Кейси Майклз - Маскарад в лунном свете

— Вы мне нравитесь, Доллингер, правда. А тебе он нравится, Ральф? Жаль, что он американец.

— Заткнись, Артур, — проговорил сэр Ральф лишенным всякого выражения голосом, затем жестом предложил Томасу подойти поближе. — Буду с вами откровенен, мистер Донован. Я назначил эту встречу не только ради того, чтобы продемонстрировать английское гостеприимство, но и имея целью утрясти кое-какие вопросы перед тем, как мы соберемся в субботу. Как вы понимаете, сэр Перегрин рассказал мне о состоявшейся на днях вашей с ним беседе в его конторе, и мы… э… я считаю необходимым развеять свои сомнения относительно вашей искренности.

— В самом деле? — Томас демонстративно поднял одну бровь и изумленно уставился в лицо сэру Ральфу. — Как это огорчительно. Боже, как мне стыдно. Причиной послужило какое-нибудь мое высказывание?

— Вы упомянули французов. — Сэр Ральф говорил тихо, едва шевеля губами. Неужели этот Донован понятия не имел о том, что значит действовать незаметно, не привлекая к себе внимания? Да любой из присутствовавших здесь людей, вплоть до последнего лакея, с одного взгляда может догадаться, что они ведут какой-то секретный разговор. — Это было неуместное и совершенно необоснованное обвинение, мистер Донован.

— Да, сэр Перегрин уверил меня в этом, — ответил Томас, заметив одновременно, что один из слуг помогает мужчине, стоявшему недавно с сэром Ральфом и Мэпплтоном, снять сюртук. — Это была случайная мысль, и я быстро выбросил ее из головы. Сейчас мое доверие к вам безгранично. Что-нибудь еще?

Сэр Ральф подошел еще на шаг ближе и откашлялся.

— Да, по сути дела, есть еще кое-что. Это связано с мисс Бальфур. Держитесь от нее подальше.

Мужчина снял рубашку и галстук и остался голым до пояса. Слуга, нагнувшись, стащил с него черные туфли, так что на мужчине остались только снежно-белые лосины и черные облегающие бриджи. Может, он и был лет на двадцать старше Томаса, но выглядел совсем неплохо — широкие плечи, мускулистые руки.

— Мисс Бальфур, вы сказали? — Томас нахмурился. — Я не понимаю. Она, что, обручена?

— Что-что? Обручена? Что за чепуха! — встрял в разговор лорд Мэпплтон. — Это невозможно. Разговоры, танцы, развлечения — да, пожалуйста. Но обручиться? Нет, я так не думаю. Ему бы это не понравилось.

В темных глазах сэра Ральфа вспыхнул гнев, но всего лишь на мгновение, так что человек менее наблюдательный, чем Томас, этого и не заметил бы.

— Лорд Мэпплтон хочет сказать, что все мы — он сам, сэр Перегрин, лорд Чорли и я — очень любим мисс Бальфур, и нам не нравится, когда о ней отзываются непочтительно, как это сделали вы вчера вечером. Мы можем вести с вами, американцами, переговоры, но когда вы делаете наших молодых благородных девиц объектом своего похотливого интереса, мы этого не приемлем. Я ясно выразился, мистер Донован?

— Похотливого, сэр Ральф? — Томас бросил взгляд на ринг и на мужчину, все еще стоявшего за канатом. Если он собирался подслушивать, что ж, Томас предоставит ему такую возможность. — Возможно, так оно и было вначале, — отчетливо произнес он, — и я искренне сожалею о своих необдуманных словах, но сейчас мои чувства изменились. Уверен, лорд Мэпплтон понимает меня, он ведь и сам большой любитель женщин. Когда к нам, повесам, приходит любовь, то это настоящая любовь. Я намерен жениться на молодой леди, если получу ее согласие. Так что вам не из-за чего волноваться, сэр Ральф, у меня вполне честные намерения.

Лорд Мэпплтон, который неторопливо потягивал вино, начал вдруг задыхаться и кашлять, словно вино попало ему в дыхательное горло.

— Я? — проревел он, как только вновь обрел дар речи. — Почему я должен это понять?

Томас сделал вид, что не слышит его слов, так же как притворился, будто не заметил, что мужчина у ринга, и без того обладавший прямой осанкой, выпрямился еще больше.

— Послушайте, сэр Ральф, — с энтузиазмом начал он. — Я вижу, ринг сзади вас теперь свободен. Правда, рядом стоит какой-то джентльмен, но у него, по-видимому, нет противника. Я понимаю, что не являюсь членом вашего клуба, но как вы считаете, теперь, когда мы покончили с делами, могу ли я… не то чтобы я имел какой-то опыт, так, случайные драки в темных аллеях после проведенного за рюмкой вечера… но, может, мне удастся… — Здесь он замолчал, словно был не в силах найти слова для описания «техники» бокса. Сэр Ральф обернулся, потом снова посмотрел на Томаса и утвердительно кивнул головой.

— Ни слова больше, мистер Донован. В конце концов, вы мой гость.

Извините, я только спрошу, согласен ли граф Лейлхем. Но должен сразу предупредить вас: вы выбрали достойного противника. Граф славится своим умением вести бой, вот почему ему так редко удается найти себе партнера, если не считать самого Джексона. — Сэр Ральф отошел.

Томас посмотрел на лорда Мэпплтона, который то хмурился, то улыбался, словно не знал, как ему вести себя теперь, когда сэра Ральфа не было рядом и некому было подсказать ему.

— Мистер Донован? Вильям Ренфру, граф Лейлхем, — сказал несколько секунд спустя джентльмен с седыми висками, протягивая Томасу правую руку с таким видом, будто был очень рад с ним познакомиться. — Сэр Ральф сказал мне, что вы изъявили желание принять участие в поединке.

Томас, не моргнув, выдержал рукопожатие графа, едва не раздавившего ему руку, и только вежливо наклонил голову. Они были одного роста, а плечи у графа были даже пошире.

— Ваша светлость, — любезно ответил он. — Но, должен предупредить, я не слишком хорошо знаю правила.

— Думаю, это нам не помешает. — Лейлхем наконец выпустил руку Томаса. — Обещаю, что начну вполсилы, чтобы не лишать вас сразу же всех преимуществ. У вас есть кто-нибудь, кто помог бы вам в случае необходимости позвать кого-нибудь из слуг.

— Слугу? Нет-нет. — Я чувствую себя страшно неловко, когда мне приходится приказывать, ваша светлость. Мой помощник будет моим ассистентом.

Томас огляделся, пытаясь найти глазами Дули.

— Пэдди! — выкрикнул он так громко, что лорд Мэпплтон зажал руками уши. — Не стой там, засунув палец в рот. Иди сюда и помоги мне раздеться.

Дули направился к ним. Томас заметил, что губы его друга шевелятся, и ухмыльнулся, поняв, что сейчас на его голову сыплются отборные ирландские ругательства. Сделав несколько шагов навстречу Дули, он повернулся к нему спиной и вытянул назад руки, без слов давая понять, чтобы тот стащил с него новый с узкими рукавами сюртук.

— Нет, вы только посмотрите на него, корчит из себя важную персону. Продолжай в том же духе, малыш, и скоро мне самому придется сбить с тебя спесь, — прошептал Дули и, взявшись за левый рукав сюртука, с силой потянул его. — Это с ним ты собираешься выйти на ринг? — мотнул он головой в сторону графа. — Судя по его виду, он способен устроить тебе хорошую взбучку. А почему не Хервуд? Почему этот парень?