Патриция Поттер - Шотландская наследница

— Он нужен нам, — попросила Элизабет. — Будьте с ним повежливее.

Каллум поднял на нее глаза — темно-карие, глубокие. Такие глубокие, что прочитать в них что-нибудь было непосильной задачей.

— Но я вовсе не желаю ублажать ни этого дурака, ни вашу новую родственницу.

— Я не думаю, что он дурак, — с легкой усмешкой заметила Элизабет.

— А лошадей он любит? — живо поинтересовался Каллум.

По его тону можно было заключить, что он готов проткнуть американца вилами, если только окажется, что тот не любит лошадей.

— Я полагаю, что он любит животных, — уклончиво ответила Элизабет. — У его девочки есть кошка.

Каллум презрительно сморщил нос.

— Кошка, — фыркнул он, — неподходящая компания для малышки. Что такое кошка? На что она нужна? Известное дело — мышей ловить, больше ни на что!

— А Сара Энн сильно привязана к своей Аннабел, — мягко заметила Элизабет. — Мне кажется, что она очень одинокая девочка.

— Значит, этот американец — жестокая скотина, — с ноткой удовлетворения подытожил Каллум.

— Вы заблуждаетесь.

Возле двери послышался мужской голос, слегка, по-американски, растягивающий гласные, и Элизабет, обернувшись, увидела Бена Мастерса. Сара Энн вошла вместе с ним и принялась рассматривать конюшню, разинув рот от восхищения.

Элизабет покраснела. Ей было неприятно от того, что Мастерс застал ее в тот момент, когда она говорила о нем со своим служащим.

Что касается Каллума, то он тоже замолчал и воинственно выпятил нижнюю челюсть.

— Это Каллум Трапп, — представила Бену своего тренера Элизабет и, обернувшись в другую сторону, представила гостей:

— Каллум, это мистер Мастерс и Сара Энн Гамильтон.

— Сара Энн Гамильтон Мастерс, — поправил ее Бен.

Элизабет мысленно взмолилась, чтобы Каллум сдержался и не натворил глупостей. Слишком многое зависело сейчас от этого американца.

— Я слышал, она хочет пони.

Слава богу! Он сдержался! Элизабет облегченно вздохнула. Правда, ей не очень понравился блеск в глазах Каллума, а еще меньше — подчеркнуто вежливый тон.

Тем временем Сара Энн потянулась к Шэдоу, Элизабет остановила ее:

— Не спеши. Сначала он должен с тобой познакомиться.

Она вынула из кармана кусочек морковки и положила его в ладошку девочки.

Та, совершенно не боясь огромного животного, смело протянула Шэдоу руку. Он осторожно обнюхал ладонь, а затем вежливо взял мягкими губами угощение и аппетитно захрустел морковкой.

— Ему понравилось, — радостно засмеялась Сара Энн.

— Ты ему понравилась, — заметила Элизабет. — Шэдоу берет угощение не у каждого. Он очень разборчив в друзьях.

Она вернулась к прерванному разговору и сказала:

— Итак, это Каллум, наш тренер. Лучший тренер в Шотландии.

Мастерс протянул руку, но Каллум, словно не заметив ее, отвернулся к стойлам. Элизабет чувствовала свою беспомощность и не знала, как загладить неловкость.

Вообще-то, в Шотландии хозяева никогда не подают руки своим слугам и наемным рабочим, но американец мог этого и не знать. У них там свои традиции и привычки. Но получилось, конечно, неловко. Хотя сама Элизабет всегда старалась сохранять дистанцию между собой и прислугой, но Каллум был не такой, как все. Это был особый случай. Сам же тренер, несомненно, заявит потом, что просто не заметил протянутой ему руки.

— Я покажу вам остальных лошадей, — поторопилась разрядить обстановку Элизабет.

Она повела Мастерса вдоль конюшни, показывая стоящих в стойлах лошадей: двенадцать рысаков, троих жеребят и кобылку. Бен слушал ее молча, но во взгляде его читалось одобрение, и Элизабет почувствовала облегчение.

Сара Энн шла рядом, задрав голову и бесконечно ахая от восторга. Один раз она засмеялась — когда жеребенок просунул голову сквозь прутья, чтобы обнюхать ее.

Когда они обошли всю конюшню, Элизабет замерла в тревожном ожидании, что же скажет Мастерс.

— Замечательные животные, — произнес Бен, и это прозвучало как приговор. Элизабет еще раньше заметила, что американец говорит мало, всегда по делу и только то, что думает на самом деле.

— Одни из лучших в Шотландии, — сказала она. — Даже в Англии есть немало желающих купить их.

— Но вы же не собираетесь их продавать?

— Во всяком случае, пока, — ответила Элизабет. — Ведь если Шэдоу выиграет Гранд Националь, их стоимость возрастет как минимум вдвое.

— Гранд Националь?

— Самая знаменитая скачка в мире, — пояснила она. — Ее проводят в Эйнтри, близ Ливерпуля. Здесь, у себя, мы по возможности воспроизводим эту трассу; тридцать барьеров на дистанции в четыре с половиной мили. Шэдоу регулярно побеждает в таких стипльчезах у нас, в Шотландии, но Гранд Националь…

Элизабет и сама услышала благоговейный трепет в своем голосе. Еще бы! Ведь лошади, победившие в Гранд Националь, в один день делали своих хозяев знаменитыми на всю Ирландию и Британию. Но давненько среди них не было коннозаводчиков из Шотландии…

Мастерс немного помолчал и спросил задумчиво:

— Вы полагаете, Шэдоу может выиграть?

— Я уверена в этом, — ответила Элизабет. — А кроме того, один из наших двухлеток подает большие надежды на то, что и он сможет стать чемпионом через три года.

— Через три года?

— Принято считать, что Гранд Националь способна выиграть только пятилетняя лошадь, — объяснила она. — Наш Шэдоу — исключение.

— А у нас в скачках принимают участие и трехлетки.

— Да, но в Америке трассы более ровные, да и более легкие. Там лошадям не приходится месить грязь, как у нас, — сказала Элизабет. — Гранд Националь — это испытание на силу и выносливость. Молодая лошадь с этим не справится. К такой скачке нужно долго готовиться. Годами. И мы вложили в это дело годы. — Она с немой мольбой посмотрела на Мастерса.

Но он никак не отреагировал на ее слова и неожиданно резко сменил тему:

— Так как насчет пони…

Каллум, шедший позади них, сказал преувеличенно вежливо:

— За этим нужно обратиться к Дугласу.

— К Дугласу?

— Это кузнец в деревне, — пояснила Элизабет. Мастерс кивнул и вновь принялся с интересом рассматривать стоящих в стойлах лошадей.

— Я возьму Шэдоу, — сказала Элизабет, обращаясь к Каллуму.

— А кого оседлать для… него?

Элизабет обернулась к Мастерсу.

— Насколько хорошо вы ездите верхом? У нас здесь самые разные по характеру лошади — от спокойных до… весьма норовистых.

— Мне нужна спокойная, — ответил он. — Ведь со мной поедет Сара Энн.

Вот и опять он умудрился ничего не сказать. Сара Энн. Что это: отговорка, или…? И все же этого человека окружает исходящая от него уверенность в том, что он всегда отлично знает, что именно он делает. Элизабет кивнула Каллуму.