Нэн Райан - Своенравная леди

Спасибо, что позволила воспользоваться диваном. Извини за назойливость.

Остин.

Остин не остался в Джексборо. С первыми морозами он опять отправился на восток. Сюзетта скучала по нему больше, чем в прошлом году, — как он и рассчитывал. Вернувшись весной, Остин не поехал сразу же к ней на ранчо и не заглянул в редакцию «Эха». Он не делал никаких попыток увидеться с ней, и Сюзетта была смущена и обижена, хотя и не признавалась себе в этом.

Прошло уже десять дней после его возвращения. Сюзетта лежала без сна в залитой лунным светом спальне и размышляла, почему человек, считающий себя ее лучшим другом, не навестил ее после шестимесячного отсутствия.

Она уже почти задремала, когда снаружи послышался шум. Девушка приподняла голову и вновь услышала какие-то звуки.

Звуки были очень слабыми. Ей почудилось, будто звенят маленькие колокольчики. Сюзетта похолодела. Это могло означать только одно. Команчи носили мокасины с пришитыми к шнуркам колокольчиками.

Она быстро встала с кровати и на цыпочках подошла к окну. Выглянув, Сюзетта тут же отпрянула и прижалась к стене. У нее перехватило дыхание: прямо позади дома с коней спрыгивали на землю три полуобнаженных индейца.

Пытаясь справиться с волнением, Сюзетта направилась в гостиную. До нее доносилось лишь позвякивание колокольчиков. Она вошла в большую комнату, легла на пол и подползла к сундучку с оружием. Повозившись с замком, Сюзетта с трудом достала «винчестер» и тут обнаружила, что у нее нет патронов. Сдерживая слезы, она стояла с винтовкой в руках и беспомощно смотрела, как три ловких индейских воина входят в конюшню и выводят оттуда ее любимую Глорию. Две другие принадлежавшие ей лошади заржали и последовали за большой кобылой. Стройный воин вскочил на своего разрисованного коня и увел за собой животных.

Два оставшихся индейца о чем-то коротко переговорили, затем один вскочил на лошадь, а другой направился к дому. Сюзетта поднесла руку ко рту и до крови закусила суставы пальцев. Воин был уже во дворе; его красно-коричневое тело блестело в ярком лунном свете. Второй индеец наблюдал. Через несколько секунд первый будет уже у черного хода. Сюзетта подняла незаряженное ружье и прошептала молитву.

Тишину ночи нарушил одинокий выстрел, и Сюзетта вскрикнула. Она увидела, как высокий воин убегает прочь со двора. Одним прыжком он вскочил на коня, и двое индейцев умчались. Сюзетта в замешательстве посмотрела на винтовку в своей руке. Она не стреляла. Затем она услышала еще выстрелы и топот коней команчей.

Сюзетта дрожала, не в силах сдвинуться с места, и крепко сжимала в руках оружие. Она увидела, как из темноты появился мужчина с ружьем в руке и направился к дому. Девушка не знала, что делать: распахнуть дверь и броситься ему на шею или бежать.

— Мисс Фоксуорт, — тихо сказал мужчина. — Это Дейл Джексон, мэм. Я работаю у Остина Бранда. Вы в порядке?

Облегченно всхлипнув, Сюзетта бросилась к двери и отодвинула засов.

Дейл Джексон мягким движением забрал тяжелую винтовку Сюзетты и прислонил оружие к двери. Затем осторожно взял девушку за локоть и подвел к столу.

— Мистер Джексон, я… я была так… — бормотала Сюзетта; облегчение в ее душе смешивалось с еще не отступившим ужасом.

— Теперь вы в безопасности, мэм. Посидите здесь, а я приготовлю нам кофе.

— Но… Я не понимаю. Что вы здесь делаете? И как вы узнали?

Дейл Джексон вздохнул:

— Мисс Фоксуорт, Остин Бранд нанял меня охранять вас по ночам. Вы не должны были об этом знать. Он ужасно рассердится на меня. Полагаю, когда взойдет солнце, я уже буду покидать территорию графства.

— Вы хотите сказать, что наблюдали за моим ранчо каждую ночь?

— Да, мэм. Сегодня я подвел Остина. Наверное, задремал и обнаружил дикарей, когда было уже поздно. Я ужасно сожалею насчет лошадей.

— Я вам очень благодарна, мистер Джексон. Вам не за что извиняться. Вы спасли мне жизнь, и я расскажу об этом мистеру Бранду.

Когда наступило утро, Сюзетта отправилась в город вместе с Дейлом Джексоном. Остин Бранд в щегольском костюме лениво прохаживался у дверей редакции «Эха». При виде приближающихся всадников его загорелое лицо побледнело.

— Я влип, — пробормотал Дейл Джексон.

Он натянул поводья, и Остин сошел с тротуара. Нахмурившись, он протянул руки Сюзетте.

Сюзетта положила ладони на его широкие плечи и мило улыбнулась:

— Как я рада видеть вас, Остин! До меня доходили слухи, что вы вернулись в город.

Остин снял Сюзетту с лошади и поставил перед собой, не выпуская ее руки.

— Слезай, — холодно бросил он Дейлу Джексону.

— Остин Бранд, — Сюзетта взяла его за лацканы пиджака, — прежде чем вы привлечете к нам всеобщее внимание, позвольте объясниться.

— Я хочу услышать объяснения от Дейла, — сердито сказал Остин.

— Ради Бога, люди же смотрят, — прошипела Сюзетта.

— Ну и черт с ними!

Сюзетта заставила обоих мужчин пройти в помещение редакции, где они и объяснились. Услышав, что ковбой спас Сюзетте жизнь, Остин смягчился.

— Дейл, — в конце концов улыбнулся он, — тебе нет нужды уезжать из города. Я найму еще одного человека, чтобы он дежурил с тобой по ночам.

— Спасибо, мистер Бранд. — Ковбой мял в руках широкополую шляпу. — Я могу быть свободен, сэр?

— Да, иди домой. — Остин жестом отпустил его и повернулся к Сюзетте.

— Остин Бранд. — Глаза Сюзетты сверкнули, когда он привел ее к себе в кабинет, — почему вы считаете, что можете нанимать людей для охраны моего дома? У вас нет никаких прав…

— Я тоже рад тебя видеть, милая, — улыбнулся Остин и тыльной стороной ладони коснулся ее нежной щеки.

Страсть Остина к Сюзетте разгоралась все сильнее. Он чувствовал, как впустую проходят драгоценные годы. Этот большой и сильный мужчина жаждал единственной женщины — прелестной и упрямой Сюзетты Фоксуорт.

Остин купил еще земли и породистого скота. Он опять гонял скот в Абилин и ездил в Нью-Йорк. В феврале 1877 года Остин встретился в Грэхеме, штат Техас, с Оливером Лавингом и другими владельцами ранчо и стал одним из основателей Ассоциации скотопромышленников северо-западного Техаса.

С каждым годом он становился все богаче и влиятельнее, и — хотя Сюзетта об этом не догадывалась — успех Остина в значительной мере был результатом его любви к ней. Исполненный решимости не торопить Сюзетту, он с головой погрузился в работу. Если бы Сюзетта уже принадлежала ему, Остин, возможно, уделял бы меньше времени бизнесу, а большую часть времени наслаждался ее обществом. Сюзетта по-прежнему сопротивлялась. Она отказалась принять от Остина в подарок лошадь, заявив, что будет ежемесячно выплачивать ему деньги за большую и ласковую гнедую кобылу, которую выбрала из его табуна.