Стелла Камерон - Нежданная любовь

– Что касается меня, то ваша девственность не пострадала, Финч.

– Что меня удручает, – сказала она. – Почему эта вещь имеет такое значение, спрашиваю я вас? Если мужчины так легко теряют свою девственность, то почему для женщин установлены другие правила?

– Потому что установлены! – отрезал Росс. Лицо его помрачнело. – Господь не без причины сделал вас слабее.

– Он прекрасно понимал природу мужчин и понимал, что должны существовать высшие существа – женщины, – которых они должны подчинять, дабы раздувать свое эго.

Не торопясь, он снял с себя пиджак и развязал галстук.

– Вы меня забавляете. Вы весьма забавный субъект.

– Субъект?

– Экземпляр.

– Экземпляр?

Он закатал рукава сорочки. Мускулистые руки густо поросли темными волосами.

– Я называю так все свои новые приобретения. – Он действовал так быстро, что совершенно застал ее врасплох. Безо всяких усилий подхватив Финч на руки, он понес ее в соседнюю комнату, где усадил на длинный резной стол из черного дерева – скорее всего он раньше служил алтарем, так как только самый высокий человек мог бы за ним сидеть.

– Немедленно спустите меня отсюда. Это оскорбительно!

– Нисколько. Здесь я обследую все свои новые приобретения. Не сутультесь.

– Нечего меня обследовать – я не ваше приобретение. Будьте добры спустить меня вниз.

Теперь самодовольная улыбка появилась уже на лице Росса.

– Вы наиболее интересный экземпляр из тех, что когда-либо здесь появлялись. Я твердо намерен вас приобрести и ради этого должен предпринять самый тщательный осмотр.

Что значит «намерен приобрести»? Финч попеременно бросало то в жар, то в холод. Не собирается же он... А ведь он может. Прямо здесь.

– Что вы делаете? – Финч охватил настоящий страх и вместе с тем сильное желание вновь испытать то, что ощутила совсем недавно.

Ни слова не говоря, Росс снял с себя жилет, затем галстук и, наконец, сорочку.

– Вам самому следовало бы оказаться на этом столе, – задыхаясь, сказала Финч. – Немногие высокородные джентльмены могли бы похвастаться таким великолепным торсом. – Ну вот! Она снова дала ему знать, как сильно он ее привлекает.

Просунув руки ей под колени, он развернул ее на сто восемьдесят градусов и уложил на стол.

– Женщины не должны бросать на мужчин похотливые взгляды. Да, весь установленный порядок вещей будет нарушен, если женщинам будет дозволено оценивать... э-э-э... физические достоинства мужчин и выбирать свою собственную судьбу в зависимости от того, что им нравится или не нравится в данном мужчине.

– Вот, значит, как? – Она попыталась привстать, но Росс снова опрокинул ее на спину. – Тогда почему бы вам просто не снять с себя часть одежды, если вы не хотите, чтобы я вас оценивала? Вы чрезвычайно гордитесь своим телом, и вам нравится, когда женщины им восхищаются. Но я не понимаю, зачем ради этого меня нужно вот так удерживать!

– Затем, моя дорогая, несдержанная на язык мисс, что я весьма сексуален. И сейчас очень возбужден, Финч. Я думаю, вы тоже возбуждены и будете вполне довольны тем, что я собираюсь сделать. Вы хотите быть со мной – как женщина, страстная женщина.

– Но почему я должна здесь лежать? Он пожал плечами:

– У нас обоих исследовательский склад ума. Мы любим эксперименты. Сейчас я вас обследую – исключительно ради науки, конечно, – и буду наблюдать за вашей реакцией. Считается, что женщина не может по-настоящему возбудиться.

– А как вы узнаете, возбудилась ли я?

– Простой тест позволит это проверить. Не беспокойтесь – расслабьтесь и лежите неподвижно.

Сняв ботинки, Росс немедленно принялся расстегивать брюки.

– Как впечатляюще! – Она не станет ни падать в обморок, ни отводить глаз. – Вы готовите площадку для большой драмы. Но, Росс, если я буду работать на вас, не повлияет ли подобная фамильярность на наш профессионализм?

– Если вы боитесь, что не сможете себя сдержать и разорвете меня в клочья, – не бойтесь, – ответил он. – Вы можете исследовать меня точно так же, как я буду исследовать вас, и мы оба только выиграем.

– Здесь имеется определенный риск. Я легко могу вскружить вам голову. Вполне возможно, что вы станете умолять оставить вас на столе. К тому же трудно себе представить, сколько времени займут подобные опыты. Я думаю, что если этот эксперимент удастся, то он будет лишь первым из целой серии, и вам придется тщательно фиксировать наши открытия – чтобы оправдать затраты времени.

Если он шутит, то делает это с чрезвычайно серьезным лицом.

– Что же это за ученый, который работает голым?

– Новатор, который беспокоится об абсолютной достоверности своих экспериментов. Нас, участников, двое. Я уже говорил вам, что у меня есть свой собственный тест, который позволяет определить, возбуждены ли вы. Было бы только справедливо, если бы я предоставил вам аналогичную возможность.

Если я буду одет, будет невозможно проверить степень моего возбуждения. Но если я раздет – сомнений не останется.

Глядя на высокий потолок, украшенный изображениями летящих друг за другом херувимов, Финч думала о том, что ее сердце было бы спокойно, если бы она была уверена, что все делает правильно. Безусловно, она поступает неправильно, но ничего с собой поделать не может. Она будет до последнего цепляться за этот крошечный оазис чувственного наслаждения, неожиданно возникший в ее однообразной жизни, с тем чтобы потом вновь и вновь мысленно возвращаться к испытанному.

– Встаньте! – сказал, или, скорее, приказал, Росс. – Возьмите меня за руку, я помогу вам.

Закрыв глаза, она крепко сцепила руки на животе.

– Ну, давайте же, Финч! Поднимайтесь.

Она только сильнее сжала ресницы и покачала головой.

Он поцеловал ее в лоб.

Финч прикусила нижнюю губу. Прохладные губы Росса оказали магическое действие, ослабив ее решимость. Еще один поцелуй, и еще один. Обхватив большими нежными руками ее лицо, он впился губами в ее губы. Больше Финч не смогла выдержать. Было так замечательно отвечать на его поцелуи, гладить его по могучим плечам!

Сняв с нее туфли, Росс свел вместе ее ступни.

– Росс!

Пощекотав их, он двинулся вверх.

Все это время он продолжал ее целовать.

Финч снова закрыла глаза. Руки Росса гладили ее ноги.

Тело ее трепетало.

– У тебя длинные ноги, – сказал он. – Красивые длинные ноги. – Он скользнул рукой вверх по бедру – туда, где кончались чулки.

Финч открыла глаза.

– Я обещала себе, что мы больше не будем близки. Я думала, нам следует избегать всего, что может помешать нашей совместной работе.

– Я тоже так думал. – Он уткнулся губами ей в шею. – Но это невозможно. Ты так приятно пахнешь и такая нежная.