титусом со свисающим из раскрытой пасти мокрым языком, низко поклонился Марксу с озорной улыбкой, освещавшей его лицо.

— Куры, свиньи, ослик, четыре лошади, кошек столько, что и сосчитать невозможно, три коровы…

— Достаточно, Найджел, — строго сказала Сара, начиная злиться.

Она прошла к стойлу у задней стены конюшни, где ее последнее приобретение смотрело на них поверх калитки.

— Так вот где вы прячете страшного зверя, — поддразнил Маркус девушку, почесывая Титуса за ухом.

В конюшне разносился приятный аромат свежего сена и кожи. Несколько фонарей освещали помещение ровным золотистым светом.

— А эта бестия наверняка спит у вашей кровати.

Найджел добродушно рассмеялся.

— У кровати? Это если очень повезет. Обычно Титус предпочитает спать на кровати вместе с Сарой.

— Найджел! — одернула его Сара. — Не дай Бог, лорд Уэстон подумает, что это правда.

Маркус медленно пошел по центральному проходу, явно ожидая встретить самого Ноя, ибо животных было вполне достаточно для ковчега — куры, свиньи, старый-престарый ослик, три коровы…

— Бог мой, это же павлин! — удивленно воскликнул он, останавливаясь, чтобы полюбоваться на большую, сияющую всеми цветами радуги птицу, которая расположилась рядом со стойлом Бекингема.

Сара подошла к графу и заглянула в стойло, где на ворохе сена восседала экзотическая птица.

— Да, его зовут Персиваль.

— Персиваль?

Услышав свое имя, павлин встал.

— Ко-о.

— Что он делает? — спросил Маркус, подавшись вперед.

— Думаю, хочет поздороваться, — ответила Сара и тоже наклонилась, чтобы лучше рассмотреть, что там происходит.

Персиваль по-королевски важно направился в их сторону и вдруг одним движением распустил свой роскошный хвост, напоминавший огромный веер, усыпанный драгоценными каменьями.

— Ух, ты! — выдохнула Сара.

— И что это значит? — спросил Маркус и посмотрел на девушку.

— По-моему, он к вам неравнодушен, — сказала она, раскрыв глаза от удивления.

Найджел подбежал к стойлу и протиснулся между Сарой и Маркусом.

— Он никогда так раньше не делал.

— Я знаю!

— Значит ли это то, что я думаю?..

— Что? — спросил Маркус с нарастающим чувством неловкости. — Кто-нибудь скажет мне, что происходит?